И лязхет на душу добро


«И ляжет на душу добро…»
На сцене - портрет Беллы Ахмадулиной, в центре эпиграф: «Я совершенно потрясен огромной чистотой вашей души…остротой ума и яркостью поэтического, да и просто человеческого чувства» (Игорь Сельвинский)
На полузатененную сцену выходит ученица.Она в строгом черном костюме, в руках книга стихов.
«Свеча»
Всего-то – чтоб была свеча,
Свеча простая, восковая,
И старомодность вековая
Так станет в памяти свежа.
И поспешит твое перо
К той грамоте витиеватой,
Разумной и замысловатой,
И ляжет на душу добро.
Уже ты мыслишь о друзьях
Все чаще, способом старинным,
И сталактитом стеаринным
Займешься с нежностью в глазах.
И Пушкин ласково глядит,
И ночь прошла, и гаснут свечи,
И нежный вкус родимой речи
Так часто губы холодит.
Поэт медленно уходит со сцены, выходят ведущие.
1-й ведущий. Белла Ахатовна Ахмадулина вошла в русскую литературу в 60-е годы 20 века. Это было время возрождения советской поэзии. Молодые поэты: Андрей Вознесенский, Роберт Рождественский, Евгений Евтушенко и Белла Ахмадулина – создавали произведения, вызывающие огромный интерес у читателей и широкую полемику в прессе. Часто они выступали с чтением своих стихов на эстраде. Это содружество молодых авторов сыграло важную роль в судьбе Ахмадулиной.
2-й ведущий. Уже в ранних стихах Ахмадулиной обнаружилось ее стремление раскрыть богатство и красоту мира, человеческой души, тонкая поэтическая наблюдательность, порыв к действию:
Необъятна земля, но в ней нет ничего,
Если вы ничего не заметите…
Героиня Ахмадулиной трепетно относится к дружбе, видя в ней одну из самых важных сторон человеческого общения. В стихотворении «По улице моей который год…» Ахмадулина грустит о друзьях, которые покидают ее.
Звучит романс М. Таривердиева на слова Б. Ахмадулиной «ПО улице моей который год…»
По улице моей который год
Звучат шаги – мои друзья уходят.
Друзей моих медлительный уход
Той темноте за окнами угоден.
Запущены моих друзей дела,
Нет в их домах ни музыки, ни пенья,
И лишь, как прежде, девочки Дега
Голубенькие отправляют перья.
Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх
Вас, беззащитных, среди этой ночи.
К предательству таинственная страсть,
Друзья мои, туманит ваши очи.
О одиночество, как твой характер крут!
Посверкивая циркулем железным,
Как холодно ты замыкаешь круг,
Не внемля увереньям бесполезным.
Так призови меня и награди!
Твой баловень, обласканный тобою,
Утешусь, прислонясь к твоей груди,
Умоюсь твоей стужей голубою.
Дай стать на цыпочки в твоем лесу,
На том конце замедленного жеста
Найти листву, и поднести к лицу,
И ощутить сиротство, как блаженство.
Даруй мне тишь твоих библиотек,
Твоих концертов строгие мотивы,
И – мудрая – я позабуду тех,
Кто умерли или доселе живы.
И я познаю мудрость и печаль,
Свой тайный смысл доверят мне предметы,
Природа, прислонясь к моим плечам,
Объявит свои детские секреты.
И вот тогда – из слез, из темноты,
Из бедного невежества былого
Друзей моих прекрасные черты
Появятся и растворятся снова.
1-й ведущий. Лирическая героиня Ахмадулиной наделяет окружающее пространство только ей присущими смыслами, будь то ночная комната или заснеженный арбатский двор. Ее поэзия обращена к внутреннему миру человека, к вечным темам: любви и смерти, природы и творчества.
В тот месяц май, в тот месяц мой
Во мне была такая легкость
И, расстилаясь над землей,
Влекла меня погоды летность.
