Мифология животных в изобразителном искусстве 0


Государственное образовательное учреждение
средняя общеобразовательная школа № 508
с углублённым изучением предметов
образовательных областей «Искусство» и «Технология»
Московского района Санкт-Петербурга

МИФОЛОГИЧЕСКИЕ ЖИВОТНЫЕ В ИЗОБРАЗИТЕЛЬНОМ ИСКУССТВЕ Автор художник-педагог Москалёва И.А.
Санкт-Петербург
2010
Образ животных в мифах и легендах.
Тема: « Образ животных в мифах и легендах» входит в
Конструктивную часть курса « Живая природа и мир культуры».
Второй шаг обучения: «Вода и прибрежная среда».
Целью данного курса является :
1) формирование личности , способной
воспринимать мир как единую целостную систему и себя как часть
этой системы.
2) формирование нравственности и ответственности человека перед природой.
Задачи: Научить обобщать знания полученные на основе изучения
различных источников гуманитарного культурологического характера.
Развить мотивацию к самостоятельной познавательной деятельности.
Способствовать формированию навыков учебной исследовательской деятельности. Развить способность к критическому мышлению .
Формировать осознанное отношение к проблемам современного мира.
Развивать любовь к животным.
Воспитывать бережное отношение к традициям своего и других народов.
Занятия проводятся в виде беседы, лекции, практических занятий. Весь
Процесс обучения носит активный творческий характер.
Учащиеся через творческую деятельность осваивают ценность культуры,
знакомятся с народными традициями и наследием прошлого. Ученики с помощью творческих работ выражают своё отношение к животному миру. Изучение мира животных, как составной части живой природы
подводит детей к осознанию необходимости бережного отношения к окружающему миру.
Мир животных окружает человека с момента его рождения и сопровождает в течение всей жизни.
Человек – часть живой природы, он взаимодействует с ней, познаёт и отражает её в своей творческой деятельности.
Образ животных очень часто используется в искусстве.
Многие народы в облике животных изображают существ с более высоким уровнем сознания, являвшихся посредником между человеком и богом.
Изучение темы начинается с введения понятия «Животные в живой природе и жизни человека»
Природа, человек, культура – основное ядро каждого занятия
Далее раскрываются символические значения образов животных в народной культуре. Происходит знакомство с изображением животных в различных видах искусства.
Создание художественного образа животных может быть декоративно-живописным, графическим.

Животные в мифах и легендах
«Все что теперь, спустя тысячелетье
Умом созревшим понимаешь ты,
Тогда как люди, чистые как дети,
Уже прочли на лике красоты».
Ф.Шиллер
С незапамятных времен было известно почтительное отношение человека к животным и птицам. И, естественно, о них слагались многочисленные мифы, легенды и предания. Практически о каждом животном можно найти то или иное сказание, в котором оно предстает в необычном обличье. Вот некоторые из них.
Славяне верили, что все мы наделены разными характеристиками, присущими различным животным. Каждое животное, зверь ли, птица или рыба, самый малый муравей имеют свой характер, историю и волшебную силу. Нашим богам присуще перевоплощение. Так если Перуну больше нравится обращаться в орла, то Индрику проще перевоплотиться в змея. Это зависит напрямую от тех качеств зверя, в которого перевоплощается тот или иной бог. Люди тоже могли оборачиваться зверем. Например, известны народные предания о Волкодлаках (человек – волк), Кошколаках (человек – рысь), людях – медведях, оленях, соколах и т. д. До сих пор глубинная суть животных не скрылась за ворохом тысячелетий. Образы выступают в сказках, преданиях, песнях, пословицах и поговорках. В них звери и птицы говорят и мыслят, подобно нам, в то же время по-своему, по особым законам, часто жестоким и непонятным, но при соответствующем отношении, верным и справедливым. Черты животных находим мы в себе и окружающих. Улыбаемся или порой ужасаемся, видя свет разума в их глазах. Тотемные, священные животные у славянских народов не редкость.
Роль животных, как и вообще анимального (зооморфного) элемента, в мифологии исключительно велика. Она определяется значением, которое имели Животные на ранней стадии развития человечества, когда они ещё не отделялись со всей резкостью от человеческого коллектива.
Образы животных в других мифологиях кодируют также в соответствующие месяцы, сутки, годы (обычно в 12-летнем цикле, в частности у народов Центральной и Юго-Восточной Азии). В Китае месяцы связывались последовательно с крысой, волом, тигром, зайцем, драконом, змеей, лошадью, свиньей, обезьяной, петухом, собакой, свиньёй. В Тибете и Монголии — с мышью, коровой, тигром, зайцем, драконом, змеей, лошадью, овцой, обезьяной, петухом, собакой, свиньёй (ср. также зоонимию годов в 12-летнем цикле). В Древней Греции проводниками солнца считались кошка, собака, змея, краб, осёл, лев, козёл, вол, ястреб, обезьяна, ибис, крокодил.
Представления о реальных особенностях животных в сочетании с их использованием в классификациях, являющихся способом объяснения человеком самого себя и окружающей природы. Уже в древнейших памятниках изобразительного искусства, относящихся к верхнему палеолиту, животные являются основным объектом изображений.
Мифологизированные образы животных в искусстве
Роль животных в мифологии чрезвычайно велика и определяется тем исключительным значением, которое они имели на ранней стадии развития человечества, когда люди еще не выделяли себя из ряда живых существ и не противопоставляли себя природе. Во многих культурных традициях животные обожествлялись и, как священные, помещались на вершину социальной иерархической лестницы. У многих народов широко были распространены мифологические представления о животных-родоначальниках человеческого коллектива, а также о животных как особой ипостаси человека. Отсюда запреты убивать и употреблять в пищу мясо тех или иных животных и, напротив, ритуальное вкушение его в предписанное время. Долгое время особенности, подмечаемые людьми в мире животных, являлись наглядным образцом для установления модели жизни человеческого общества.
