ОСОБЕННОСТИ ВЕРБАЛИЗАЦИИ ЛЕКСЕМЫ ЖИЗНЬ ПОСРЕДСТВОМ ГЛАГОЛОВ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ АНАТОЛИЯ КИМА

Хайрутдинова, А.Р. Особенности вербализации лексемы жизнь посредством глаголов в произведениях Анатолия Кима / А.Р. Хайрутдинова // Текст. Произведение. Читатель: Материалы II Всероссийской научной конференции. – Казань: Изд-во МОиН РТ, 2011. – Вып.2. – С. 79-84.

ОСОБЕННОСТИ ВЕРБАЛИЗАЦИИ ЛЕКСЕМЫ ЖИЗНЬ
ПОСРЕДСТВОМ ГЛАГОЛОВ В ПРОИЗВЕДЕНИЯХ АНАТОЛИЯ КИМА

Данная статья посвящена исследованию языковой вербализации лексемы жизнь в произведениях Анатолия Кима. Его творчество представляет собой значимую главу в истории литературы. Известность писателю принесли такие произведения, как «Белка», «Онлирия», «Отец-Лес», отражающие наиболее полно философию писателя, опирающуюся на существующую космологическую традицию. Концептуальная основа ее – идея мировой гармонии. Романы этого автора объединяют проблемы жизни и смерти, бессмертия и всеединства и т.д.
Настоящая статья посвящена изучению функционирования лексемы жизнь, объединяющей такие произведения, как «Онлирия», «Близнец», «Поселок кентавров», которые до сих пор не были предметом лингвистического исследования.
В качестве отправной точки исследования выбран аспект сочетаемости лексемы жизнь с глаголами с целью выявления особенностей индивидуально-авторского мировидения. Так, нами были выделены две группы глаголов – субъектные и объектные. В сочетании с глаголами первой группы жизнь выступает в качестве субъекта действия, с глаголами второй – в качестве объекта действия. Однако следует отметить, что в качестве субъекта действия лексема жизнь выступает лишь в 30 случаях из 322 возможных. Следовательно, жизнь в индивидуально-авторском сознании предстает скорее объектом, нежели субъектом действия.
1. Прежде всего выделяется сочетаемость лексемы жизнь с глаголами бытия и фазовыми глаголами. Н.Д. Арутюнова и Е.Н. Ширяев отмечают, что «бытийные предложения утверждают о существовании в мире объектов, обладающих определенными свойствами», и «направлены от понятия к миру, от идеи к предмету» [1]. Сема бытийности осложняется семой фазисности, указывающей на начало, середину или конец жизни.
В изучаемых романах для выражения значения фазисности А.Ким использовал как специальные фазисные глаголы, так и глаголы, осмысливающиеся как фазисные в условиях контекстной сочетаемости. Так, начало становления признака представлено в нашем материале глаголом наступить (использован в форме прошедшего времени совершенного вида, что указывает на достижение внутреннего абстрактного предела действия).
Великое равновесие стихийных сил установилось в земном мире – наступила всеобщая жизнь, состоящая из кишащих мириад отдельных жизней <> [5, 69].
Фаза существования, наличия не репрезентирована в произведениях. Конечную фазу жизни передают глаголы прекращения действия, бытия, состояния: пройти–проходить, закончиться, кончиться, а также глагол промелькнуть в значении «быстро пройти». Безусловно, конечная фаза может обозначать полное прекращение, исчезновение (жизнь прошла, закончилась, промелькнула) или варьироваться (жизнь кончится, проходила).
<> вся истребленная временем жизнь промелькнула для него будто одно неприятное мгновение [4, 33]; Он грозил им “вечным шахом” – что жизнь навсегда кончится смертью [5, 60];
Среди объектных глаголов, управляющих падежной формой лексемы жизнь выделяются непосредственно глаголы собственно бытия, наличия, существования (быть в жизни, остаться в жизни, обосноваться на (старой) жизни); глаголы прекращения действия, бытия, состояния (уйти из жизни, завершить жизнь, исчезнуть из жизни, отсутствовать в жизни). К фазе существования, наличия примыкают глаголы осуществления события (выходит в жизни, происходит в жизни, получается в жизни):
<> ему можно было бы дать сорок лет с небольшим, это был крепкий мужчина в расцвете сил, каким он в жизни никогда не был [4, 17]; Очевидно, все в жизни выходит случайно <> [6, 612];
