Почему дети не читают?


Почему дети не читают?(доклад).
Авторы: Волкова Ольга Анатольевна, учитель русского языка и литературы,
Блинова Марина Александровна, учитель русского языка и литературы, воспитатель.
Цель: попытаться выяснить, почему обучающиеся потеряли интерес к книге.
«В начале было слово», куда оно исчезло? Проблемы безграмотности, низкой речевой культуры давно уже стали обыденностью. Слушая речь детей и на уроках и вне занятий, можно задуматься: как так случилось, что не выполнили завета «сохранить русскую речь, великое русское слово». Во многом это результат утраты культуры чтения. Еще 30-40 лет назад почти в каждом доме были полки с книгами, и книги там не просто пылились — их читали. Теперь книга в доме редкость.
Одной из причин кризиса чтения является большой объем визуальной информации. В нашем мире разные культуры воспринимают информацию по-разному. Российская культура являлась аудиальной. У нас долгое время основными средствами масс медиа были радио и пресса, поэтому мы любили читать, слушать, общаться. Стремительное развитие информационных технологий привело к формированию культуры визуальной. Визуальная подача более активна и агрессивна. Ребенок уже не читает, а проводит больше времени возле компьютера и сотового телефона. Происходит коренная перемена в механизме общения между людьми: живое непосредственное слово подменяется на виртуальный контакт через информационную среду компьютеров или сотовых телефонов. Вырастает поколение людей, которые привыкли к тому, что на экране происходит несколько вещей одновременно, и хотят, чтобы окружающая среда немедленно реагировала на их запросы. Уже сейчас у самых молодых диапазон внимания гораздо ниже, чем у тех, кто старше двадцати. Поэтому книга с ее сюжетом, описаниями, философскими отступлениями не воспринимается детьми. Теперь компьютер, сверкающий экранами мониторов, побуждает детей смотреть больше клипов.
Примерно в середине 1990-х годов происходящие с человеческим сознанием изменения были зафиксированы в понятии «клиповое мышление». Дети интернет-поколения одновременно могут слушать музыку, общаться в чате, бродить по сети, редактировать фотки, делая при этом уроки. Но, разумеется, платой за многозадачность становятся рассеянность, гиперактивность, дефицит внимания и предпочтение визуальных символов логике и чтению. Для стоящего на пороге мира клипового сознания даже комикс архаичен, представляя собой логичную линейную последовательность. Поэтому опасность для книги заключается не в электронном методе подачи информации, а в том, что теряется понимание, зачем, собственно говоря, нужна длительная последовательность в изложении мыслей, когда смысл можно уложить в не связанные между собой линейно кластеры. Словарь с короткими, ссылающимися одна на другую статьями – вот бумажная книга будущего. Текст будущего – короткий и рубленый, вроде реплик в «ЖЖ» или «Твиттере». Это«проще». Ведь проще смотреть, чем читать; проще слушать, чем читать; проще вообще ничего не делать, чем читать.
Еще одна из причин «нечтения» у детей (а потом — и у взрослых): они не знают значения слов. То есть просто их не понимают. Представьте себе, что вы пишете в своем компьютере слово «заяц». Через «д» и «ю». Что-то вроде «задюц». Редактор не распознает это слово, нет его такого в редакторе. И компьютер его «помечает» — подчеркивает и, бывает, еще пищит. Исправляете (если понимаете, что не «задюц», а «заяц») и пишете дальше, пока не сделаете новую ошибку. Но если это происходит при написании каждого или хотя бы каждого второго слова, если эти в принципе не понимаемые вами слова упорно подчеркиваются и пищат дурным компьютерным голосом, вы быстро бросите безнадежное и бессмысленное писательство. То же самое происходит и с чтением: ведь что такое чтение, как не переписывание текста на другой носитель и последующее его воспроизведение. Вот и не переписывают дети непонятные слова и не могут их воспроизводить. А потому отказываются от участия в этом бессмысленном процессе.
Года три назад ученые провели простое исследование. Более чем сотне учащихся 10-11-х классов признанных элитарными школ был задан вопрос: «Что такое математика?» Один ответил нечто вполне разумное. Двадцать процентов несли откровенный бред — «это чтобы сдачу в магазине получать» и что-нибудь еще поинтереснее. А восемьдесят процентов слово в слово сказали одно и то же: «Математика — это когда цифры». Представляете, это — люди, которые десять лет изучали «математику»! Что же они изучали-то? Что с них требовать? И вообще — что у них в голове. Что уж тут говорить о таких понятиях, как «война», «любовь», «красота» … Каково ребенку, да и взрослому, пользоваться такими словами, о смысле которых он не имеет никакого представления? За ознакомление с текстом надо отвечать! Вот мозг вместе с носителем и «уходит в отказ». Одна из форм такого отказа — «Красота (да и вообще что угодно) — это для каждого свое!» Нельзя жить и выжить в мире, где все для каждого — свое.
Вообще наши дети, как правило, не могут определить важнейших понятий. Потому ничего и не понимают. А читать — значит признать это. Что недопустимо с точки зрения самоуважения и самоутверждения. А определять понятия надо уметь — с точки зрения действующего образовательного стандарта. В школе с выполнением требований этого стандарта неблагополучно. Но ведь надо, надо выполнять! Ведь слово без понятийного наполнения, как говорил выдающийся психолог Л. С. Выготский, «есть звук пустой».
Необходимо обратить внимание и на то, что дети не только не читают, но и не говорят! Беспредметное и безрезультатное сотрясение воздуха отдельными словами — не в счет. Например: мы часто наблюдаем беседы детей, которые подчас даже эмоционально пытаются что-то рассказать. Не считая имен собственных и служебных слов, они во время беседы пользуются несколькими словами — «короче», «ну», «ЭЭЭЭ», «это самое». Комментарии, думаю, излишни. Прежде всего, бессловесность представляет собой отсутствие возможности передать другому человеку содержание своего мышления, как передается от человека к человеку любой продукт. Для этого мышление должно быть продуктивным. Формирование продуктивного мышления обеспечивается технологией интеллектуального образования.
Проследить за «уплыванием» у детей способности думать можно следующим образом. Прежде всего, неузнавание слов проявляется в неправильном словообразовании, то есть в непонимании норм языка и в неумении этими нормами пользоваться. Если в каком-либо связном тексте человек допускает хотя бы одно несогласование в управлении (например, неправильное падежное окончание), то это означает полное непонимание ВСЕГО текста. Пример — из школьного сочинения (журнал «Знамя», 1962 год): «Отелла рассвирепела и задушило Дездемону». Дети интуитивно чувствуют эту «ловушку» и начинают «прятать» окончания, в которых они не уверены. Речь становится достаточно невнятной( ранее приведенные примеры). Это уже сигнал о необходимости вмешательства.
Чтение воспитывается также в семье. Если ребенку в детстве не читали книг, то интерес к чтению равен нулю. Вадим Левин – детский писатель и поэт, а так же кандидат психологических наук рекумендует родителям: «Читайте малышу, когда он ещё не умеет разговаривать. А когда он станет читать сам, сохраняйте ритуал «чтения после обеда или на ночь». Читайте с ребенком вслух, по ролям и по очереди – к взаимному удовольствию.
Воспользуйтесь психологическим принципом «неоконченного действия»: читая вслух, остановитесь на самом интересном месте и оставьте ребенка наедине с книгой… А через некоторое время спросите: ну, расскажи, что там было дальше, мне это очень интересно!
Читайте сами «про себя» у ребенка на глазах. Он должен видеть, что Вам это нравится. Иногда именно так возникает желание тоже познать это удовольствие».

Приложенные файлы