Основы пианистической техники Ф. Листа


Основы пианистической техники Ф. ЛистаПятнадцатилетним юношей Лист задумал создать цикл из сорока восьми этюдов во всех мажорных и минорных тональностях, из которых написал и опубликовал двенадцать (1826). Это были еще технические упражнения для развития беглости пальцев, напоминавшие этюды его учителя Черни. Спустя двенадцать лет Лист вновь вернулся к своему замыслу и, коренным образом переработав упражнения, превратил их в «Большие этюды» (1838). Но и эта редакция не удовлетворила его: в 1851 году была создана третья редакция — «Этюды высшего исполнительского мастерства»; в них десять пьес из двенадцати получили программные названия. Этюды разнообразны по техническим приемам и содержанию.
12 этюдов ор.1- юношеские (в начале эти этюды были задуманы в виде 48 упражнений во всех мажорных и минорных тональностях – 36 упражнений не были написаны)
12 больших этюдов.
Бравурные этюды по каприсам Паганини.
Большие этюды по каприсам Паганини (1.-g-moll.2.Es-dur.3.LaCampanella.4.E-dur. 5.E-dur .6 a-moll)
ТриконцертныхэтюдаAs-dur- жалоба; f-moll-легкость;Des-dur-вздох
Два концертных этюда.1.Шум леса;2.Хоровод гномов.
12 этюдов трансцендентного исполнения (этюды высшего исполнительского мастерства).
1.Прелюдия(Свободно-импровизационная «Прелюдия» (№ 1, C-dur) вводит в цикл)
2.Moltovivacea-moll
3.Cветлый, задумчивый «Пейзаж» (№ 3, F-dur), близкий по настроению «Первому году странствий».
4. Остро драматичен «Мазепа» (№ 4, d-moll), снабженный цитатой из одноименного стихотворения Гюго.
5. Блуждающие огни (№ 5, B-dur) заставляют вспомнить причудливо фантастические пьесы Мендельсона или Берлиоза.
Затем идут три героических этюда:
6. Видение
7.Героика
8.Дикая охота.
9. Героические образы сменяются лирическим «Воспоминанием» (№ 9, As-dur), с нежной, певучей мелодией и свободно-импровизационным изложением в духе шопеновских ноктюрнов.
10.Allegroagitato (f- moll)
11. Вечерние гармонии.
12. Завершает цикл «Метель» (№ 12, b-moll) — вновь пейзажная зарисовка вихревого движения.
В первой редакции Лист еще в плену традиционных условностей и старых представлений об инструменте (этюды ор.1). Здесь господствует дух Черни. Красочность и полнозвучие едва принимаются в расчет.
Вторая редакция дает уже совершенно другую картину. « Лист, которого мы здесь видим, - Говорит Бузони,- взлетел на неожиданную высоту; в чудесном юноше невозможно узнать некогда бойкого мальчика. Он как будто без всякой подготовки и постепенности перескочил через все действительные и предполагаемые возможности рояля». И действительно: с этюдами происходит нечто удивительное. Из незначительных, малоинтересных и бедных по звучанию пьес они превращаются в блестящие виртуозные произведения. Лист неустанно ищет новых способов выражения, он старается показать все, на что способен как пианист, не щадя растрачивает он свои силы. Преобладает тенденция к полнозвучию.
Почти в каждом этюде мы встречаемся с огромными трудностями, изощренными виртуозными приемами. И в этом нагромождении трудностей, часто хаотическом, тянется поэтическая идея произведения. В них всегда чувствуется нечто незаконченное («экспериментальная шероховатость» - говорит Бузони). Лист в них нигде не овладевает материалом вполне. То, что он сознавал это – доказывает появление третьей редакции этюдов. Редакция эта, бесспорно, представляет кульминационный пункт в развитии пианистического искусства Листа. Здесь он достиг высшей степени в том, к чему до тех пор делал лишь попытки: «Заставил технику, как помощницу идеи идти на поводу у последней», добился единства законченности форм и отшлифовки деталей. Здесь он не только думает о полноте звучаний, но и богатстве красок; все у него служит главной цели – выявлению поэтического содержания произведения. С годами Лист все больше внимания обращал на удобство технических форм. « Моя сорокалетняя возня с фортепиано - писал он в 1863 году,- теперь наводит меня на мысль не мучить напрасно играющего и предоставить ему, при умеренной затрате сил, возможно больший звуковой и силовой эффект». Он ориентируется на принципе экономии сил. Он стремится добиться того же эффекта все более простыми средствами, упрощает и облегчает фактуру своих произведений, делая ее максимально скупой, ясной и прозрачной. Лист понимал, что истинно великим человеком является только тот, кто заставляет других чувствовать себя великим. За Листом может следовать всякий. Кто возьмет на себя труд серьезно работать? (В отличии от Паганини, который остался в области «недосягаемого» где он мог действовать лишь один). Для Листа фортепиано - театр, актером и режиссером которого является он сам. Он никогда не забывает, что находится перед публикой, и знает, как покорить ее. Отсюда – внешние манеры, аффектация, пафос, стремление придать драматическую форму и внешней стороне исполнения.
Итак, склонность к драматическим преувеличениям является одной из основных черт листовского пианизма. Однако наряду с этим Лист всегда оставался искренен и правдив в своем « актерстве». Трудность, по мнению Листа, заключается не в том, чтобы быть выразительным, а в том, чтобы придавать выразительность и уметь быть простым, безыскусственным. Общая сущность листовского пианизма подтверждается многочисленными исполнительскими указаниями, особенно в произведениях раннего периода, где план интерпретации намечен с резкой подробностью и тщательностью. Акценты фразировки, темп, динамика, звуковые эффекты - все приобретает у Листа иной новый смысл.

Приложенные файлы

  • docx statia.1docx
    Фадеева Е.А.
    Размер файла: 18 kB Загрузок: 0