2. В сочетаниях, основанных на образно-ассоциативных связях, могут использоваться глаголы конкретного физического действия и воздействия. В лингвистической литературе глаголы действия характеризуются как номинативные единицы со сложной семантической структурой, ведущими из которых являются семы активности и целесообразности, каузативности [3, 42-44]. Эти глаголы маркированы, безусловно, позицией одушевленного субъекта.
Здесь выделяются глаголы со значением «приведения объекта в прежнее состояние» (жизнь наладилась), глаголы физического качества со значением «гнить, тлеть» (жизнь допревала), глаголы со значением каузации контакта предметов с семой «присоединить» (жизнь притягивает).
Теперь же за железобетонными стенами многоэтажных домов немощно допревала эта русская жизнь, обернувшаяся позором <> [4, 36]; Поэтому и притягивает она к себе, прошлая жизнь, заставляя писать письма, звонить по телефону <> [6, 701];
Действия жизни могут ассоциироваться с текучей субстанцией. В семантике предиката плескаться заложена сема «колыхаться, производя плеск». И мне захотелось узнать смысл нового слова: может быть, из всего того бескрайнего отчаяния, в котором покорно плещется земная жизнь, есть выход <> [5, 63].
Среди объектных глаголов, управляющих падежной формой лексемы жизнь выделяются глаголы:
– со значением передачи (дать жизнь, даровать жизнь – в данных словосочетаниях жизнь выступает в роли некоего объекта, который можно не только даровать, но и отнять в любой момент по воли любого живого существа) <> они внезапно, совершенно чудесным образом даруют ему избавление, жизнь и богатство [6, 378];
– глаголы со значением созидания передают семантику положительного, благотворного (построить в жизни, сделать при жизни)
Я получил здесь землю и начал строить дом, но в той жизни, видимо, не суждено было мне построить свой дом <> [4, 49];
– глаголы речевого действия: со значением речевого сообщения (говорить о жизни), со значением речевого общения (ссориться с жизнью) или воздействия (проклинать жизнь)
·
Несмотря на все проклятия тех, что ссорились с жизнью, после их смерти эта же самая жизнь обретала для них цену. [6, 684]; Напрасно мой близнец Василий проклинал жизнь, обвиняя ее в полной продажности, во всеобщей похотливости, в беспричинности, бесцельности, бессмысленности, безбожии <> [6, 683] – в данных примерах олицетворенный образ жизни возникает благодаря употреблению глагола, позволяющего провести условное соизмерение с человеком;
– глаголы со значением каузации контакта предметов с семой «разъединить» (расстаться с жизнью, распроститься с жизнью) и с семой «присоединить» (привязаться к жизни)
<> после того как войска князя были разбиты и <> они навсегда расстались с земной жизнью [4, 21]; Всем сердцем я привязывался к жизни, потому что знал, что ее у меня когда-нибудь отнимут [4, 50];
– глаголы непосредственно действия и воздействия, или лишения (цепляться за жизнь, посягнуть на жизнь, справиться с жизнью, забрать жизнь, отнять жизнь)
<> и я уже могу справиться с проклятой жизнью [6, 645];
– группа глаголов, стоящая на периферии глаголов действия, мыслительных, ментальных действий. В нашем материале выявлены глаголы определения (называется жизнью); глаголы оценки (расценивать жизнь); глаголы восприятия (увидеть при жизни, понаблюдать при жизни, видеть жизнь); глаголы памяти (забыть жизнь); глаголы знания (знать в жизни); глаголы возможности и желания (всю жизнь хотеться, пожелать в жизни, хотеть в (той) жизни), глаголы образного мышления со значением «явиться в мысли, в воображении» (жизнь представлялась, жизнь предстала).
И в его черных, блестящих, как мокрые маслины, глазах было столько света, который и называется жизнью, что я был зачарован и окончательно прельщен им, хотя он вовсе и не предназначался мне [6, 684]; Жизнь, настоящая, доступная лишь человеку, бренная жизнь вновь предстала перед Келимом в образе этой веселой девушки на одной ноге, с костылями под мышками» [4, 7] – следует заметить, что в данном предложении акцентируется прежде всего эмоциональное состояние, проявляющееся на уровне расширенного контекста. Здесь же мы видим, что жизнь представлен в персонифицированном образе одноногой финки Уллы Парконен.