Я так щедра была, щедра
В счастливом предвкушенье пенья,
И с легкомыслием щегла
Я окунала в воздух перья.
Но, слава Богу, стал мой взор
И проницательней, и строже,
И каждый вздох и каждый взлет
Обходится мне все дороже…
2-й ведущий. С момента публикации первого стихотворения Ахмадулиной в газете «Комсомольская правда» прошло более полувека. За это время вышли сборники стихотворений «Струна», «Уроки музыки», «Свеча», «Метель», «Тайна», «Сад», «Побережье», «Ларец и ключ». И каждый из них раскрывает какую-то новую грань ее таланта.
1-й ведущий. Существенное место в творчестве Ахмадулиной занимают переводы, главным образом грузинских поэтов Галактиона Табидзе, Симона Чиковани, Ираклия Абашидзе… теплые, дружеские отношения связывали ее с Симоном Чиковани, Нодаром Думбадзе, Анной Каландадзе. Воспоминание о Грузии согревает душу поэта.
Звучит грузинская мелодия.
ПОЭТ. «вероятно, у каждого человека есть на земле тайное и любимое пространство, которое он редко навещает, но помнит всегда и часто видит во сне. Человек живет дома, на родине, там, где ему следует жить; занимается своим делом, устает и ночью, перед тем как заснуть, улыбается в темноте и думает: «Сейчас это невозможно, но когда-нибудь я снова туда поеду…»Так думаю я о Грузии, и по ночам мне сниться грузинская речь…»
Галактион ТабидзеОН И ОНА
Перевод Б. Ахмадулиной
Мир состоит из гор,
Из неба и лесов,
Мир – это только спор
Двух детских голосов.
Земля в нем и вода,
Вопрос в нем и ответ:
На всякое «о, да!»
Доносится «о, нет!»
Среди зеленых трав,
Где шествуют стада,
Как этот мальчик прав,
Что говорит «о, да!»
Как девочка права,
Что говорит «о, нет!»
И правы все слова,
И полночь и рассвет.
Так в лепете детей
Враждуют «нет» и «да»,
Как и в душе моей,
Как и во все всегда.
2-й ведущий. Еще одну грань дарования Ахмадулиной открывают ее воспоминания и эссе. С «напряженным женским вниманием к деталям… которое и есть любовь», по определению Иосифа Бродского, выписаны литературные портреты Бориса Пастернака, Анны Ахматовой, Марины Цветаевой, Владимира Высоцкого, Андрея Вознесенского, Булата Окуджавы, Майи Плисецкой и многих –многих других – тех, кто вошли в ее жизнь.
ПОЭТ. «В предновогоднюю ночь 1997 года возник замысел книги «Фотографии разного времени…». Многие лица в собрании фотографий – знамениты, ненаглядно блистательны, не однажды воспеты и сами прекрасно пишут… Упомянутые или помнимые, близкие или незнакомые, многие и разные люди составили, упрочили и сохранили содержание моей жизни. Это они украсили и оправдали своим участием разное время общего времени, незаметно ставшего эпохой. Послушаюсь Булата, сосредоточусь на маленьком, как его оркестрик, посвящении любви и признательности и пошлю его в их сторону, во все их стороны.»На экране портрет Булата Окуджавы.
Звучит песня Б. Окуджавы «Песенка о ночной Москве»
Когда внезапно возникает
Еще неясный голос труб,
Слова, как ястребы ночные,
Срываются с горячих губ,
Мелодия, как дождь случайный,
Гремит; и бродит меж людьми
Надежды маленькой оркестрикПод управлением любви.
В года разлук, в года сражений,
Когда свинцовые дожди
Лупили так по нашим спинам,
Что снисхождения не жди,
И командиры все охрипли…
Тогда командовал людьми
Надежды маленькой оркестрикПод управлением любви.
Кларнет пробит, труба помята,
Фагот, как старый посох, стерт,
На барабане швы разлезлись…
Но кларнетист красив как черт!
