Епокха великикх реформ 0


ВведениеБыстрое социально-экономическое развитие европейских стран требовало от России коренной перестройки внутренней жизни страны на основе личных свобод граждан и рыночных отношений. Необходимо было создать современную промышленность и транспортную систему, иначе невозможно было сохранить положение государства как великой державы. Это ясно сознавала воспитанная в европейском духе верхушка дворянства во главе с императором Александром II (1855 — 1881), Сыном Николая I. Лидером либералов был брат царя, великий князь Константин Николаевич.
Министр внутренних дел П. А. Валуев писал: «Я убежден, что для состязания с Европой нужны европейские средства, как для войны с ней нужно европейское оружие». Этими средствами были личная свобода граждан, общественное самоуправление, независимость судебныхорганов, введение подоходного налога, демократизации образования, всеобщая воинская обязанность, а в перспективе — конституционная монархия. Из независимых европейских государств к этому времени лишь Россия не имела всего этого.
Некоторые из реформ готовились еще во времена царствования Николая I. Но политическую волю царя Тогда направляло убеждение, что для России невозможно заимствование западных общественных и государственных норм как системы. Для того чтобы осуществить либеральные реформы, надо было перейти от логики политического приспособления к Европе к логике социально-экономической интеграции России и Европы, общности путей их развития.
Либерализация политической общественной жизни России была подготовлена послепетровской эпохой. Но у нее были и сильные противники. Значительная часть дворянства не желала расставаться со своими привилегиями, считая, что отмена крепостного права подорвет устои жизни страны. Многоие влиятельные чиновники видели в либеральных преобразованиях покушение на принцип самодержавия, являвшийся для них абсолютной ценностью. И хотя многие либералы заняли важные правительственные посты, это сопротивление мешало им последовательно провести реформы.
Тем не менее в 60-70 гг. 19 века в жизни России произошли коренные изменения.
Итак, целью данной работы является оценка исторической роли и значимости Великий реформ Александра II.
В процессе работы были сформулированы следующие задачи:
Обосновать необходимость либеральных преобразований;
Проследить позицию дворянства по отношению к крестьянской реформе;
Выяснить, как прореагировала общественность на предстоящие реформы;
Сравнить проекты крестьянской реформы Я.И.Ростовцева и Н.А.МилютинаОтметить значение либеральных реформ в жизни общества.
Объект исследования - Великие реформы Александра II
Глава 1. Необходимость реформ.
По окончании Крымской войны обнаружились многие внутренние недостатки Российского государства. Нужны были перемены, и страна с нетерпением ожидала их. Тогда император произнес слова, ставшие на долгое время лозунгом России: "Да утверждается и совершенствуется ея внутреннее благоустройство; правда и милость да царствует в судах ея; да развивается повсюду и с новой силой стремление к просвещению и всякой полезной деятельности..."
На первом месте, конечно же, была идея освобождения крепостных. В своей речи перед представителями московского дворянства Александр II сказал: «лучше отменить его сверху, чем ждать, когда оно само будет отменено снизу». Другого выхода не было, так как крестьяне с каждым годом все сильнее выражали недовольство существующей системой. Расширялась барщинская форма эксплуатации крестьянина, что и вызывало кризисные ситуации. В первую очередь начала снижаться производительность труда крепостных, так как помещики хотели производить больше продукции и этим подрывали силы крестьянского хозяйства. Наиболее дальновидные помещики осознавали, что подневольный труд намного уступает по производительности наемному (Например, об этом писал крупный помещик А.И.Кошелев в своей статье «Охота пуще неволи» в 1847 году). Но наем работников требовал немалых затрат от помещика в то время, когда крепостной труд был даровым. Многие помещики пытались вводить новые системы ведения хозяйства, применять новейшую технику, закупать улучшенные сорта породистый скот и т.д. К сожалению, такие меры приводили их к разорению и, соответственно, к усилению эксплуатации крестьян. Росли задолженности помещичьих имений перед кредитными учреждениями. Дальнейшее развитие хозяйства на крепостной системе было невозможным. К тому же оно, просуществовав в России значительно дольше, чем в европейских странах приняло очень жесткие формы.
Однако, существует и другая точка зрения относительно этой реформы, согласно которой к середине XIX века крепостное хозяйство еще далеко не исчерпало своих возможностей и выступления против правительства были очень слабы. Ни экономическая, ни социальная катастрофы России не грозили, но, сохраняя крепостное право, она могла выбыть из числа великих держав.
Крестьянская реформа повлекла за собой преобразование всех сторон государственной и общественной жизни. Был предусмотрен ряд мер по перестройке местного управления, судебной системы, образования и, позднее, армии. Это были действительно крупные изменения, сравнимые разве что только с реформами Петра I.
Глава 2. Отмена крепостного права
2.1.Позиция дворян в решении крестьянского вопроса
Определенная часть российского дворянства понимала противоестественность и аморальность крепостных отношений, а потому стремилась к разрешению крестьянского вопроса сознательно. Собственность помещика на землю была защищена законом. Крестьянин уже в силу сословной принадлежности не мог обходиться без земли, но не имел достаточных средств для ее выкупа. Освобождение крестьян при сохранении земельных прав помещика и решение вопроса о земле в отношении самого крестьянина — в этом заключалась основная проблема, которую правительство надеялось решить с помощью реформы. (Забегая вперед, следует сказать, что ему это удалось сделать лишь частично.)
С другой стороны, дворяне разделяли либеральные замыслы царя в связи с новыми тенденциями в экономике. В проведении крестьянской реформы были заинтересованы помещики, хозяйства которых активно участвовали в рыночных отношениях. С 1856 по 1859 г. они представили на рассмотрение императору более сотни проектов отмены крепостного права. В них были сформулированы основные условия, на которых землевладельцы соглашались отпустить крестьян.
2.2. Проекты крестьянской реформы
2.2.1. Программа Я.И. Ростовцева
Одним из деятельных помощников императора в проведении крестьянской реформы стал граф Я.И.Ростовцев. В свое время он сообщил властям о готовящемся вооруженном восстании декабристов и долгое время слыл консерватором Но при Александре II Ростовцев резко переменил свои взгляды и выступил активным сторонником реформ. По свидетельству А.М. Унковского, на это у него были сугубо личные причины: приехав за границу к умирающему от неизлечимой болезни сыну (студенту Гейдельбергского университета), он дал ему слово помогать делу освобождения крестьян. дой человек хотел покинуть этот мир с уверенностью, что отец чем-нибудь «загладит свою память», т. е. восстановит доброе имя.)