– глаголы поиска (искать после жизни) и противопоставленные им глаголы утраты (терять жизнь)
Отшельник, решивший никогда не искать свою жену после жизни и потому почти не выезжающий из дома, с удовольствием примет гостя <> [4, 32]; Но зато они неукоснительно теряли жизни и умирали <> [6, 687].
3. Значимой является и сочетаемость лексемы жизнь с глаголами движения и перемещения. Под глаголами движения понимаются слова, обозначающие только передвижения субъекта в пространстве. В.Л. Ибрагимова отмечает, что в ядерную область ЛСГ глаголов движения включаются слова двигаться, ходить, идти [2, 55; 33].
В роли субъекта жизнь представлена лишь в сочетании жизнь покатилась, жизнь покатилась вниз. Предикаты в данном случае обозначают непроизвольное перемещение субъекта сверху вниз.
Но, возвращенный в родной город, он еще ничего не понял, и в дальнейшем жизнь его круто покатилась вниз [6, 379] – значимым здесь является присутствие при глаголе наречия вниз, которое указывает на изменение жизни героя не в лучшую сторону.
В остальных случаях лексема жизнь выступает как объект действия.
Здесь выделяется группа глаголов, идентифицированных значением «изменить место нахождения, положение объекта в пространстве через чье-либо посредство». Данные предикаты относятся к глаголам каузации перемещения и локализации объектов. Так, отмечены сочетания выбросить в жизнь, заслать в жизнь, запустить в жизнь:
Да, она чувствовала, что мы все запущены в эту жизнь в качестве разведчиков [6, 672]; Оттуда меня вновь выбросило в жизнь через расстояние столь же огромное – я оказался в Корее и внедрен был в человека <...> [6, 643];
Глаголы, обозначающие однонаправленное перемещение – пробежаться по жизни, пролететь сквозь жизни, ехал в жизни; вернуться к жизни, возвратиться в жизнь, войти в жизнь, навестить жизнь – общей семой последних сочетаний является значение «возвращение к жизни», ему антонимично сочетание выйти из жизни, уйти из жизни («уход из жизни»); разнонаправленное перемещение отмечено в выражении кочевать по жизням.
Мне можно навестить прежнюю жизнь, и я решил немного побыть с тобой [6, 627]; И мы пролетаем сквозь жизнь, как птицы сквозь пламя светового пожара, а затем снова влетаем назад в темноту [6, 639].
Таким образом, предикативные связи лексемы жизнь реализуют такие ее свойства, как линейность, динамичность, персонифицированность и субстанциональность, т.е. жизнь рассматривается как особая, непрерывно движущаяся субстанция, способная производить определенные действия, не зависящая от воли человека и других влияний. В то же время предстают образные представления о жизни как объекте, который можно найти или потерять и т.д.

Литература
Арутюнова Н.Д. Русское предложение. Бытийный тип: структура и значение/ Н.Д. Арутюнова, Е.Н. Ширяев. – М.: Русский язык, 1983. – 198 с.
Ибрагимова В.Л. Семантика русского глагола: Лексика движения: Учебное пособие/ В.Л. Ибрагимова. – Уфа: БашГУ, 1988. – 75 с.
Кильдибекова Т.А. Глаголы действия в современном русском языке. Опыт функционально-семантического анализа/ Издательство Саратовского университета. – Саратов, 1985. – 160 с.
Ким А.А. Онлирия // Новый мир. – 1995. - №2. – С. 9-55.
Ким А.А. Онлирия // Новый мир. – 1995. - №3. – С.59-112.
Ким А.А. Избранное: «Отец – Лес»; «Поселок кентавров»; «Сбор грибов под музыку Баха»; «Стена»; «Близнец». – М.: ТЕРРА – Книжный клуб, 2002. – 704 с.
Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений / Российская академия наук. Институт русского языка им. В.В. Виноградова. – 4-е изд., дополненное.- М.: Азбуковник, 1999. – 944 с.
HYPER15Основной шрифт абзаца

Приложенные файлы

  • doc doc 5
    Размер файла: 52 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий