Статья «Отражение в семантике диалектного слова жизненных ориентиров носителей говора»

Бессонова Ю.А., кандидат филологических наук, доцент кафедры иностранных языков ФГБОУ ВПО "Российская академия народного хозяйства и государственной службы" Орловский филиал


Ю.А.Бессонова
Отражение в семантике диалектного слова жизненных ориентиров носителей говора.
Окружающая нас действительность во всем ее многообразии составляет тот объективный мир вещей и явлений, в котором живет человек. Взаимодействуя с миром, человек осваивает его и познает, отражая информацию о нем в сознании и в языке. Когда человек выделяет из окружающего многообразия тот или иной объект и называет его, в основу наименования кладется какой-либо признак. Он характерен не для одного конкретного обозначаемого предмета, а для целого класса предметов. Этот признак является тем денотативным признаком, который, по определению В.Н.Телии составляет денотативный макрокомпонент семантики слова (Телия 1990, 135). В нем, как и в других макрокомпонентах (оценочном, стилистическом, мотивационном), находят отражение взгляды человека на мир. Диалектное слово, будучи территориально ограниченным в употреблении, более приближено к конкретному человеку, чем литературное, поэтому в денотативном макрокомпоненте его семантики отражается не только типовой образ обозначаемого, обобщенное представление о классе предметов, но и более ярко - позиция человека-носителя говора. В слове отражается его взгляд на мир, те жизненные ценности, нормы и ориентиры, которые у него существуют.
Обратимся к группе диалектных слов, характеризующих человека по действию, которые отмечены в речи одного индивида-носителя говора Пантюхина Василия Ивановича, 1925 года рождения, уроженца деревни Труфаново Орловского района Орловской области. Речь одного индивида-носителя говора представляет собой микросистему, в которой функционируют языковые средства, характерные для говора в целом, следовательно, в словах, встречающихся в речи одного информанта, закрепились коллективные характеристики и оценки человека.
По мнению И. А .Подюкова, «...общественная значимость человека, его материально-имущественное положение, семейный статус в народной среде определяются со стороны того, насколько человек соответствует веками складывавшейся общественной норме». (Подюков 1990, 86). Когда человек называет другого человека, наименование основывается на каком-либо признаке. В данном случае слова называют человека в зависимости от того, как он работает, способен ли он к активному действию. При этом в названии, помимо отношения к действию называемого человека, отражается суждение того, кто называет, его мнение, оценка, и эта оценка деятельности происходит в соответствии с «общественной нормой», стандартом, которые присутствуют в сознании человека и социальной группы. В основу наименования человека по действию кладутся два основных класса признаков, которые можно определить следующим образом.
Субъект считает, что объект не способен к успешному выполнению деятельности, что представляет собой отступление от нормы со знаком «минус». При этом выявляется ряд мотиваций, почему человек не способен к действию.
Это пустой, непутёвый, глупый человек: пусторня – «Ни хади за иво замуш: он пустарня, ничиво ни смыслить, ни пасаветуить»; непутный – «Он с мальству нипутный»; путня – «Он путня с мальству: па бабам ходить, а то хадули выдумаить каров пугать».
Это лентяй, никудышный, ни к чему не годный человек: никудыха – «Ой, никудыха, пропадеть он»; ничемугодный – «Он такой усю жысть ничемугодный: ничиво ни зделать, ни пасаветовать».
Это лентяй и пьяница, обалдуй: забалдуй – «Он забалдуй, што с ним связыватца».
Во всех перечисленных случаях за словом закрепляется эмоциональная оценка осуждения.
2. Субъект считает, что объект способен к успешному выполнению деятельности, что представляет собой совпадение с нормой. В этой группе выступают другие мотивационные признаки.
Это хитрый, пронырливый, работоспособный человек: жуковатый - «Он жуковатый: фсе знаить, фсе умеить, а тибе ни скажыть. Этат Жукаватый сибе на уме».
Это работоспособный человек, который может добиться чего угодно и для кого угодно: пробивной, выбивной, пробивуха - «Он выбивной шустрай больно. Чиво угодна тибе зделаить. У нас ишо выбивнова называли правыбивной и прабивуха».
За этими словами закрепляется эмоциональная оценка со знаком «плюс», одобрения. Однако в речи она может изменяться в зависимости от позиции говорящего. Иногда излишняя «пронырливость» вызывает осуждение, тогда может возникать неодобрительная оценка, как в словое жуковатый. С одной стороны, быть жуковатым хорошо, поскольку человек трудится на благо своей семьи, но, с другой стороны, он не поможет, не посоветует другому человеку, он собственник, накопитель, что вызывает негативное отношение к нему, порой не без чувства зависти. Во всех случаях в слове проявляются жизненные ориентиры того, кто называет. И главный из них – трудовая деятельность человека, заботящегося о своем хозяйстве, который без труда не представляет своей жизни. Это исконное, коренное чувство крестьянина, замеченное ещё Н.Г.Чернышевским: «У поселянина в понятии «жизнь» всегда заключается понятие о работе: жить без работы нельзя, да и скучно было бы» (Чернышевский 1955, 11). По отношению к этой норме – «крестьянин - труженик, настоящий хозяин» – оцениваются все деловые качества сельского жителя. Чтобы проверить соответствие этого вывода действительности, было проведено анкетирование, имеющее целью выяснить, какое качество в человеке сельские жители ценят более всего. Оказалось, что это трудолюбие. В среде сельских жителей существует уважительное отношение к крестьянину-труженику, человеку хозяйственному. Это диктуют сами условия жизни. Поэтому можно с уверенностью говорить, что семантика диалектного слова отражает действительный взгляд человека на мир, те жизненные ориентиры, которые характерны для определенной социальной группы лиц.
Этот взгляд на мир находит выражение не только в группе слов, характеризующих человека по действию, но и в группе слов, характеризующих умственные способности человека. Степень умственного развития человека проявляется в процессе повседневного общения, деятельности людей и, безусловно, накладывает отпечаток на ее результаты. Поэтому обнаруживается тесная связь между словами обеих групп. В основу наименования человека по умственной деятельности кладутся также два класса признаков.
1. Отступление от нормы со знаком «минус». Субъект считает, что объект глуп в силу различных причин, составляющих ряд мотиваций.
Это глупый человек, не способный к умственной деятельности: тупарь, турок – «Ани фсе плоха учились, их тупарями дразнили, или турками»; дундук – «Он – дундук: пять рас иму абъисниш, он никак ни схватить или пайметь, но ни так».
Это человек, глупость которого проявляется в речи: дуроплет - «Вот дураплет: усе штозряшину нисеть».
Это сумасшедший человек: махарный – «Дурак махарный».
Это слабоумный человек: потема – «Вон у неё ф класи патема была, так ана пять лет в адном класи сидела».
Это глупый человек, не способный к практической деятельности: свистулай – «Вот свистулай, сколька лет пражил, а ума ни набрался и делать ничиво ни умеить».
В этих словах закрепляется эмоциональная оценка неодобрения.
2. Отступление от нормы со знаком «плюс». Субъект считает, что объект способен к трудовой и интеллектуальной деятельности, недоступной для большинства. В этом случае мотивационный признак иной. Это очень умный человек: докумерный – «Докумерный – эта чилавек больна дасужый, спрашываить, узнаеть аба фсем, што иво интирисуить, на чужых ашыпках учитца, а хазяйства па науки видеть». За этим словом закрепляется эмоциональная оценка со знаком «плюс», одобрения.
Говоря о жизненных ориентирах, применительно к словам этой группы, следует отметить их соотнесенность со способностью человека к трудовой и хозяйственной деятельности. Анкетирование позволило выяснить, что сельские жители неразрывно связывают понятие «умный» с представлением о человеке - труженике. Такой человек, по их мнению, ведет трезвый образ жизни, доходит до всего своим умом, учится на своих ошибках, может дать дельный совет. Его хозяйство процветает. Понятие «глупый человек» также трактуется применительно к хозяйственной и трудовой деятельности крестьянина. У такого человека нечему поучиться, он не отдает отчета своим поступкам, хозяйство у него заброшенное и бедное. Результаты анкетирования, совпадают с данными, которые получены при анализе семантики диалектного слова. Таким образом, в слове отражаются жизненные ориентиры носителей говора, их представления о норме, заключающейся в представлении о крестьянине как труженике, настоящем хозяине, моральные качества которого оцениваются в соответствии с его желанием трудиться.
Итак, диалектные слова, характеризующие человека по различным признакам, отражают систему ценностных ориентиров, характерных для русского крестьянина. Это позволяет увидеть, как тематическая группа слов отражает особенности восприятия человеком окружающего мира, понять, каким видит мир носитель говора и как этот мир моделируется в его языке.

Литература
Подюков И.А. Народная фразеология в зеркале народной культуры. Пермь, 1990.
Телия В.Н. Функционально-параметрическая модель значения номинативных единиц языка как основание их типологии (лингводидактические аспекты)// Лексикология и фразеология: новый взгляд. Раздел «Лексикология». М., 1990
Чернышевский Н.Г. Эстетическое отношение искусства к действительности. М., 1955.








13PAGE 15


13PAGE 14615





Приложенные файлы

  • doc file93
    Размер файла: 49 kB Загрузок: 0