В течение августа и сентября 1858 г. Я.И. Ростовцев, находясь за границей, послал на имя Александра II четыре «всеподданнейших письма», значительно повлиявших на изменение правительственного курса. В них он изложил свое понимание крестьянской реформы. Я.И. Ростовцев полагал, что после отмены крепостного права крестьянам следует предоставить возможность постепенного выкупа земли. При этом он считал, что необходимо «соблюсти... три условия: 1) чтобы крестьянин немедленно почувствовал, что быт его улучшился, 2) чтобы помещик немедленно успокоился, что интересы его ограждены, 3) чтобы сильная власть ни на минуту на месте не колебалась, отчего, ни на минуту же, и общественный порядок не нарушался» [9].
Большинство из членов Главного комитета не одобрили проект Ростовцева. Однако на заседании 4 декабря 1858 г. Александр II, пользуясь правом монарха, заставил сановников принять предложенный вариант, предусматривавший выкуп земельного надела крестьянами. Предполагалось, что правительство будет предоставлять крестьянам целевые кредиты; предусматривалась также возможность организации крестьянского самоуправления внутри сельской общины. Именно эта программа послужила базой для проекта «Положений о крестьянах, выходящих из крепостной зависимости».
2.2.2. Либеральный проект Н.А. Милютина
Император привлек к работе Главного комитета группу либералов во главе с НА. Милютиным. Уже 1 февраля 1859 г. царь подписал разработанный ею предварительный проект реформы. Основным препятствием, с которым столкнулась группа Милютина, стала проблема установления нормы земельного надела (количества приобретаемой за выкуп земли). На местах между помещиком и крестьянской общиной нередко возникали разногласия по этому поводу.
Очевидно, что норма надела не могла быть общей для всей территории России. Во-первых, к тому времени в стране практиковалось землепользование двух видов — общинное и подворное. При общинном землепользовании земля периодически перераспределялась между членами общины в зависимости от размера их семей и количества рабочих рук. В случае подворного хозяйствования наделы закреплялись за определенными крестьянами (дворами) и не подлежали переделу. В большинстве центральных областей и на Севере сложилось общинное хозяйствование, а в Малороссии (Украине) — подворное.
Во-вторых, при установлении нормы земельного надела в областях Западной Украины и Западной Белоруссии (не всегда лояльных по отношению к центру) следовало учесть, что землей там владели большей частью поляки-католики. «Обижать» здешних крестьян (в подавляющем большинстве украинцев и белорусов) было бы крайне невыгодно для властей.
Другая проблема заключалась в различном качестве наделов с точки зрения их плодородности. Нечерноземные земли северных и центральных областей ценились меньше, поэтому нормы крестьянских наделов здесь могли быть увеличены без ущерба для интересов помещика. Нормы наделов различались в зависимости от природных особенностей конкретного уезда и даже села. Поэтому для каждой области предстояло разработать особое положение с учетом местной специфики.
2.2.3. Создание Редакционных комиссий
4 марта 1859 г. при Главном комитете были образованы Редакционные комиссии. Председателем комиссий император назначил графа Я.И. Ростовцева, который вызывал у общественности особое доверие, поскольку не имел собственной земли и крепостных крестьян, а поэтому, как считалось, не представлял интересов ни одной из помещичьих группировок Под его руководством комиссии приступили к рас-смотрению материалов, присланных из губернских комитетов. Ожидалось, что поступит 48 местных проектов (по числу губерний), но на деле их было представлено в два раза больше. Предлагались различные пути освобождения крестьян (в том числе без полевой земли), разные нормы надела, сроки и формы выкупа.
Редакционные комиссии подчинялись непосредственно Александру II и работали в рамках трех отделов — юридического, финансового и хозяйственного. Изучив все материалы, члены комиссий занялись разработкой местных положений, определявших нормы крестьянского земельного надела для каждой области России. Кроме того, в их ведение входили конкретные (соответствующие профилю отделов) задачи: определение личных и имущественных прав крестьян, регулирование отношений между крестьянами, помещиками и провинциальными органами самоуправления, порядок выкупа земли крестьянами.
Для обработки огромного количества информации, поступающей в Главный комитет, было создано еще одно (вспомогательное) ведомство — Земский отдел, призванный разбирать и систематизировать все документы, так или иначе связанные с реформой, и давать им соответствующую оценку. Первое время председателем нового отдела был А.И. Левшин, позднее эту должность занимал Н.А. Милютин, уже успевший проявить себя в работе Редакционных комиссий. Современники отзывались о Милютине как о «главном двигателе реформы» и «правой руке» Ростовцева.
О деятельности Редакционных комиссий сообщали специальные журналы, выходившие тиражом до 3 тыс. экземпляров и рассылавшиеся по России. В своей работе Комиссии использовали разнообразную информацию: сведения о последних достижениях агрономической мысли, труды западных (в первую очередь, немецких) исследователей; данные геодезических наблюдений и местную статистик)'. Кроме того, с пользой для дела Ростовцев тщательно штудировал и за-прещенные в России издания: III отделение регулярно доставляло ему номера «Колокола», издававшегося А.И. Герценом.
Интенсивность работы Комиссий вызывала изумление у современников, привыкших к волоките в столичных учреждениях. За 1857—1858 гг. Секретный и Главный комитеты провели всего 39 заседаний, а Редакционные комиссии за 1 год и семь месяцев — 409' Члены комиссий сознавали, что у России больше не осталось исторического времени для отсрочки крестьянской реформы, о чем весьма точно сказал Я.И. Ростовцев: «Я бы очень желал, чтоб нам не слишком торопиться, оно было бы вернее, однако, как никогда, нужно спешить; все мы должны понимать, что Россия снята, так сказать, с пьедестала — она теперь на блоках [2]. В 1859—1860 гг. вышли в свет 25 томов «Материалов Редакционных комиссий».
К августу 1859 г. Редакционные комиссии подготовили проект «Положений о крестьянстве». Предстояло провести обсуждение этого документа с депутатами губернских комитетов, которые отдельными группами приезжали в Петербург. С целью не допустить формирования коллективного (критического) мнения им было строго запрещено общаться между собой. Полиция следила за тем, чтобы в дни своего визита в столицу губернские депутаты не собирались вместе.
Но, несмотря на предпринятые меры, проект «Положений о крестьянстве» подвергся резкой критике. Депутаты настаивали на сокращении крестьянских наделов и повышении размера оброка, некоторые требовали полного сохранения земли за помещиками. В результате Редакционные комиссии были вынуждены пойти на ряд уступок.
В российских условиях первостепенное значение приобрел механизм выкупа земли, поскольку подавляющее большинство крестьян не располагало достаточными средствами для совершения этой операции. Либерально настроенные члены Редакционных комиссий предлагали отдать крестьянам землю на условиях выкупа в рассрочку при активной финансовой поддержке государства, но встретили сильное противодействие со стороны собственников. Помещики настаивали на том, чтобы наделы предоставлялись крестьянам на строго определенный срок (как правило, на 20 лет), в течение которого крестьянин мог бы выкупить землю. Предполагалось, что не выкупленные за это время наделы вновь перейдут к помещикам.
В расчет принималось и то, что в этом случае крестьянам не останется ничего другого, как опять идти на поклон к землевладельцам. Такой вариант не устраивал либеральных ре-форматоров, стремившихся сделать крестьян не только свободными людьми, но и независимыми земельными собственниками.
После смерти Я.И. Ростовцева в феврале 1860 г. должность председателя Редакционных комиссий занял министр юстиции В.Н. Панин, придерживавшийся в крестьянском вопросе консервативных позиций. Он считал, что срок выкупа земельного надела следует ограничить. Однако и на этот раз либералов поддержал император. В проекте реформы была использована их формулировка.
10 октября I860 г. работа Редакционных комиссий завершилась и проект «Положений о крестьянстве» перешел на рассмотрение в Главный комитет. К тому времени вместо графа Орлова председателем Комитета стал великий князь Константин Николаевич, активный сторонник реформ и покровитель петербургских либералов. На этом уровне проект обсуждался в течение трех месяцев (вплоть до 14 января 1861 г.). За это время в него был внесен ряд изменений: нормы крестьянских наделов в некоторых губерниях в очередной раз снизились, а для местностей, где имелись «особые промышленные выгоды», увеличился оброк.
«Всякое дальнейшее промедление может быть пагубно для государства»,— заявил Александр II 28 января 1861 г. на открытии заседания Государственного совета, который должен был окончательно утвердить проект «Положений». Затем император добавил: «Я надеюсь, господа, что при рассмотрении проектов, представленных в Государственный совет, вы убедитесь, что все, что можно было сделать для ограждения выгод помещиков,— сделано» [7]. Благодаря предложению князя П.П. Гагарина в проект был включен еще один пункт, по которому крестьяне при желании могли сразу и бесплатно получить четверть надела.
16 февраля 1861 г. завершилось обсуждение «Положения о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости». Подписание утвержденного проекта отложили до 19 февраля, чтобы приурочить дарование крестьянам воли к 6-й годовщине восшествия Александра II на российский престол.
Утром 19 февраля 1861 г. на столе императора лежал беспрецедентный в истории страны документ — «Общее положение о крестьянах, вышедших из крепостной зависимости». «Быть по сему», — написал император на его титульном листе.
Одновременно с «Положением» царь подписал Манифест «О всемилостивейшем даровании крепостным людям прав состояния свободных сельских обывателей». Первая версия Манифеста была составлена НА Милютиным и Ю.Ф. Самариным, позднее по настоянию царя ее отредактировал митрополит Филарет. В окончательном варианте текста инициатива осво-бождения крестьян исходила от помещиков: «...дворянству предоставили мы, по собственному вызову его, составить предположения о новом устройстве быта крестьян, причем дворянам предлежало ограничить свои права на крестьян и подъять трудности преобразования не без уменьшения своих выгод» [5]. Далее говорилось, что «дворянство добровольно от-казалось от права на личность крепостных людей» [5]. Манифест призывал крестьян к спокойствию и неукоснительному соблюдению новых законов: «...с надеждою ожидаем, что крепостные люди при открывающейся для них новой будущности поймут и с благодарностию примут важное пожертвование, сделанное благородным дворянством» [5].
Однако, «полагаясь на здравый смысл нашего народа», правительство в то же время понимало, что крестьяне не будут удовлетворены условиями, на которых они получат свободу. Заранее были приняты чрезвычайные меры на случай крестьянских восстаний. С декабря 1860-го по январь 1861 г. проводились секретные совещания генерал-губернатора Санкт-Петербурга, министра внутренних дел, военного министра и начальника III отделения: обсуждался вопрос об ох-ране правительственных зданий во время оглашения Манифеста. Духовенство в своих проповедях призывало крестьян к повиновению властям.
2.3.4. Обнародование крестьянской реформы
После подписания императором «Положения» и Манифест были отпечатаны типографским способом в необходимом количестве экземпляров, и флигель-адъютанты отправились по губерниям с целью оповестить народ о дарованной ему воле. С целью предотвращения возможных беспорядков каждый из таких посланцев наделялся беспрецедентными полномочиями и при необходимости мог совмещать функции главы местной власти и командующего войсками в соответствующей губернии.
5 марта с амвонов российских храмов впервые прозвучало заветное: «Крепостные люди получат в свое время полные права свободных сельских обывателей» [5]. В столице люди на улицах поздравляли друг друга с «гражданским воскресеньем». С 5 марта по 2 апреля 1861 г. происходило обнародование реформы, повлиявшей на дальнейшую судьбу России.
Труднодоступный для понимания текст «Положений» нуждался в толковании. Не всегда крестьяне могли сразу уяснить, что написано в «царской бумаге». Бывало так, что грамотея из местных (единственного на всю округу) возили из села в село, кормили и поили — лишь бы рассказал правду о «воле».
Иногда неправильное понимание текста приводило к крестьянским волнениям. В селе Бездна Рязанской губернии старовер-фанатик Антон Петров, по-своему прочитав текст «Положений», убедил мужиков в том, что помещики якобы скрывают объявленную царем «истинную волю», прячут ее от народа. В результате крестьяне подняли бунт, жестоко подавленный присланными войсками.
Тем не менее «низы», хотя и медленно, усвоили суть преобразований. М.Е.Салтыков-Щедрин писал в журнале «Современник»: «Вникните в смысл крестьянской реформы, взвесьте все ее подробности, припомните обстановку, среди которой она свершалась, и вы убедитесь... что, несмотря на всю забитость и безвестность, одна только нравственная сила народа и произвела всю реформу» [5].
2.3.5. Переходный период
19 февраля 1861 г. Александр II подписал документ, согласно которому «крепостное право на крестьян, водворенных в помещичьих имениях, и на дворовых людей» отменялось навсегда. Крестьяне объявлялись свободными в юридическом отношении лицами. Тем не менее превращение вчерашних крепостных в свободных сельских обывателей и земельных собственников не могло свершиться в одночасье, одним лишь росчерком пера.
В течение переходного периода крестьяне считались временнообязанными. Им полагалось «отбывать в пользу помещиков определенные в местных положениях повинности работой или деньгами», поскольку помещики предоставляли им в бессрочное пользование усадебную землю, полевые и пастбищные наделы. Однако принципиальное отличие такого положения от крепостной зависимости заключалось в том, что обязанности крестьян были четко прописаны в за-конодательстве и ограничены во времени. Переходный период был необходим и для землевладельцев — им предстояло переустроить поместья в расчете на применение труда наемных работников. Имел значение и психологический аспект: для помещиков, привыкших к вековому укладу, было бы трудно лишиться сразу бесплатной рабочей силы.
Перестав считаться временнообязанными (после определенного срока), крестьяне могли приступить к выкупу наделов. Однако преобразователи не учли варианта, при котором крестьянин как свободный человек мог и отказаться от надела. Авторы реформы исключали такую возможность, покольку русский селянин не мыслил себя без земли. К тому же количество городов, куда могли бы податься вчерашние крепостные, было не очень велико — Россия оставалась преимущественно аграрной страной.
Кроме того, после отмены крепостного права крестьянин в известном смысле получил лишь формальную свободу: он принадлежал общине, с которой государство и решало все вопросы, связанные с предоставлением земельных наделов. С уходом из общины крестьянин терял землю. Да и само понятие индивидуальной свободы воспринималось народным сознанием как чуждое.
Отказаться от полевого надела крестьянин не мог и потому, что усадебная земля (собственно, огород) не обеспечивала потребностей его семьи. В этих условиях он был вынужден идти на выкуп надела у помещика, которому тоже приходилось приспосабливаться к новым (достаточно жестким) условиям. Помещик, разумеется, имел право не продавать на-дел крестьянину. Но в этом случае он, барин, оставался не-полным собственником земли: выделенная крестьянам земля закреплялась за ними навечно, а их обязанности по отношению к помещику строго регламентировались законом. В этом случае поместье не могло служить для владельца гарантированным источником прибыли. Поэтому ему было выгоднее именно продать крестьянину землю. На это и рассчитывали реформаторы.
Через 20 лет после вступления в действие Манифеста 1861 г. большинство крестьян внутренних губерний приступили к выкупу или уже выкупили наделы. К 1881 г. на положении временнообязанных находились только 15 % бывших крепостных. В Западной Украине и Западной Белоруссии крестьяне начали выкупать землю сразу.
2.3.6. Последствия реформы
Наиболее наглядным следствием реформы 1861 г. стало катастрофическое обезземеливание русских крестьян. Размер наделов, предоставляемых крестьянам, по закону определялся помещиками. За основу бралась площадь надела, которым крестьянин пользовался до реформы. Если сторонам не удавалось достичь «полюбовного соглашения», количество выделяемой земли устанавливалось исходя из жестких норм, рассчитанных для каждой губернии.
Если до реформы крестьянин обрабатывал надел, который по размеру был больше установленной нормы, помещик имел право отрезать излишек земли в свою пользу. И наоборот если величина дореформенного надела была меньше нормы, помещику предписывалось добавить недостающие десятины.
Однако землевладельцы намеренно подавали в Редакционные комиссии заниженные данные о размерах используемых крестьянами наделов. В результате крестьянское земле-пользование (т. е. совокупная площадь обрабатываемой крестьянами земли) в 27 из 36 внутренних российских губерний сократилось в среднем на 20 % (в отдельных губерниях — на 30 %).
Чтобы обеспечить прожиточный минимум, крестьянину требовалось от 5 до 8 десятин земли (в зависимости от ее плодородия). Однако в действительности большинство крестьян (примерно 70 %) получили наделы площадью от 2 до 4 десятин. При этом лучшие участки, а также выгоны и водопои остались в собственности у помещиков, поскольку они сами определяли, какие земли отдать вчерашним крепостным. Иными словами, крестьяне не стали полноценными и независимыми земельными собственниками. Более того, реформа обрекла их на постоянный «земельный голод» и постепенное обнищание. Земельный вопрос стал традиционно «неподъемным» для страны.
Пореформенные отношения между крестьянами и помещиками не были (да и не могли быть) равноправными. При решении вопроса о размерах полевого надела собственником земли выступал только помещик — применительно к крестьянам в народном сознании даже не существовало понятия «собственность на землю». Крестьяне считали, что земля ничья — «Богова», на ней можно только работать, но отдавать ее (завещать, менять и т. д.) грешно. При решении вопроса о земле они говорили с помещиками фактически на разных языках. Несовместимость двух миропонимании — официально-правового и традиционно-крестьянского — стали ощутимым барьером в осуществлении реформы.
Прежде чем продавать и выкупать землю, следовало выяснить ее стоимость. Реформаторы предлагали установить размер выкупа исходя из среднерыночных показателей. Однако помещик терял не только землю, но и труд крестьянина, поэтому он стремился возместить ущерб посредством получения выкупа и за землю, и за отпущенного на волю крепостного.
Тормозом для аграрной реформы стал финансовый кризис 1858—1859 гг.: в казне не было денег для кредитования вчерашних крепостных. При этом правительство отдавало себе отчет в том, что самостоятельно крестьянину надел не выкупить. Государство не могло предоставить крестьянам безвозмездную ссуду, как это в свое время сделали правительства Австрии и Пруссии. Ему было невыгодно и отстаивать высокие нормы земельных наделов, поскольку в этом случае повышалась величина выкупа и, следовательно, той суммы, которую надлежало выдать крестьянам.
Реформа осуществлялась за счет крестьянина: его обязали оплатить свой полевой надел, т. е. вернуть всю ссуду, которую он получит от государства для постепенного, а не единоврменного выкупа земли. Об этом весьма прозрачно говорилось в одном из сообщений Редакционных комиссий: «В виду финансовой осторожности следует принять за правило, что выкупная операция, так сказать, питает сама себя, не обременяя государственное казначейство новыми постоянными расходами» [5].
Механизм выкупа был таков, что помещики смогли быстро вернуть старые долги Государственному банку, который поправлял свои дела благодаря поступавшим от крестьян платежам, ведь они значительно превышали размеры государственной ссуды. Например, выкупная ссуда у крестьян Воронежской, Курской и Орловской губерний в общей сложности составляла 7,5 млн рублей, тогда как крестьяне вернули 13 млн рублей. Разницу в 5,5 млн рублей можно расценивать как чистый доход Государственного банка.
Правительство сумело заставить помещика не изымать из Государственного банка суммы, поступавшие на его счет. Ведь именно государство расплачивалось с землевладельцами (хотя и кретьянскими деньгами). За выкуп, который помещик оставлял в банке, государство ежегодно гарантировало ему выплату эквивалента в том же размере, что он получал в дореформенный период в виде крестьянского оброка за пользование землей. Исходя из этого и определялся размер выкупа за землю.
Чтобы поддерживать финансовое равновесие, Государственный банк придерживался оптимальной — 6 %-ной — ставки по вкладам. Большая процентная ставка была бы для него невыгодна, а меньшая вынудила бы помещиков забирать свои деньги, поскольку большой прибыли в этом случае не ожидалось бы.
Государство выступало в качестве ростовщика: крестьянам предстояло в течение 49 лет ежегодно выплачивать по 6 % от предоставленной им ссуды. Благодаря этому государство не только расплачивалось с помещиками, но получало немалый доход — ведь за полвека крестьянам пришлось бы внести в банк сумму, в три раза превышающую полученную ссуду. Все проценты сверх того, что отдавалось помещику, тоже поступали государству.
На обязательный выкуп крестьяне были переведены в 1881 г., а землю они начали выкупать лишь с 1 января 1883 г. При этих условиях окончание выплат государству и переход вы-купленной земли в полную собственность крестьянам теоретически можно было ожидать в 1932 г. Это практически не ущемляло прав помещиков и не ухудшало финансового положения государства — все издержки преобразований ложились на плечи крестьян. Поэтому у многих представителей российской общественности того времени возникло убеждение, что крестьян попросту ограбили.
В реформе 1861 г. для крестьянина главным достижением была не личная свобода (сама по себе она не имела для него особой ценности), а попытка решения вопроса о земле. Без наделения крестьянина достаточным количеством земли все разговоры о «воле» не имели смысла. Поскольку права крестьянина в значительной степени ограничивались властью общины («мира»), он фактически лишился свободы передвижения. Если сопоставить цели реформы (превращение крестьян в свободных земельных собственников) и ее результаты (обезземеливание, обнищание и ограничение возможностей), то с известной долей уверенности можно сказать, что реформа в России не удалась.
По сути дела, в ходе преобразований между сословиями не возникло принципиально новых отношений — они, скорее, видоизменились, но не исчезли из практики старые. По целому ряду важных вопросов крестьяне не подчинялись общегражданскому законодательству Российской империи и продолжали считаться низшим сословием.
При осуществлении реформы первостепенное значение придавалось решению государственных задач. Государство после преобразований оказалось более сильным: оно получило огромный резерв дешевой рабочей силы из обнищавших крестьян, мощную армию, а впоследствии и стабильное финансирование. Международный престиж Российской империи повысился не только благодаря ее победе в русско-турецкой войне 1877— 1878 гг., но и в связи с тем, что страна ос-вободилась от средневековых пережитков.
Выше всех частных устремлений Александр II ставил интересы государства. 28 января 1861 г. в речи, обращенной к членам Государственного совета, он особо подчеркнул: «Взгляды на представленную работу могут быть различны. Поэтому все различные мнения я выслушаю охотно; но я вправе требовать от вас одного: чтобы вы, отложив все личные интересы, действовали как государственные сановники, облеченные моим доверием» [8].
Однако земельный вопрос, по сути, остался нерешенным. Поэтому многие государственные деятели и представители русской общественной мысли смотрели в будущее без оптимизма. Министр народного просвещения А.В. Головкин в конце 1870-х гг. писал: «За последние сорок лет — правиельство много брало у народа и дало ему очень мало. Это не-справедливо. А так как каждая несправедливость всегда наказывается, то я уверен, что наказание это не заставит себя
ждать. Оно настанет, когда крестьянские дети, которые теперь грудные младенцы, вырастут и поймут все то, о чем я только что говорил. Это может случиться в царствование внука настоящего государя» [4].
Один из сановников, П.А. Валуев, записал в дневнике по поводу реформы: «Повеяло ветром, который со временем сметет противопоставляемые ему преграды. Вопрос в том, сметет ли он только дряблое и отжившее или усилится до бури, которая поломает и живое, зависит от правильности наблюдений и взглядов Зимнего дворца» [4].
Внуком Александра И был, как известно, последний российский император Николай II, то есть тревожные предчувтвия свидетелей реформы сбылись.
Глава 3. Эпоха Великих реформ.
3.1. Судебная реформа
«При крепостном праве в сущности не было надобности в справедливом суде. Настоящими судьями тогда были только помещики. От помещика зависели все отношения и к крестьянам, и к земле... и барщина, и жизнь, и смерть крестьянина», — это высказывание принадлежит одному из авторов судебной реформы, юристу, статс-секретарю Государственного совета СИ. Зарудному,
Необходимость реформирования российской судебной системы возникла не только в связи с освобождением крестьян от крепостной зависимости и уравнивания (хотя бы формального) их в правах с другими сословиями. Пришло время пересмотреть концепцию российского права в целом, ведь его функции заключались не в защите личных или гражданских прав, а в принуждении к послушанию.
само понятие законности в России ассоциировалось не с равенством всех перед правосудием, а с исполнением воли самодержца, возведенной в ранг закона. Сами по себе правовые нормы и идеи не играли значительной роли — они лишь обслуживали государственную «пирамиду» с монархом на ее вершине. В российском правовом поле отсутствовало разграничение между судебной (толкующей и охраняющей закон) и администраивной (занимающейся собственно управлением) ветвями власти, в чем царь (император) и не нуждался: управляя государством, он сам выступал гарантом законности. В Европе существовало иное пони-мание права: там считалось, что за-кон рождается из стремления общества упорядочить свою жизнь, а не устанавливается «сверху». Судебная реформа, которую на фоне остальных преобразований в России второй половины XIX в. историки считают наиболее удавшейся, была попыткой при-вести эти начала к общему знаменателю.
Новые судебные уставы, вступившие в действие 20 ноября 1864 г., разрабатывались лучшими российскими юристами с учетом зарубежного опыта. В основу судопроизводства была положена независимость судей от администрации: теперь они назначались царем или Сенатом пожизненно.
Сместить судью допускалось только по его собственному желанию либо по решению суда. За императором сохранялось лишь право на помилование. Судебные процессы стали носить гласный и публичный характер: на разбирательстве дела могли присутствовать все желающие. В зале суда появились адвокаты — представители и защитники сторон. Одним из результатов реформы стало учреждение суда присяжных, назначавшихся из числа авторитетных представителей гражданского населения. Присяжные заседатели участвовали в судебных слушаниях и (наряду с судьей) в вынесении приговора.
Структура российского суда значительно упростилась. Действовали суды двух видов: мировой и общий. Мировые судьи утверждались на должность Сенатом. Мировой суд рассматривал малозначительные уголовные преступления и гражданские дела, в которых ущерб пострадавшей стороны не превышал 500 рублей. Он стремился к примирению сторон и был единоличным (присяжные в нем не участвовали). Вместе с тем мировой судья обладал и правом выносить приговор, который несогласная сторона могла обжаловать на съезде мировых судей округа. Чтобы обеспечить поле их деятельности, в империи было специально создано 108 округов. В каждом из них мировой судья избирался уездными земскими собраниями из числа кандидатов, соответствующих возрастному, имущественному и образовательному цензам.
Общий суд состоял из окружных судов и судебных палат. Дела о государственных преступлениях рассматривались судебными палатами, в которых слушания проходили при уча-
стии представителей от сословий. Решения окружных судов при необходимости подлежали обжалованию в судебных палатах. Сенат являлся высшей судебной инстанцией. Он выполнял функцию надзора за соблюдением судебных уставов и самой процедуры судопроизводства. При обнаружении нарушений Сенат мог вернуть дело в суд для повторного разбирательства.
Изменилось и отношение российских подданных к суду и законодательству. Решение спорного вопроса зависело теперь не от должностного лица (которое могло быть и подкуплено), а от толкования закона в ходе публичной судебной процедуры. В империи увеличилась численность грамотных юристов, призванных обеспечить все возраставшие правовые потребности общества. Статус юриста в глазах общества значительно повысился. Адвокатские и нотариальные конторы постепенно становились неотъемлемой частью городского уклада.
Едва новые судебные учреждения успели заявить о себе, как власть поспешила с разного рода «изъятиями», «дополнениями» и «разъяснениями», ограничивающими деятельность судов. В 1866 г. судебным чиновникам предписывалось по первому вызову являться к губернатору и «подчиняться его законным требованиям». Закон 1871 г. вменял производство дознания по политическим делам в обязанность жандармерии, а с 1878 г. большая часть политических дел передавалась военным судам. Закон 1872 г. ограничивал публичность судебных заседаний (теперь уже не всякий желающий мог присутствовать на рассмотрении дела).
Новая судебно-правовая система не включала в поле своего действия крестьян. Хотя они уже не подлежали вотчинному суду помещика и пользовались почти теми же правами, что и представители других сословий, их воспринимали как группу населения, обладающую отличным от других правовым статусом. В связи с этим все спорные имущественные вопросы между крестьянами и дела о преступлениях рассматривались не в общем суде, а в волостных судах, члены котоых выбирались из крестьян.
Эти суды обладали полномочиями выносить приговоры не на основании всеобщего гражданского права, а в соответствии с местными обычаями. Их деятельность контролировалась особыми органами надзора. Волостные суды существовали как бы сами по себе, на периферии российской системы судопроизводства. Нормы, по которым виновным крестьянам выносились наказания, не подпадали под всеобщие. Например, волостной суд мог приговорить крестьянина не старше 60 лет к телесному наказанию, отмененному для всех остальных сословий. Губернатор, прежде всесильный, прибегал к такой расправе с осторожностью: подвергая порке крестьянина, он рисковал получить судебное взыскание со стороны Сената.
В крестьянском сословии власть видела основу своего благополучия, поэтому всеми способами стремилась закрепить мужика за земельным наделом, который, по сути, принадлежал не ему, а общине. Крестьянина, ушедшего в город, община могла вытребовать обратно в полицейском порядке. Только община имела право выдавать паспорт крестьянину, изъя-вившему желание отправиться на заработки (промыслы и т.п.). Такой паспорт считался действительным в течение пяти лет.
Некоторые правоведы и политики были убеждены в наличии (и полезности) «особого русского национального крестьянского права». На деле частично проведенная судебно-правовая реформа стала продолжением столь же непоследовательной земельной реформы. Разумеется, российский суд стал более мягким, либеральным, а судебная практика приобрела черты европейской. Но из сферы этих преобразований оказались исключенными миллионы крестьян. К тому же наиболее важные результаты реформы вскоре были ограничены правительством.
3.2. Рождение земского самоуправления
Со времен Екатерины II каждое сословие в России представляло собой некую отдельную общность. Органы само-управления существовали у дворян (дворянские корпорации) и у купцов (купеческие гильдии). После реформы 1861 г. они появились и у крестьян (сельское и волостное самоуправление). Единая (то есть внесословная) система самоуправления стала потребностью общества, вступившего
в полосу преобразований. Теперь общество предпочитало решать свои проблемы самостоятельно, без опеки сверху. Государство тоже в какой-то степени от этого выигрывало: оно получало возможность разгрузить административный аппарат, передав значительную часть дел в ведение земских органов.
Земство укоренилось в России с давних пор. В политической истории страны земские соборы играли значительную роль вплоть до второй половины XVII в. Даже род Романовых воцарился на российском престоле по решению Земского собора 1613 г. Однако по мере укрепления самодержавной власти, с созданием разветвленного государственного аппарата и сильной армии значение земщины заметно уменьшилось.
Намечая реформу, Александр И не стремился восстановить земство в его первоначальном виде. Местные органы самоуправления были призваны хотя бы частично сдерживать произвол чиновничьего аппарата, с трудом поддававшегося контролю сверху. Многие общественные деятели считали засилье бюрократии главным злом для России.
Разработкой проектов преобразования местных органов самоуправления занималась комиссия под председательством НА Милютина, созданная в марте 1859 г. при Министерстве внутренних дел. Сложнее всего оказалось определить, в каком объеме наделять земство властными полномочиями. Возникали и другие вопросы, по которым предлагались самые различные (в том числе бескомпромиссные) решения. В течение двух лет комиссия Милютина не могла выработать общего мнения о статусе земских учреждений — будут ли они зависеть от государственных органов или станут полностью самостоятельными.
В апреле 1861 г. комиссию по земской реформе возглавил министр этого ведомства П.А. Валуев, после чего дело несколько сдвинулось с мертвой точки. Земства наделялись определенной самостоятельностью, но государство сохраняло за собой право контроля над их деятельностью.
В апреле 1862 г. Совет министров обсудил документы о реформе, в июне ее главные положения утвердил Александр II, а осенью они были представлены на суд обществен ности. В дворянских собраниях прошли оживленные дебаты, и в марте 1863 г. комиссия Валуева в основном завершила работу над двумя проектами — «Положением о губернских и уездных земских учреждениях» и «Временными правилами» (для тех же учреждений). С мая по октябрь их рассматривал Государственный совет. Его членам пришлось ознакомиться не только с проектами, представленными комиссией Валуева: на обсуждение поступили две «Записки» — от глав-ноуправляющего II отделением собственной Его Императорского Величества канцелярии барона М.А. Корфа и бывшего председателя комиссии НА Милютина.
Основные разногласия касались прежде всего вопроса о представительстве различных сословий в земских учреждениях. Комиссия Валуева стремилась «сохранить за дворянством то значение, которое принадлежит ему на самом деле» [8]. Нормы представительства устанавливались на основе имущественного ценза: для избрания в земские органы кандидат должен был владеть имуществом, стоимость которого соответствовала установленной законом сумме. Это обеспечивало высокий процент представительства именно дворянам как наиболее состоятельному сословию.
М.А. Корф считал, что следует отказаться от применения имущественного ценза для крестьян и установить для них избирательную норму из расчета 1 гласный (депутат) от 4 тыс. сельских жителей. НА Милютин также настаивал на том, чтобы количество депутатов в земских органах определялось не на основании имущественного ценза, а исходя из численности населения (1 гласный от 300 душ мужского пола уездного населения, а от городов — 1 гласный от 1000 душ мужского пола). Кроме того, он предусмотрел в своем проекте ограничения, не позволявшие общему количеству представителей от городов превысить общее количество избранных от сельской местности, а количеству гласных от помещиков превысить количество депутатов от остального сельского населения.
Проект Милютина был направлен на то, чтобы земские органы на самом деле являлись всесословными. По настоянию Александра II Государственный совет принял ряд поправок к проекту Валуева, утверждавшему приоритет дворянских представителей в земских учреждениях. 1 января 1864 г. закон о земских учреждениях вступил в действие.
Земство наделялось многими функциями по поддержанию жизнедеятельности общества, в том числе это касалось обеспечения народа продовольствием (в случае голода или эпидемий) и руководства благотворительными заведениями. Кроме того, земские органы были призваны способствовать прекращению нищенства и осуществлять «попечение о построении церквей», а также заботиться о народном образовании и здоровье населения. (В первую очередь речь шла о строительстве школ, больниц и приютов, а также об устройстве библиотек. Вообще, в компетенцию земских органов входили преимущественно хозяйственные вопросы, включая деятельность земской почты и содержание тюрем.)В «Положении о губернских и уездных земских учреждениях» оговаривалось, что в своих распоряжениях они «не могут выходить из круга указанных им дел; посему они не вмешиваются в дела, принадлежащие кругу действий правительственных, сословных и общественных властей и учреждений» [6].
К земским учреждениям относились губернские и уездные собрания и управы. Они создавались на основе свободных выборов, которые проводились один раз в три года. Все избиратели распределялись на три группы (курии). Первая (крестьянская) курия была исключительно сословной. Общее правило имущественного ценза на нее не распространялось. Вторая и третья курии объединяли избирателей с различным имущественным положением. Во вторую курию входили собственники, каждый из которых имел не менее 200 десятин земли. Третья курия объединяла владельцев недвижимого имущества (обычно дома) стоимостью от 500 до 3 тыс. рублей. Как правило, во вторую курию входили помещики, у которых не было недвижимости в городе, а в третью — богатые горожане (прежде всего, купцы).
Сначала избиралось уездное земское собрание. В крестьянской курии выборы были многоступенчатыми. Каждое сельское общество выдвигало представителей на волостной сход. На сходе определяли выборщиков, которые и выбирали гласных в уездное земское собрание. Оно в свою очередь выбирало членов губернского земского собрания. Председателями собраний являлись предводители дворянства — уездные и губернские соответственно.
На первом заседании уездного и губернского собраний избирались уездная и губернская земские управы (уездная управа состояла из трех лиц, губернская — из семи). Уездное и губернское земские собрания устраивали заседания один раз в год. В перерывах между собраниями рассмотрением текущих дел занимались управы, которые заседали постоянно.
После первых выборов в уездных земских собраниях распределение гласных выглядело следующим образом: дворяне — 42 %, крестьяне — 39 %, купцы — 11%, духовенство — 6,5%. Представителей от других сословий было мало.
Земства в значительной степени обладали самостоятельностью, но государство осуществляло контроль за их деятельностью. Например, губернатор мог приостановить исполнение какого-либо постановления земского собрания. В этом случае дело возвращалось земскому органу на повторное рассмотрение. Губернское собрание было вправе вновь принять то же постановление. Если губернатор вновь приостанавливал его действие, возникший спор подлежал рассмотрению в Сенате, которому принадлежало решающее слово.
С созданием земских учреждений изменилась жизнь в российской провинции, где стали строиться земские школы, больницы, приюты. В селах земские учителя обучали грамоте крестьян и их детей. Врачи сознательно отказывались от выгодной практики в городе, чтобы возглавить земские больницы в отдаленных деревнях. В суде права крестьян отстаивали земские юристы. Земские агрономы помогали земледельцам освоить новые приемы в агротехнике. Благодаря земской статистике появилась возможность провести перепись крестьянского населения. Земство предоставляло мужикам небольшие денежные ссуды, способствуя укреплению крестьянских хозяйств.
И все же деятельность земств была недостаточно эффективной в связи с тем, что они не располагали инструментом принуждения (полиция им не подчинялась) и, следовательно, не могли реально контролировать исполнение своих решений. Как учреждения исключительно общественные они не допускались к участию в государственном управлении да-
же в тех случаях, когда это было необходимо. Не обладали земства и полной финансовой самостоятельностью. Не могли они и создавать какие-либо объединяющие их органы наподобие общеземского съезда.
В «верноподданнейших адресах» на имя Александра II представители земств излагали свои предложения об изменении государственного устройства. Кроме того, среди земских деятелей была популярна идея созыва общеземского съезда, который мог бы служить неким объединяющим органом для местных структур самоуправления. Либерально настроенные депутаты выступали за придание земству государственного статуса, близкого к парламентскому.
Однако власти пресекали всякую попытку политической активности со стороны земских учреждений. В 1867 г. петербургское земское собрание, высказавшееся за участие земств в законодательной работе, было по высочайшему распоряжению распущено на три года. А по закону «О порядке производства дел в сословных и общественных собраниях» гласные отвечали перед судом, если принимали решения по вопросам, которые не входили в их компетенцию.
Либеральные настроения в земской среде усилились в связи с победой России над Турцией. В Болгарии установилась конституционная монархия, а Россия, освободившая «братьев по вере» от чужеземного ига, не имела конституции. Земские деятели расценивали такое положение как абсурдное. В апреле 1879 г. в Москве состоялся первый нелегальный общеземский съезд. В нем приняли участие только 22 человека, примерно половину из них составляли делегаты от двух губерний — Тверской и Черниговской.
Власти, встревоженные усилением терроризма и нигилистических настроений, все же пошли на сближение с земскими либералами.
Летом 1880 г. государственный секретарь Е.А. Перетц по поручению великого князя Константина Николаевича подготовил проект, предусматривавший присоединение к Государственному совету собрания земских представителей на правах совещательного органа (т. е., по сути, на положении предпарламента). Предложения Перетца были учтены в проекте министра внутренних дел М.Т. Лорис-Меликова. Утром 1 марта 1881 г. Александр II выразил пожелание, чтобы проект конституционной реформы вынесли на обсуждение Совета министров (его заседание назначалось на 4 марта). Никто не мог предположить, что через два часа император станет жертвой террористов и Россия останется без конституции.
3.3. Военная реформа
Реформа армии Крымская война 1853—1856 гг. продемонстрировала низ-кую боеспособность русской армии и показала необходимость проведения коренных реформ в военной области. Реформы растянулись на несколько лет и затронули все стороны армейской жизни.
ДА. Милютин, занявший в 1861 г. пост военного министра, одной из основных задач преобразований считал сокращение армии в мирное время при возможности значительного увеличения ее в военный период за счет создания обученного резерва, а для этого было необходимо в корне изменить порядок пополнения армии. Поэтому рекрутские наборы, су-ществовавшие еще с времен Петра Великого, были отменены, а вместо них вводилась всесословная воинская повинность. Согласно новому воинскому уставу призыву в армию подлежали лица всех сословий по достижении ими возраста
20 лет (позднее — 21 года). Изменен был и общий срок службы: в сухопутных войсках он составил 15 лет (из них 6 лет действительной службы и 9 лет в запасе), во флоте — 10 лет (7 лет и 3 года соответственно). Для лиц, имеющих образование, срок действительной службы сокращался: выпускникам начальных училищ предстояло служить 4 года, а лицам с высшим образованием — 6 месяцев.
Единственные сыновья и единственные кормильцы семьи от действительной военной службы освобождались и зачисялись в ополчения, собираемые лишь во время войны. Представители народов Севера, Средней Азии, некоторые категории населения Кавказа и Сибири призыву в армию не подлежали.
Произошли изменения в системе военно-учебных заведений: теперь общее образование, которое будущие офицеры получали в военных гимназиях, было отделено от специального, получаемого в военных училищах. И в гимназии, и в военные училища зачислялись лица со средним образованием, преимущественно дети дворян. Кроме того, открывались юнкерские училища, куда принимали представителей всех сословий, не имевших среднего образования. С 1868 г. для пополнения юнкерских училищ были созданы военные прогимназии; расширялась сеть солдатских школ. В 1867 г.
открылась Военно-юридическая академия, в 1877 г.— Морская академия. Серьезному пересмотру подверглись программы военных учебных заведений. Перед преподавателями ставилась задача учить солдат и будущих офицеров тому, что необходимо на войне; время на строевую подготовку было значительно сокращено.
Началось перевооружение армии и флота: на смену гладкоствольным в 1867 г. пришли нарезные орудия, чугунные и бронзовые были заменены стальными; в 1870 г. на вооружение русской армии были взяты усовершенствованные винтовки Бердана.
Император Александр II, вызвавший восхищение и удивление просвещенных людей целого мира, натолкнулся и на недоброжелателей. Преследовавшие никому не понятные цели, организаторы создали целый ряд посягательств на жизнь государя, составлявшего гордость и славу России. 1 марта 1881 года государь, за которого многочисленное население готово было положить жизнь, скончался страдальческой смертью от злодейской руки, кинувшей разрывной снаряд.
В этот фатальный день государь император Александр II решил сделать развод, т.е. порядок рассылки ежедневных караулов на смену. Его путь лежал по узкой улице, составляемой садом великой княгини, огороженным каменным забором в рост человека и решеткой Екатеринского канала. Местность очень непроезжая, и если достоверно, что государь предпочел ее ввиду полученных анонимных угроз, то трудно себе представить, почему именно на этом пути ждала его засада, - неужели потому, что заметили при нем большое, против обыкновенного, число полиции.Как бы то ни было, но когда государева карета доехала до Театрального моста, раздался взрыв, взломавший задок кареты, которая тут же остановилась. Государь вышел из нее невредим, но кинутой бомбой был смертельно ранен один из конвойных, скакавший сзади, и саперный офицер, шедший по тротуару вдоль каменной стены Михайловского сада. Кучер государя, предчувствуя бедствие, повернулся к нему с козел: «Поедемте, государь!». Полицмейстер, скакавший сзади, выскочил из саней с той же мольбой ехать скорее. Но император, не слушал и сделал несколько шагов назад: «Хочу видеть своих раненых». В это время толпа успела остановить здорового детину, кинувшего бомбу. Государь обернулся к нему: «Так это ты хотел меня убить?». Но не успех он договорить, как вторая бомба взорвалась перед ним, и он опустился со словами: «Помогите». К нему кинулись, подняли, посадили в сани полицмейстера, который сам получил 45 ран мелкими осколками бомбы, но ни одной смертельной, и повезли. Через час с небольшим, точнее, в 3 часа 35 минут пополудни, Государь Александр II преставился в Зимнем дворце.
Убийство императора выдающийся русский философ В.В.Розанов назвал «помесью Безумия и Подлости». Политическое завещание Александра II было уничтожено. Александр III, в сознании своих былых заблуждений и в стремлении вернуться к идеалу царей Московских, обратился к народу с манифестом, в котором утверждались несокрушимость самодержавной власти и исключительная ответственность самодержца перед богом.
Русская империя вернулась, таким образом, на старые традиционные пути, на которых она когда-то нашла известность и процветание.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Александр II оставил глубокий след в истории, ему удалось сделать то, за что боялись взяться другие самодержцы - освобождение крестьян от крепостного гнета. Плодами его реформ мы пользуемся и по нынешний день. Мы рассмотрели основные преобразования и реформы, проведенные Александром II. Основная реформа его царствования - освобождение крестьян - в корне изменила порядок, существовавший до этого, и повлекла за собой все остальные реформы.
Внутренние реформы Александра II сравнимы по своему масштабу разве что с реформами Петра I. Царь-реформатор совершил действительно грандиозные преобразования без социальных катаклизмов и братоубийственной войны. С отменой крепостного права «воскресла» торгово-промышленная деятельность, в города хлынул поток рабочих рук, открылись новые сферы для предпринимательства. Между городами и уездами восстановились былые связи и создались новые.
Падение крепостной зависимости, выравнивание всех перед судом, создание новых либеральных форм общественной жизни привели к свободе личности. А чувство этой свободы пробудило желание развить ее. Создавались мечты об установлении новых форм семейной и общественной жизни.
В годы его правления Россия прочно укрепила свои взаимоотношения с европейскими державами, разрешила многочисленные конфликты с соседствующими странами. Трагическая кончина императора сильно изменила дальнейший ход истории, и именно это событие привело через 35 лет Россию к гибели, а Николая II к мученическому венку.
Литература
Епанчин Н.А.На службе трех императоров: воспоминания. — М., 1996.
Рабочее движение в России в XIX в. Сборник документов и материалов.— М., 1995.
З.Яковлев А.И. Александр II и его эпоха.— М., 1992.
4.Кизиеветтер А. История России в XIX в. — М., 1996.
Мещерский ВЛ. Воспоминания. — М, 2001.
Витте СЮ. Воспоминания в 3 томах: 1849 — 1894. — М., 1994.
История дореволюционной России в дневниках и воспоминаниях. — М., 1979-
8.Конец крепостничества в России: Документы, письма,мемуары. — М., 1994.
9- Волобуев ОВ., Игнатьев АВ. Россия: государственные приоритеты и национальные интересы. — М., 2000.

Приложенные файлы


Добавить комментарий