Вглядись, как юный князь изящен,
И в вечном сговоре любви
Надежды маленький оркестрикПод управлением любви.
ПОЭТ. «В судьбе Булата… есть нечто, что всегда будет приглашать нас к пристальному раздумью… Перед ним, при нем, в связи с ним, в одном с ним пространстве не следует и не хочется вести себя недостойно, не хочется поступиться честью, настолько, насколько это возможно…»
Стихотворение Б. Ахмадулиной «Песенка для Булата» под тихо звучащую мелодию.
«Песенка для Булата»
Мой этот год – вдоль бездны путь.
И если я не умерла,
То потому, что кто-нибудь
Всегда молился за меня.
Все вкривь и вкось, все невпопад,
Мне страшен стал упрек светил,
Зато-вчера! Зато-Булат!
Зато – мне ключик подарил!
Да, да! Вчера, сюда вошед,
Булат мне ключик подарил.
Мне этот ключик – для волшебств,
А я их подарю-другим.
Мне трудно быть не молодой
И знать, что старой – не бывать.
Зато – мой ключик золотой,
А подарил его – Булат..И все теперь пойдет на лад,
Я буду жить для слез, для рифм.
Не зря – вчера, не зря – Булат,
Не зря мне ключик подарил!
На сцене гаснет свет . на экране портрет В. Высоцкого. Звучит в авторском исполнении песня «Кони привередливые».
ПОЭТ. «Сколько раз мы слышали эти слова, и только что слышали: не успел ни дожить, ни допеть. И всякий раз они разрывают нам сердце. Но это же бедное, живучее сердце ищет себе какого-то утешения, и , по-моему, сегодня мы можем быть утешены одним: во-первых, он успел – он дожить, может быть, не успел, но он успел, исполнил свой долг перед всеми нами, перед своим народом, перед его будущим.»
Чтец исполняет стихотворение Б. Ахмадулиной «Твой случай таков..» под тихий аккомпанемент гитары.
«Твой случай таков..»Твой случай таков, что мужи этих мест и предместий
Белее Офелии бродят с безумьем во взоре.
Нам, виды видавшим, ответствуй, как деве прелестной:
Так – быть? Или – как? Что решил ты в своем Эльсиноре?
Пусть каждый в своем Эльсиноре решает, как может.
Дарующий радость, ты – щедрый даритель страданья.
Но Дании всякой, нам данной, тот славу умножит,
Кто подданных душу возвысит до слез, до рыданья…
Хвалю и люблю не отвергшего гибельной чаши.
В обнимку уходим – все дальше, все выше, все чище.
Не скаредны мы, и сердца разбиваются наши.
Лишь так справедливо. Ведь если не наши – то чьи же?
На экране портрет Бориса Пастернака. Звучит романс «Мело, мело по всей земле…»
ПОЭТ. «Борис Пастернак… Он неожиданно вышел из убогой чащи переделкинских дерев поздно вечером, в октябре, более двух лет тому назад. На нем был грубый и опрятный костюм охотника: синий плащ, сапоги и белые вязаные варежки. От нежности к нему, от гордости к себе я почти не видела его лица – толь ярко-белые вспышки рук во тьме слепили мне уголки глаз… Он сказал: «Отчего Вы никогда не заходите? У меня иногда бывают очень милые и интересные люди – Вам не будет скучно. Приходите же! Приходите завтра.» От низкого головокружения, овладевшего мной, я ответила немедленно: «Благодарю Вас. Как-нибудь непременно зайду.»Чтец исполняет стихотворении Б. Ахмадулиной «Метель» под тихо звучащую мелодию Шопена.
«Метель»
Февраль – любовь и гнев погоды.
И, странно воссияв окрест,
Великим севером природы
Очнулась скудность дачных мест.
И улица в четыре дома,
Открыв длину и ширину,
Берет себе непринужденно
Весь снег вселенной, всю луну.
Как сильно вьюжит! Не иначе –
Метель посвящена тому,
Кто эти дерева и дачи
Так близко принимал к уму.
Ручья невзрачное теченье,
Сосну, понурившую ствол,
В иное он вовлек значенье
И в драгоценность произвел.
Не потому ль, в красе и тайне,
Пространство, загрустив о нем,
Той речи бред и бормотанье
Имеет в голосе своем.
И в снегопаде, долго бывшем,
Вдруг, на мгновенье, прервалась,
Меж домом тем и тем кладбищем
Печали пристальная связь.
1-й ведущий. Творчество Беллы Ахмадулиной получило широкое признание в нашей стране и за рубежом. Ее поэтические книги изданы на многих языках мира. Б. Ахмадулина является лауреатом Государственной премии СССР, почтенным членом Американской академии искусств и литературы.
2-й ведущий. Выдающийся поэт эпохи Иосиф Бродский во вступительном слове на вечере поэзии Беллы Ахмадулиной в США в 1987 году сказал : «Белла Ахмадулина – поэт гораздо более высокой личностной и стилистической чистоты, нежели большинство… ее современников.. Всем вам предстоит замечательный вечер. Вы собрались здесь, чтобы услышать лучшее в русском языке – Беллу Ахмадулину.»1-й ведущий. Писатель Андрей Битов (в статье «Поэзия, явленная в одном лице…»), подчеркивая особое место, которое занимает поэзия Беллы Ахмадулиной, писал: «…Пушкин, Лермонтов, Блок, Мандельштам, Цветаева, Ахматова – лирические герои поэзии Беллы. Страна, переполненная ее слушателем и читателем, напоминает зал. Слушает, не дышит, недопонимает, завороженная музыкой, но воспринимает как наследницу. Вот эффект лирики! Всегда для самого узкого круга – для одного тебя… и масса внимает, как один человек. И пока есть человек, через которого так проходит слово, и пока в нас, в каждом и во всех, не пропала способность ему внимать, жива поэзия, жив и человек…»
Влечет меня старинный слог
Влечет меня старинный слог.
Есть обаянье в древней речи.
Она бывает наших слов
И современнее и резче.
Вскричать : «Полцарства за коня!»-
Какая вспыльчивость и щедрость!
Но снизойдет и на меня
Последнего задора тщетность.
Когда-нибудь очнусь во мгле,
Навеки проиграв сраженье,
И вот придет на память мне
Безумца древнего решенье.
О, что полцарства для меня!
Дитя, наученное веком,
Возьму коня, отдам коня
За полмгновенья с человеком,
Любимый мною. Бог с тобой,
О конь мой, конь мой, конь ретивый.
Я безвозмездно повод твой
Ослаблю – и табун родимый
Нагонишь ты, нагонишь там,
В степи пустой и порыжелой.
А мне наскучил тарарам
Этих побед и поражений.
Мне жаль коня! Мне жаль любви!
И на манер средневековыйЛожится под ноги мои
Лишь след, оставленный подковой.
29 ноября 2010 года, на 74-м году жизни знаменитая поэтесса скончалась на своей даче в Переделкине.
Владимир Григорьевич Арсентьев На смерть Ахмадулиной Кто сказал поэты умирают, Кто подумать только в это мог? Думаю, читатель каждый знает - Всем поэтам в славе нужен срок. Были Пушкин, Лермонтов, Есенин. Всех поэтов нам не перечесть. Было испытание и время И сказать о них большая честь. И сегодня страшная утрата. Белла Ахмадулина ушла. Стало грустно, жалко и понятно, Её смерть эпоху жанра унесла. Как писала искренне и тонко, Как читала нежно и любя. И стихи её звучали звонко Про Россию, веру и себя. Её облик, голос - всё от бога, Руки, жесты, мимика - сродни. К солнцу, ветру выстлана дорога. Все стихи, как яркие огни. Интонация одна закружит... И не станет жизненных проблем. Её голос так был в жизни нужен, Да и рифмы без привычных схем. Невозможно в смерть её поверить. Гениальна, смела и скромна. Невозможно творчество измерить. Она всем Ахматовой равна. Кто сказал поэты умирают, Кто подумать только в это мог? Настоящие поэты знают, Что для них поэзия - Пролог. 
Звучит романс на стихи Б. Ахмадулиной «А на последок я скажу…»
«А на последок я скажу…»
А на последок я скажу.
А на последок я скажу:
Прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу.
Иль восхожу к высокой степени безумства.
Как ты любил? Ты пригубил погибели
Не в этом дело.
Как ты любил? Ты погубил,
Но погубил так неумело.
Так на последок я скажу…
Работу малую висок еще вершит.
Но пали руки,
И стайкою наискосок,
Уходят запахи и звуки.
А на последок я:
Прощай, любить не обязуйся.
С ума схожу, иль восхожу
К высокой степени безумства.
А на последок я скажу…
Когда внезапно возникает
Еще неясный голос труб,
Слова, как ястребы ночные,
Срываются с горячих губ,
Мелодия, как дождь случайный,
Гремит; и бродит меж людьми
Надежды маленькой оркестрикПод управлением любви.
В года разлук, в года сражений,
Когда свинцовые дожди
Лупили так по нашим спинам,
Что снисхождения не жди,
И командиры все охрипли…
Тогда командовал людьми
Надежды маленькой оркестрикПод управлением любви.
Кларнет пробит, труба помята,
Фагот, как старый посох, стерт,
На барабане швы разлезлись…
Но кларнетист красив как черт!
Вглядись, как юный князь изящен,
И в вечном сговоре любви
Надежды маленький оркестрикПод управлением любви.
«Свеча»
Всего-то – чтоб была свеча,
Свеча простая, восковая,
И старомодность вековая
Так станет в памяти свежа.
И поспешит твое перо
К той грамоте витиеватой,
Разумной и замысловатой,
И ляжет на душу добро.
Уже ты мыслишь о друзьях
Все чаще, способом старинным,
И сталактитом стеаринным
Займешься с нежностью в глазах.
И Пушкин ласково глядит,
И ночь прошла, и гаснут свечи,
И нежный вкус родимой речи
Так часто губы холодит.
В тот месяц май, в тот месяц мой
Во мне была такая легкость
И, расстилаясь над землей,
Влекла меня погоды летность.
Я так щедра была, щедра
В счастливом предвкушенье пенья,
И с легкомыслием щегла
Я окунала в воздух перья.
Но, слава Богу, стал мой взор
И проницательней, и строже,
И каждый вздох и каждый взлет
Обходится мне все дороже…
Галактион ТабидзеОН И ОНА
Перевод Б. Ахмадулиной
Мир состоит из гор,
Из неба и лесов,
Мир – это только спор
Двух детских голосов.
Земля в нем и вода,
Вопрос в нем и ответ:
На всякое «о, да!»
Доносится «о, нет!»
Среди зеленых трав,
Где шествуют стада,
Как этот мальчик прав,
Что говорит «о, да!»
Как девочка права,
Что говорит «о, нет!»
И правы все слова,
И полночь и рассвет.
Так в лепете детей
Враждуют «нет» и «да»,
Как и в душе моей,
Как и во все всегда.
«Песенка для Булата»
Мой этот год – вдоль бездны путь.
И если я не умерла,
То потому, что кто-нибудь
Всегда молился за меня.
Все вкривь и вкось, все невпопад,
Мне страшен стал упрек светил,
Зато-вчера! Зато-Булат!
Зато – мне ключик подарил!
Да, да! Вчера, сюда вошед,
Булат мне ключик подарил.
Мне этот ключик – для волшебств,
А я их подарю-другим.
Мне трудно быть не молодой
И знать, что старой – не бывать.
Зато – мой ключик золотой,
А подарил его – Булат..И все теперь пойдет на лад,
Я буду жить для слез, для рифм.
Не зря – вчера, не зря – Булат,
Не зря мне ключик подарил!
«Твой случай таков..»Твой случай таков, что мужи этих мест и предместий
Белее Офелии бродят с безумьем во взоре.
Нам, виды видавшим, ответствуй, как деве прелестной:
Так – быть? Или – как? Что решил ты в своем Эльсиноре?
Пусть каждый в своем Эльсиноре решает, как может.
Дарующий радость, ты – щедрый даритель страданья.
Но Дании всякой, нам данной, тот славу умножит,
Кто подданных душу возвысит до слез, до рыданья…
Хвалю и люблю не отвергшего гибельной чаши.
В обнимку уходим – все дальше, все выше, все чище.
Не скаредны мы, и сердца разбиваются наши.
Лишь так справедливо. Ведь если не наши – то чьи же?
«Метель»
Февраль – любовь и гнев погоды.
И, странно воссияв окрест,
Великим севером природы
Очнулась скудность дачных мест.
И улица в четыре дома,
Открыв длину и ширину,
Берет себе непринужденно
Весь снег вселенной, всю луну.
Как сильно вьюжит! Не иначе –
Метель посвящена тому,
Кто эти дерева и дачи
Так близко принимал к уму.
Ручья невзрачное теченье,
Сосну, понурившую ствол,
В иное он вовлек значенье
И в драгоценность произвел.
Не потому ль, в красе и тайне,
Пространство, загрустив о нем,
Той речи бред и бормотанье
Имеет в голосе своем.
И в снегопаде, долго бывшем,
Вдруг, на мгновенье, прервалась,
Меж домом тем и тем кладбищем
Печали пристальная связь.
Влечет меня старинный слог
Влечет меня старинный слог.
Есть обаянье в древней речи.
Она бывает наших слов
И современнее и резче.
Вскричать : «Полцарства за коня!»-
Какая вспыльчивость и щедрость!
Но снизойдет и на меня
Последнего задора тщетность.
Когда-нибудь очнусь во мгле,
Навеки проиграв сраженье,
И вот придет на память мне
Безумца древнего решенье.
О, что полцарства для меня!
Дитя, наученное веком,
Возьму коня, отдам коня
За полмгновенья с человеком,
Любимый мною. Бог с тобой,
О конь мой, конь мой, конь ретивый.
Я безвозмездно повод твой
Ослаблю – и табун родимый
Нагонишь ты, нагонишь там,
В степи пустой и порыжелой.
А мне наскучил тарарам
Этих побед и поражений.
Мне жаль коня! Мне жаль любви!
И на манер средневековыйЛожится под ноги мои
Лишь след, оставленный подковой.
Владимир Григорьевич Арсентьев На смерть Ахмадулиной Кто сказал поэты умирают, Кто подумать только в это мог? Думаю, читатель каждый знает - Всем поэтам в славе нужен срок. Были Пушкин, Лермонтов, Есенин. Всех поэтов нам не перечесть. Было испытание и время И сказать о них большая честь. И сегодня страшная утрата. Белла Ахмадулина ушла. Стало грустно, жалко и понятно, Её смерть эпоху жанра унесла. Как писала искренне и тонко, Как читала нежно и любя. И стихи её звучали звонко Про Россию, веру и себя. Её облик, голос - всё от бога, Руки, жесты, мимика - сродни. К солнцу, ветру выстлана дорога. Все стихи, как яркие огни. Интонация одна закружит... И не станет жизненных проблем. Её голос так был в жизни нужен, Да и рифмы без привычных схем. Невозможно в смерть её поверить. Гениальна, смела и скромна. Невозможно творчество измерить. Она всем Ахматовой равна. Кто сказал поэты умирают, Кто подумать только в это мог? Настоящие поэты знают, Что для них поэзия - Пролог. 

Приложенные файлы


Добавить комментарий