С древних времен до нашего времени дошли представления о возможности человека принимать облик животного. Способность к оборотничеству приписывалась прежде всего людям, которые, согласно мифологическим представлениям, обладали магической силой. В народной среде до сих пор живы представления об умении колдунов оборачиваться разными животными, о чем еще будет речь ниже. Мотив оборотничества широко и разнообразно представлен в фольклоре: сказках, былинах, легендах, преданиях и т. д. Образы самих животных в сказках наделяются необычными характеристиками: они понимают человеческую речь и могут разговаривать. Зачастую они выступают как благодарные помощники и советчики героя, а иногда, например конь или кот, как волшебный дар от умершего предка — отца или деда, — предопределяющий судьбу нового хозяина. В традиционных представлениях животные могут выступать как ипостась антропоморфных мифологических персонажей: так, водяного в народе нередко представляли в образе рыбы, домового — в виде кошки и других животных.
Образы животных часто воспринимались как посредники между миром людей и потусторонним миром. Многим культурным традициям, в том числе и русской, известны представления о душе человека в облике птицы. Функция посредничества животных между мирами очень четко прослеживается в фольклорных произведениях разных жанров и в народных представлениях. В мифопоэтических текстах и традиционном изобразительном искусстве разные животные распределяются в соответствии с архаическими представлениями о трехчленной вертикальной структуре мирового пространства. С его верхней зоной — небесным миром — связываются образы птиц; со средней — земным пространством — копытные животные, пчелы; а с нижней зоной — подземным миром — гады, рыбы, мыши и некоторые другие животные. В традиционной культуре за тем или иным животным закрепился определенный комплекс значений и характеристик. Сложившаяся в народном сознании символика животных находит отражение в самых разнообразных сферах обрядовой и бытовой жизни человека: в ряженье, приметах, толковании сновидений и т. п. Об особом месте животных в мифологических представлениях свидетельствуют также и обряды их жертвоприношений.
Сравнение мифов разных народов позволило установить, что в них, при всем их многообразии, повторяется целый ряд тем и мотивов. Так, во многих мифологиях присутствуют мифы о животных, представления о происхождении животных от людей и о том, что люди некогда были животными. Мифологический мотив превращения людей в животных и растения известен практически всем народам земного шара.
Глоссарий.
Мифологический жанр (от гр. mythos — предание) — жанр изобразительного искусства, посвященный событиям и героям, о которых рассказывают мифы древних народов. Мифы, легенды, предания есть у всех народов мира, и они составляют важнейший источник художественного творчества. Мифологический жанр зарождается в позднеантичном и средневековом искусстве, когда греко-римские мифы перестают быть верованиями и становятся литературными рассказами.

Художественные образы искусства - важная часть представлений о мироздании, природе, человеке. В извечных поисках Истины-Добра-Красоты художественные произведения прошлого раскрывают мифологическую картину мира во всем единстве формы и содержания. Древние наскальные рисунки пещеры Шульган-таш (Каповая), культура Аркаима, сарматское искусство "звериного стиля", башкирское народное искусство определяют богатейшее содержание материальной и духовной культуры Южного Урала. Сопоставление основных этапов развития истории Урала с древнейших времен выводит нас к вопросам преемственности культурного наследия, диатогу культур,

ВЗАИМОСВЯЗЬ ЧЕЛОВЕКА И ЖИВОТНОГО МИРА.
Жизнь человека всегда была связана с природой. Познав и подчинив многие законы природы, человек возомнил себя ее "царем", которому позволено бездумно пользоваться ее дарами, нарушать ее равновесие и взаимосвязи. О результатах подобного отношения мы слышим практически каждый день: бесконечные природные катаклизмы, экологические катастрофы. Не поучиться ли нам у наших предков жить в мире и согласии с природой.
МЕСТО МИФОЛОГИЧЕСКИХ ЖИВОТНЫХ В ИСКУССТВЕ.
Данная тема знакомит нас с образами животных, нашедшими свое отражение в памятниках археологии, одежде, предметах быта и народного искусства, оружии, в нумизматике и геральдике, произведениях живописи, графики, декоративно-прикладного искусства.
Представления славян о мироустройстве полнее всего отражались и дольше всего сохранялись в народном искусстве. Птицы, кони, львы, грифоны и двуглавые орлы украшают предметы русской народной одежды, прялки и пряничные доски, мебель и посуду, являются главными героями народной игрушки, при этом изображение каждого животного традиционно и глубоко символично.
С течением времени отношение людей к животному миру изменяется, человек обращает больше внимания на красоту окружающей природы и ее обитателей, что находит отражение в самых разнообразных произведениях изобразительного и декоративно-прикладного искусства.

Животные в славянской мифологии.
Животные в славянской мифологии Славяне верили, что все мы наделены разными характеристиками, присущими различным животным. Каждое животное, зверь ли, птица или рыба, самый малый муравей имеют свой характер, историю и волшебную силу. Нашим богам присуще перевоплощение.
Аист
символизирует в ряде традиций обилие, плодородие, долголетие, материнские чувства (и одновременно сыновнее почтение), предвещает благую судьбу, рождение детей (так же как и цапля).
Гусь
В космогонических представлениях и соответствующих мифах нередко выступает как птица хаоса, но вместе с тем и как творец вселенной, снесший золотое яйцо — солнце (образ великого Гоготуна в египетской мифологии). В ряде языков понятия солнца и гуся передаются сходными языковыми элементами. В гностической традиции гусь — во-площение святого духа, символ предусмотрительности и бдительности. В средние века в Европе верили, что гуси являются ездовыми животными ведьм. В ряде сибирских традиций известен т. н. «гусиный дух», ведавший судьбой. К идее бессмысленной глупости отсылает тема эзоповой басни об убийстве гуся, кладущего золотые яйца.
Журавль
В некоторых традициях выступает как вестник плодородия, приносящий дождь. У многих народов журавли были священными птицами, посланцами богов и т.п. Журавль с древних времен был символом долгой жизни, здоровья, счастья, крепкой любви, плодородия. Журавль символизирует бдительность, долголетие, мудрость, преданность, честь.Религиозность, лояльность (странствуют, летя вслед за вожаком), замкнутая жизнь, добродетель, учтивость. Бдительность, добротность, добрый порядок в монастырской жизни.
Преданности, праведности, благих деяний и монашеской жизни. Все эти качества приписываются журавлю из-за его легендарного. Говорят, что каждую ночь журавли собираются вокруг своего царя. Определенных журавлей избирают в качестве стражей, и они всю ночь должны бодрствовать, всеми силами отгоняя от себя сон. Поэтому каждый журавль-страж стоит на одной ноге, подняв другую. В поднятой лапе он держит камень. Засни журавль, и камень выпадет из его лапы и, упав на лапу, на которой он стоит, разбудит его.
Лягушка
Лягушка – Тварь Макоши Лягушка (ляга) – издавна связывалась с водными миром – струями дождя, реками и быстрыми ручьями, а особенно – с сумрачными, покрытыми ряской болотами. Тонкая кожица лягушек быстро высыхает на солнце, потому днем они прячутся, вылезая лишь по ночам и в дождь. Именно из-за вынужденной скрытности лягушек и считали принадлежащими [...].
Р. Киплинг.
Откуда у кита такая глотка
Это было давно, мой милый мальчик. Жил-был Кит. Он плавал по морю и ел рыбу. Он ел и лещей, и ершей, и белугу, и севрюгу, и селедку, и селедкину тетку, и плотичку, и ее сестричку, и шустрого, быстрого вьюна-вертуна угря. Какая рыба попадется, ту и съест. Откроет рот, ам - и готово!
Так что в конце концов во всем море уцелела одна только Рыбка, да и та Малютка-Колюшка. Это была хитрая Рыбка. Она плавала рядом с Китом, у самого его правого уха, чуть-чуть позади, чтобы он не мог ее глотнуть. Только тем и спасалась. Но вот он встал на свой хвост и сказал: - Есть хочу!
И маленькая хитренькая Рыбка сказала ему маленьким хитреньким голосом:
- Не пробовало ли ты Человека, благородное и великодушное Млекопитающее?
- Нет, - ответил Кит. - А каков он на вкус?
- Очень вкусный, - сказала Рыбка. - Вкусный, но немного колючий.
- Ну, так принеси мне их сюда с полдесятка, - сказал Кит и так ударил хвостом по воде, что все море покрылось пеной.
- Хватит тебе и одного! - сказала Малютка-Колюшка. - Плыви к сороковому градусу северной широты и к пятидесятому градусу западной долготы (эти слова волшебные), и ты увидишь среди моря плот. На плоту сидит Моряк. Его корабль пошел ко дну. Только и одежи на нем, что синие холщовые штаны да подтяжки (не забудь про эти подтяжки, мой мальчик!) да охотничий нож. Но я должна сказать тебе по совести, что это человек очень находчивый, умный и храбрый.
Кит помчался что есть силы. Плыл, плыл и доплыл куда сказано: до пятидесятого градуса западной долготы и сорокового градуса северной широты. Видит, и правда: посреди моря - плот, на плоту - Моряк и больше никого. На Моряке синие холщовые штаны да подтяжки (смотри же, мой милый, не забудь про подтяжки!) да сбоку у пояса охотничий нож, и больше ничего. Сидит Моряк на плоту, а ноги свесил в воду. (Его Мама позволила ему болтать голыми ногами в воде, иначе он не стал бы болтать, потому что был очень умный и храбрый.)
Рот у Кита открывался все шире, и шире, и шире и открылся чуть не до самого хвоста. Кит проглотил и Моряка, и его плот, и его синие холщовые штаны, и подтяжки (пожалуйста, не забудь про подтяжки, мой милый!), и даже охотничий нож.
Все провалилось в тот теплый и темный чулан, который называется желудком Кита. Кит облизнулся - вот так! - и три раза повернулся на хвосте.
Но как только Моряк, очень умный и храбрый, очутился в темном и теплом чулане, который называется желудком Кита, он давай кувыркаться, брыкаться, кусаться, лягаться, колотить, молотить, хлопать, топать, стучать, бренчать и в таком неподходящем месте заплясал трепака, что Кит почувствовал себя совсем нехорошо (надеюсь, ты не забыл про подтяжки?).
И сказал он Малютке-Колюшке:
- Не по нутру мне человек, не по вкусу. У меня от него икота. Что делать?
- Ну, так скажи ему, чтобы выпрыгнул вон, - посоветовала Малютка-Колюшка.
Кит крикнул в свой собственный рот:
- Эй, ты, выходи! И смотри веди себя как следует. У меня из-за тебя икота.
- Ну нет, - сказал Моряк, - мне и тут хорошо! Вот если ты отвезешь меня к моим родным берегам, к белым утесам Англии, тогда я, пожалуй, подумаю, выходить мне или оставаться.
И он еще сильнее затопал ногами.
- Нечего делать, вези его домой, - сказала хитрая Рыбка Киту. - Ведь я говорила тебе, что он очень умный и храбрый.
Кит послушался и пустился в путь. Он плыл, и плыл, и плыл, работая всю дорогу хвостом и двумя плавниками, хотя ему сильно мешала икота.
Наконец вдали показались белые утесы Англии. Кит подплыл к самому берегу и стал раскрывать свою пасть - все шире, и шире, и шире - и сказал Человеку:
- Пора выходить. Пересадка. Ближайшие станции: Винчестер, Аш-элот, Нашуа, Кини и Фичборо.
Чуть он сказал: "Фич!" - изо рта у него выпрыгнул Моряк. Этот Моряк и вправду был очень умный и храбрый. Сидя в животе у Кита, он не терял времени даром: ножиком расколол свой плот на тонкие лучинки, сложил их крест-накрест и крепко связал подтяжками (теперь ты понимаешь, почему тебе не следовало забывать про подтяжки!), и у него получилась решетка, которой он и загородил Киту горло; При этом он сказал волшебные слова. Ты этих слов не слышал, и я с удовольствием скажу их тебе. Он сказал:
Поставил я решетку, Киту заткнул я глотку.
С этими словами он прыгнул на берег, на мелкие камешки, и зашагал к своей Маме, которая позволяла ему ходить по воде босиком. Потом он женился, и стал жить-поживать, и был очень счастлив. Кит тоже женился и тоже был очень счастлив. Но с этого дня и во веки веков у него в горле стояла решетка, которую он не мог ни проглотить, ни выплюнуть. Из-за этой решетки к нему в горло попадала только мелкая рыбешка. Вот почему в наше время Киты уже не глотают людей.
А хитрая Рыбка уплыла и спряталась в тине, под самым порогом Экватора. Она думала, что Кит рассердился, и боялась показаться ему на глаза.
Моряк захватил с собою свой охотничий нож. Синие холщовые штаны все еще были на нем; когда он шагал по камешкам у самого моря. Но подтяжек на нем уже не было. Они остались в горле у Кита. Ими были связаны лучинки, из которых Моряк сделал решетку.
Вот и все. Этой сказке конец.

Сказки о животных.
Журавль и цапля.
Жили-были журавль да цапля, построили себе по концам болота избушки. Журавлю показалось скучно жить одному, и задумал он жениться.
— Давай, пойду посватаюсь к цапле!
Пошел журавль — тяп-тяп! Семь верст болото месил, приходит и говорит:
— Дома ли цапля?
— Дома.
— Выдь за меня замуж.
— Нет, журавль, не пойду за тебя замуж, у тебя ноги долги, платье коротко, прокормить жену нечем. Ступай прочь, долговязый!
Журавль, как несолоно похлебал, ушел домой. Цапля после раздумалась и сказала:
— Чем жить одной, лучше пойду замуж за журавля.
Приходит к журавлю и говорит:
— Журавль, возьми меня замуж!
— Нет, цапля, мне тебя не надо! Не хочу жениться, не возьму тебя замуж. Убирайся!
Цапля заплакала от стыда и воротилась назад.
Журавль раздумался и сказал:
— Напрасно не взял за себя цаплю: ведь одному-то скучно. Пойду теперь и возьму ее замуж.
Приходит и говорит:
— Цапля, я вздумал на тебе жениться; поди за меня.
— Нет, долговязый, нейду за тебя замуж!
Пошел журавль домой. Тут цапля раздумалась:
— Зачем отказала такому молодцу: одной-то жить невесело, лучше за журавля пойду!
Приходит свататься, а журавль не хочет. Вот так-то и ходят они по сю пору один к другому свататься, да никак не женятся.
Черепаха-ныряльщик за землёй
1. Дед и внук сидят на крошечном островке, внуку негде играть. Дед посылает разных животных нырять на дно. Черепаха всплывает мертвая с землею на лапах. Дед бросает землю на воду, земля вырастает. Стервятник высушивает ее взмахами крыльев, создавая долины и горы.
2. Землю заливает потоп, черепаха везет на себе выживших к новой земле, достает землю со дна или служит основой, на которую помещают землю другие персонажи
3. Герой Висака противостоит рогатым подземным пумам. Они сперва пытаются его заморозить, затем окружают водой. Висака делает лодку, велит черепахе нырять. Когда та всплывает, он соскребает ил с ее ног и брюха, лепит комок из этого ила и из веток, принесенных ему Голубкой, кладет на воду, творит сушу. Рогатые пумы остаются под землей.
4. Черепаха принесла из-под вод потопа землю во рту, водная птица – травинку. Землю и травинку положили на черепаху, из них выросла суша. Лишь посвященные знают, что черепаха есть земля и мы живем на ее панцире.
5. Божество создает небо, море, свет, водоплавающих птиц, велит птицам достать со дна моря сушу. Гусь, Утка, Гагара не доныривают, Лысуха приносит со дна в клюве ил, кладет в руку Создателю. Тот лепит комочек, творит сушу, ищет, на чьей спине ее утвердить. Улитки, рачки, рыбы не подходят для этого, лишь бабка-черепаха в силах держать огромный вес. Теперь она мать-земля.
6. Во время потопа Создатель созывает всех, кто может нырять. Птицы не достигают дна. Создатель сам превращается в красноголовую утку и вместе с черепахой приносит глину со дна. Земля вырастает, черепаха сама представляет собой землю.
7. Вначале повсюду лишь море. Водоплавающие птицы не доныривают до дна, черепаха ныряет, птицы вытягивают ее наверх за веревку. На голове и под когтями черепахи осталось немного грязи, из нее делают остров, из острова вырастает земля.
8. Сокол, Старик Койот, черепаха с неба следят за потопом. Черепаха ныряет, привязав за ногу веревку, выныривает. Сокол соскребает у нее из-под ногтей грязь, кладет на воду, земля высыхает, растет.
9. Во время потопа первопредки спасаются на горе. Дятел сообщает, что воду удерживает запруда из глины. Чтобы узнать, далеко ли до дна, Кайман бросает в воду кабана, тапира, других животных - все они тонут. Краб ныряет, возвращается через четверо суток. Кайман ныряет, взяв с собой Черепаху и Броненосца. Черепаха роет снизу, Броненосец сверху. Плотина разрушена, вода устремляется в брешь и уходит. На спине броненосца, каймана и черепахи с тех пор остался песок.
10. Создатель плавал на глади вод на цветке лотоса, послал ворона искать землю. Через шесть месяцев тот встретил черепаху, стоявшую одной ногой в воде, головой доставая неба. Она рассказала ворону, что землю проглотил подводный червь. Черепаха и ворон прибыли к Логанди Радже, тот велел своему брату сделать лодку. Черепаха и ворон нырнули с нее, черепаха схватила червя за шею, тот стал срыгивать землю разных сортов. Ворон взял всю землю в клюв, дернул за веревку, Логанди Раджа вытащил ныряльщиков наверх, Создатель скатал шар из земли, поместил на воду, сотворив сушу.
Черепаха – основа Земли
1. Создатель спускается с неба, создает черепаху, помещает на нее землю.
2. Одинокий Человек хочет сделать мощный бубен. Шкуры бобра, барсука, панцирь обычной черепахи не годятся. Морская черепаха говорит, что мир покоится на ее спине (или на спинах четырех черепах), но Одинокий Человек может сделать бубен из кожи бизона, взяв ее панцирь за образец.
3. Земля покоилась на лягушке. Бог (для упрочения опоры) добавил ей панцирь..
4. Земля покоится на слоне, слон на змее, змея на черепахе.
5. Когда поддерживающая землю черепаха шевелится, происходят землетрясения.
6. Дух воды Гунгун потерпел поражение от своего отца духа огня Чжужуна. Он обрушил гору, служившую опорой небу, часть небосвода отвалилась, начались мировой пожар и потоп. Нюйва отрубила ноги у черепахи, использовала их как подпорки под небосвод.
7. В поисках земли лебедь летел по воздуху, а ворон находился под водой. Они увидели золотую черепаху, которая в лапах держала землю, сообщили Хухудэй Мэргэну. Тот выстрелил в черепаху, она опрокинулась, образовалась твердь, на которой была сотворена земля. По другому варианту, земля сотворена богом на четырех лапах золотой черепахи, которая лежит на спине и поддерживает нашу землю.
8. Богатырь пронзил стрелой черепаху, та опрокинулась. С левой стороны ее тела торчал оперенный конец стрелы, из него образовался лес. С правой стороны - железный наконечник, ту сторону назвали железной (тумэр зуг). Из умиравшей черепахи вылилось море, эту сторону назвали северной водной стороной. Из пасти черепахи пылало пламя, эту сторону прозвали южной огненной стороной. В четырех лапах черепахи были зажаты комочки земли, из них образовалась земная твердь с растительностью.
9. Рогатая черепаха-змея выплыла на поверхность посреди океана. Кусочек земли или экскременты небесного червя упали ей на спину с неба, а сама черепаха-змея или спустившаяся с неба птица перевозчик сбила морскую пену в комок. Вещество, добытое с неба и из моря, стало Землей на спине черепахи-змеи.
Черепаха-прародитель живых существ
1. Из яйца черепахи возникли две птицы, по-видимому, гусь и гусыня, принесшие грязь со дна первичного океана. При соприкосновении этой грязи с кожей дракона возникла земля. По другому варианту, из яйца черепахи возникло множество живых существ или даже весь мир. Тексты не всегда поддаются однозначному истолкованию, но космогоническая роль черепахи в них несомненна.
Небесная черепаха
Китайские легенды рассказывают, что однажды красавица Жан-Хоа, гуляя, случайно раздавила панцирь небесной черепахи, притаившейся в высокой траве. Красавица была безутешна. И тогда её муж раздал черепки от панциря черепахи людям. Случайно эти черепки попали в землю и, говорят, именно из них появился рис.
Происхождение черепах
Древнеиндийская легенда гласит, что когда-то давно на Земле жили молодые дерзкие великаны, которые посчитали себя выше богов. Боги разгневались на великанов, и разразился между ними страшный бой. Долго он длился, но наконец не выдержали великаны и в панике разбежались кто куда. На поле боя остались только их щиты. Что показать своё могущество, боги вдохнули жазнь в их щиты. И вот щиты тоже расползлись в разные стороны, а потом у них отросли головы и лапы, и они превратились в черепах.
Крокодил.
Крокодилам поклонялись во многих местах, но особую значимость культ их приобрёл в Фивах и в Фаюме - оазисе в ливийской пустыне, где при фараонах XII династии была создана грандиозная система оросительных сооружений, появилось водохранилище и развелось множество крокодилов.
Крокодилы олицетворяли бога нильских вод Себека, им приписывалась способность повелевать разливами Реки, приносящими на поля плодородный ил. Подобно тому, как по особым признакам отбирался бык Апис, в Фаюме, в главном культовом центре крокодилов и Себека - городе Шедите (греч. Крокодилополь) искали крокодила, подходящего дня того, чтобы стать воплощением души Ба Себека. Такой крокодил жил при храме в большом вольере, окружался заботой и почётом и довольно скоро становился ручным; жрецы украшали его золотыми браслетами, амулетами и кольцами. В Фаюме и в окрестностях Фив крокодилов запрещалось убивать даже при непосредственной угрозе жизни. Человека, которого утащил крокодил, хоронили с особыми почестями. В заупокойном храме Аменемхета III обнаружены погребения священных крокодилов, о которых также упоминает Геродот. В то же время, наряду с гиппопотамом, крокодил считался воплощением зла и врагом Ра, ассоциировался с Сетом.
Чайка
Дивчина – чайка.
На море на Черном есть остров суровый, немой — красные скалы на буйном зеленом раздолье. Не видно на острове беленьких хаток, кудрявые листья его не покрыли. Одна только тропка зеленая вьется: весенний ручей промыл красную глину, оброс бархат-травою. А дальше — все мертво и глухо.
Но нет, не все: вон там на утесе над морем, где вечно бушует седой прибой, на самой вершине горит по ночам огонек. А днем над утесом чайки печальные вьются, кричат над бушующим морем
Это что за утес? Почему там огонь? И за что чайки любят утес тот суровый?
Давно, говорят, на остров тот дикий приплыл человек неизвестно откуда. Наверное, горькая доля долго гоняла беднягу по свету, пока не нашел он на острове диком приюта.
Дитя, да пожитки убогие вынес из утлого челна на берег и стал себе жить-поживать.
Как жил, чем питался — сначала об этом никто не ведал. Со временем люди узнали, какое доброе сердце у этого человека. Он каждую ночь огромный костер разжигал, чтоб его видно было далеко, чтоб те корабли, которые плыли по волнам зеленым, могли безопасно пройти мимо камней суровых да отмелей скрытых, коварных! А если корабль разбивался о скалы, тогда человек в своем утлом челне отважно бросался на помощь несчастным.
И благодарные люди отдать ему были готовы сокровища, деньги и все, что везли на своих кораблях. Но не брал ничего чужеземец, лишь только еды немного, да дров, да смолы для костра. И вскоре люди узнали о старике этом странном, прозвали его “аистом морским”. А также узнали о дочери его любимой, которую, словно русалку, и волны морские качали-ласкали, и камни немые, и бури морские жалели-утешали.
И выросла дочь старика, и стала на диво прекрасной: бела, словно пена морская; пушистые косы ее, как морская трава, до колен ниспадали, а голубые глаза, словно раннее море сияли; а зубы, как жемчуг, сверкали из-под коралловых губ.
Однажды после купания дивчина сладко уснула на теплом песочке (море в то время молчало-дремало). И слышит сквозь сон она шепот. То рядом за камнем втроем собрались: птица-бабич, свинка морская, да рыбка — чешуйка золотая.
Вот рыбка и молвит:
— Достану со дна я ей жемчуг, кораллы и яркие самоцветы за то, что спасла меня. Лежала, несчастная, я на косе — сердитые волны забросили очень далеко. Жгло меня солнце, сушило, а хищный мартын белоснежный в небе кружился, и с ним моя смерть приближалась. А добрая дивчина эта взяла меня, ласково мне улыбнулась и в море легко опустила. Я вновь ожила...
— А я хорошо научу ее плавать, нырять, танцевать веселые танцы, чудесные сказки я ей расскажу, — молвила свинка морская, — за то, что она меня кормит, делится честно едою со мной. Погибла бы я без нее...
— А я, — отозвалась задумчиво птица-бабич, — а я ей поведаю новость, которой никто здесь не знает. Была я за морем, слыхала: прибудут сюда корабли и галеры. На тех кораблях и галерах дивные люди с чубами (из зовут казаками). Они никого не боятся, и даже древнему морю подарки не дарят, как другие купцы-мореплаватели, лишь веслами бьют его, не уважают. И море разгневалось на чубатых, и злая судьба их всех потопить присудила, сокровища камням отдать, да нам, морским слугам. Большой этой тайны никто не знает. А ей, милосердной, должна рассказать я за то, что меня она тоже спасла. Какой-то злодей перебил мои крылья стрелою, и я умирала на волнах зеленых. А милая дивчина эта меня изловила, кровь зашептала, целебных трав приложила, кормила, поила, за мною смотрела, пока не срослись мои крылья. За это раскрою ей тайну большую...
— Молчи! — зашумели, проснувшись, сердитые волны. — Молчи, не твое это дело! Не смеет никто противиться грозному.
Набросились волны на камни, сердито урчат между ними. Испуганно свинка и рыбка нырнули на дно, а птица в небо взлетела.Но поздно проснулись волны: услышала дивчина тайну, на ноги быстро вскочила и громко позвала:
— Вернись, птица-бабич, вернись! Расскажи мне о тайне подробней! Не нужно ни жемчуга мне, ни кораллов, ни танцев веселых, ни сказок чудесных. А лучше скажи мне, откуда высматривать хлопцев чубатых, как от беды бесталанных спасти?
А волны бушуют, а волны ревут:
— Молчи! Не расспрашивай, глупый ребенок. Смирись! Не перечь лучше морю: море ведь тяжко карает!
А дивчина думает: “Ладно, бушуйте, зеленые волны, чернейте от злости, беситесь. Я вам не отдам на съедение людей тех отважных. Я вырву из горла у хищного моря братьев моих бесталанных! Отцу не скажу я ни слова. Ведь старенький он, и бороться ему не под силу, а будет большое ненастье, я вижу”.
И день догорел. И солнце в море спустилось. И тишина наступила. Лишь слышно во тьме, как бормочет старик, на пост свой ночной собираясь.
Дочь попрощалась с отцом, в пещере легла. А только отец стал костер разжигать, она поднялась, прыгнула в челн, приготовила все — ждет бури!
Море спокойно пока. Но вдали слышен гул: то туча, союзница моря, идет, глазами сверкает, крыльями черными машет на яркие звезды. И гаснут звезды со страха. Вот ветер, посланец ее, налетел, засвистел, стараясь костер потушить. Но дед догадался, подбросил смолы, и костер запылал сильнее. И ветер отпрянул назад, застеснявшись, и вновь тишина наступила...
И снова, но ближе, загрохотала грозная туча. И целая стая хищных ветров закружилась, завыла, толкая в бока сонные волны. Волны гурьбою метнулись к скалам. А скалы швырнули в них галькой. Алчно они проглотили гостинцы и бросились снова на скалы.
А туча находит, а гром громыхает, и молнии хищно сверкают. А буря галеры несчастные гонит, мачты ломает, рвет паруса, в волнах соленых купает.
Но борются с морем отважно гребцы, не поддаются чубатые! Вот подогнало их к берегу море, вот раскачало и бросило прямо на скалы. И скалы завыли, как звери, увидев такую добычу. Глазом моргнуть казаки не успели вдребезги разбило галеры.
Дивчина, страха не зная, в море свой челн направляет, утопающих хватает, быстро на берег выносит. Уж здесь собралось их немало, но больше еще погибает. А дивчина знай спасает, а дивчина слышать не хочет, что море ей грозно рокочет:
— Эй, отступись, не тягайся со мною! Добыча моя, не отдам по-пустому! Эй, отступись, неразумная! Страшная доля тебя покарает. Эй, отступись-ка!
Но тщетно! Дивчина слушать не хочет. Поднялись страшные волны, утлый челнок подхватили, как скорлупу, бросили с гневом на скалы — разбили.
Дивчина плачет: плачет она не от боли, плачет она не со страху, — она из-за челна рыдает. Жалко ей стало, что нечем спасать несчастных.
“Нет, попытаюсь еще раз!” Мигом одежду с себя сорвала и бросилась в бурное море. Не смилостивилось море: алчно ее поглотило.
Но смилостивилась доля: дивчина не погибла. Серою чайкой она вспорхнула и полетела над морем, горько рыдая...
А старик и не знал, что дочь совершила. Да те казаки, которых спасла она, все рассказали. Старик как стоял у костра, так и бросился с горя в огонь...
Погибли и дочь и старик.
Но нет, не погибли! Каждую ночь огонек на утесе мерцает, а над утесом серые чайки летают, плачут-кричат, лишь только услышат хищную бурю: оповещают они моряков, да нам повествуют о древней легенде, о славной дивчине-чайке.
Лебедь.
Во Фракии у речного бога Эагра и музы Каллиопы родился сын Орфей. Выражением очаровательного личика и кудряшками, которые спускались с его высокого лба, ребенок был похож на бога Аполлона. Когда он слушал чириканье и пение птиц, его глазки блестели от радости и волнения. Мать, увидев в нем дарование музыканта, отнесла его в горы к подножию горы Пелион. Там, укрытая густыми маслиновыми деревьями, находилась пещера мудрого кентавра Хи-рона - учителя таких прославленных героев, как Геркулес, Ясон, Лелей. Орфей быстро усвоил все, чему его обучал мудрый наставник. В то время как другие ученики предпочитали бег и упражнения в стрельбе из лука и метании копья, Орфей всецело отдавался звукам музыки своего учителя. Все время он играл на лире.
Кентавр Хирон заранее знал, какая судьба предназначена его ученикам, и готовил их к будущим подвигам. Он знал, что Орфею суждено стать самым великим певцом, и учил его пению и игре. Когда Орфей играл, он внимательно его слушал, поправлял ошибки и учил, как ударять по струнам, чтобы они издавали самые приятные и нежные звуки. Скоро Орфей так овладел искусством пения и игры, что превзошел своего учителя. Тогда он сам начал сочинять песни и гимны. От гимна о правде Хирон остался в восторге. Часто заставлял Хирон Орфея петь этот гимн героям, чтобы они никогда его не забывали и боролись за торжество правды в мире. "Потому что,- говорил мудрый Хирон,- без правды не может быть истинного счастья на Земле".
Когда Орфей пел и играл на лире, его прекрасный голос разносился по долинам и звучал над горами. Не только люди были очарованы его пением и с упоением слушали его звучные песни, но даже деревья склоняли свои ветви и листья переставали шуметь. Даже скалы и горы внимали божественным песням Орфея. Завороженные его пением собирались вокруг него дикие кровожадные звери. Из ближних и дальних лесов, оставив свои гнезда, слетались птицы и, заслушавшись, внимали песням Орфея и чудным звукам его лиры. Далеко по всему свету разнеслась слава о певце, и его песни радовали всех людей на Земле.
Еще более нежными и прекрасными стали песни Орфея после того, как он женился на нимфе Эвридике, которую он горячо любил. Но недолго длилось их счастье. Вскоре Эвридика отправилась утром со своими подружками нимфами погулять и набрать цветов на ближнем лугу у реки. Гелиос щедро посылал на Землю свет и тепло. Цветы широко раскрыли навстречу его лучам свои бутоны и издавали упоительный аромат. Весело резвились нимфы, а их песни и смех оглашали леса и горы. Бегая по лугу, Эвридика, не заметив, наступила на змею, которая вонзила ей в ногу свои отравленные зубы. Эвридика закричала от боли, на ее крик прибежали подруги, но было уже поздно. Мертвая Эвридика упала им на руки. Плач и рыдания нимф были такими громкими, что их услышал Орфей. Он сразу же прибежал на луг. Увидев свою возлюбленную мертвой, он пришел в отчаяние. Долго горевал Орфей. От его грустных песен, казалось, вся природа погрузилась в отчаяние, словно оплакивала Эвридику вместе с ним.
Ничто не могло заставить Орфея забыть Эвридику. Где только ни ходил он, что только ни делал, но с каждым днем отчаяние его становилось все сильнее. Не осталось у него больше радости в жизни. Наконец, он решил пойти в подземное царство и умолить Аида и его жену Персефону вернуть ему Эвридику. Около Тенара спустился Орфей через бездонную темную пропасть к священной реке Стикс. Но как переправиться через нее? Перевозчик Харон отказался: его дело перевозить на другой берег Стикса, в царство теней, только мертвых, а не живых людей. Напрасно умолял Орфей Харона. Его ледяное сердце не тронула скорбь Орфея. Тогда Орфей снял с плеча свою золотую лиру, сел на берегу и начал играть. Божественные звуки понеслись над черными водами Стикса. Они заворожили даже Харона, который не заметил, как Орфей влез в ладью и подогнал ее к другому берегу. Перебравшись на другой берег, Орфей отправился к трону Аида, сопровождаемый множеством теней, собравшихся на звуки его дивных песен.
Появившись перед Аидом, Орфей продолжал петь и играть на лире. В своей песне он выразил боль, причиненную ранней смертью Эвридики, он пел о страданиях, которые испытывал после ее смерти. И такой прекрасной была эта музыка и песня, что даже Персефона и Аид в глубокой задумчивости проронили не одну слезу.
Загрустил Аид, послушав Орфея, и спросил его о цели прихода в подземное царство. Орфей попросил вернуть к жизни Эвридику, потому что жизнь без нее была невыносимой. Растрогался Аид и согласился вернуть Эвридику в царство живых, но при одном условии: Орфей должен идти за богом Гермесом, который выведет его из подземного царства, а Эвридика будет следовать за Орфеем, но Орфею нельзя оглянуться на Эвридику; если он обернется и посмотрит на нее, Эвридика навечно останется в царстве мертвых.
Орфей принял это условие. И вот отправились они по узкой и обрывистой тропинке, усыпанной острыми камнями, ведущей вверх, на Землю, облитую лучами Гелиоса. Трудным был их путь. Вокруг только гробовая тишина и непроглядный мрак, и как ни прислушивался Орфей, сзади не слышно никаких шагов. Неужели Эвридика не следует за ним? Сомнения стали мучить Орфея. Он забыл, что Эвридика - все еще бесплотная тень в царстве Аида и потому он не может слышать ее шагов.
Уже лучи Гелиоса понемногу начали пронизывать мрак, становилось все светлее. Еще немного, и Орфей с Эвридикой выйдут на Землю. Но идет ли она позади Орфея? Неужели она осталась у Аида? Есть ли смысл возвращаться без нее к жизни, чтобы снова обречь себя на страдания? Задумавшись об этом, Орфей забыл об условии, оглянулся и увидел тень Эвридики. Он протянул к ней руки, но она мгновенно растворилась в непроглядном мраке царства мертвых... Второй раз пришлось пережить Орфею утрату Эвридики. Сердце его разрывалось от муки. Ведь всего за миг до выхода на Землю вместе с Эвридикой, где их озарили бы снова лучи счастья, она по его вине исчезла безвозвратно в подземном царстве. Долго Орфей изливал в слезах свое горе по Эвридике. Он не хотел возвращаться без нее на Землю и снова спустился вниз, в непроглядный мрак. Снова он пришел на берег мрачной реки Стикс и встал перед Хароном. Но ничто уже не тронуло сердце престарелого лодочника. Семь дней и семь ночей умолял Орфей, чтобы Харон переправил его на другой берег, играл ему на лире и пел самые грустные песни, но они не растрогали ледяного сердца Харона. Тот даже не подпустил Орфея к своей лодке. Сломленный и отчаявшийся, Орфей вернулся обратно и отправился в родную Фракию.
Смолкли песни Орфея. Не слышны были уже нежные звуки его лиры. Так четыре года горевал он по Эвридике и даже не посмотрел ни на одну другую женщину...
Однажды весенним днем, когда вся природа ликовала под золо-тистыми лучами Гелиоса, разноцветные цветы усыпали ветви деревьев, все благоухало молодостью и свежестью, и весело пели птицы, Орфей словно пробудился от глубокого сна и взял свою лиру. Сел он на пригорке и, слегка касаясь струн пальцами, запел. Песня его разнеслась вокруг и огласила горы и долины. Дикие звери собрались около Орфея и в упоении слушали его, перестали петь птицы, завороженные его дивным пением. Словно заколдованная его нежной песней, перестала шуметь листва деревьев. Вся природа слушала необыкновенного певца. В этот волшебный миг легкий ветерок донес откуда-то издалека смех, крики и вопли. Это были киконские женщины, устроившие празднование в честь Вакха. Все ближе приближались они, и все громче были слышны их крики. Вдруг одна из них, самая пьяная, которая едва держалась на ногах, показала на Орфея рукой и крикнула осипшим голосом: "Вот он, наш враг, женоненавистник!"
Град камней и тирсов обрушился на Орфея. Оборвалась его песня, а он замертво свалился с пригорка. Как кровожадные гиены, набросились на его тело взбешенные вакханки. Они разорвали его на части и бросили лиру и голову Орфея, обагренные кровью, в воды реки Гебр (река Марица).
В подземном царстве теней Эвридика встретила Орфея, и уже ничто не могло их разлучить.
Боги превратили певца Орфея в снежно-белого лебедя и вознесли его на небо в виде созвездия. Широко раскрыв свои крылья, вытянув длинную шею, летит лебедь к Земле, к своей любимой Эвридике.
Воды Гебра понесли лиру Орфея, слегка покачивая ее на тихих волнах. Ее струны откликнулись печальной песней, огласившей Фракийскую долину и Родопы. Опечалилась вся природа. Смерть Орфея оплакивали деревья, цветы и травы. В лесах замолкли звонкие песни птиц, которые тоже скорбели о певце, и даже дикие звери проливали слезы. Расплакались скалы в горах, и слезы их потекли бурными потоками. Разлились реки, и мутные воды потекли к далекому морю, чтобы вылить в него их боль и скорбь.
Одетые в черные одежды, распустив волосы в знак скорби, вышли из потоков и рек нимфы. Но не беззаботный смех, а плач по дивному певцу Орфею разносился далеко по окрестностям. А погруженная в скорбь река все дальше и дальше уносила лиру и голову Орфея и вместе со своей болью выплеснула все в безбрежное море. Приняли лиру и голову волны и отнесли на остров Лесбос. От легкого ветерка затрепетали тихонько струны лиры, и чарующие звуки разнеслись далеко от острова.
Боги превратили золотую лиру Орфея в созвездие Лиры, оставив ее навечно на небе. Она напоминает людям о волшебных песнях легендарного певца, которыми он завораживал всю природу.
Дельфин
Всем знакомые и такие милые существа дельфины часто изображаются у разных народов, явно что-то символизируя. Задумаемся — что? Может быть, наши древние предки догадывались, что дельфины не рыбы, хотя и живут в воде. В самом деле, дельфины — существа, живущие в двух стихиях морской и воздушной. Они принадлежат двум мирам и, как полагали древние, служат связующим звеном между земным и небесным. Они и цари рыб, и спасители людей, потерпевших кораблекрушение, и провожатые душ в потусторонний мир. Они стали аллегорией (символом) спасения, свободы, благородства, любви и удовольствия. Два дельфина, смотрящие в разные стороны, олицетворяли двойственность природы, смерть и рождение, а два дельфина вместе — золотую середину между крайностями, символ равновесия.
В шумерской мифологии дельфин связан с Энки — богом мудрости, хозяином подземного мирового океана пресных вод. Согласно преданию, люди жили как животные, пока из моря не вышел первочеловек Оаннес (эпитет бога Энки) в образе полудельфина. А по
другой версии — полурыбы-получеловека. Он научил жителей Вавилонии письму, наукам, строительству, земледелию. Кроме того, дельфин является атрибутом богини Иштар и посвящен Атаргатис — богине плодородия и благополучия в западно-семитской мифологии. Также и у египтян Исида — богиня не только плодородия, но и ветра, воды и мореплавания, часто изображалась с дельфином. У индусов дельфин — конь Камы, бога любви.
В минойской культуре, на Древнем Крите, дельфин олицетворял власть на морях. Почти четыре тысячи лет назад древние художники запечатлели дельфинов на фреске Кносского дворца Миноса. Там, словно морские божества, огромные животные, плавно скользя, совершают свой танец в прозрачных водах, охраняя мир и покой подводного царства. У греков дельфины часто сопровождают богов — Афродиту, Посейдона, Аполлона, Диониса. Если он с Аполлоном Дельфийским, то символизирует свет и солнце, если же изображается с Афродитой или Эросом, то имеет лунный символизм. Дельфин — одна из ипостасей Посейдона. По преданию, один из дельфинов сочетал браком бога морей и Амфитриту. После схватки с чудовищным Пифоном Аполлон именно в образе дельфина догоняет корабль критских мореходов и приводит его к пристани города Крисы. Оттуда через плодородную долину моряки приходят к подножию Парнаса, где располагалась главная святыня эллинского мира — Дельфийский оракул.
Согласно легенде, в дельфинов были превращены тирренские морские разбойники, не разглядевшие в плененном ими прекрасном юноше могущественного бога Диониса. С тех пор им предначертано вечно служить в его свите. Диониса в древних мистериях сравнивали с волшебным дельфином, ныряющим в пучину и поднимающимся на поверхность воды... Он бессмертен и существует вне границ пространства и времени, то появляясь, то исчезая в бесконечной цепи воплощений.
В христианской символике дельфин символизировал Иисуса Христа как творца и спасителя. Дельфин с якорем или кораблем олицетворяет церковь, ведомую Христом. Дельфин, пронзенный трезубцем или прикованный к якорю, означает распятого Христа.
Мифы многих народов говорят о дельфине как о существе божественном, обладающем даром пророчества, способном одним прыжком вылететь из воды и достичь неба, чтобы занять свое место среди созвездий.
Гуси
Много раз нападали на Рим неприятели. В 390 году шла война с галлами. Переправившись через Альпы, Галлы двинулись вглубь Италии и вскоре осадили Рим. Защитники города мужественно отбивали атаки неприятеля. Но вскоре истощились запасы продовольствия, и в городе начался голод. Все, что было съедобно, было съедено. Остались лишь священные гуси, что жили в храме богини Юноны на Капитолийском холме. Много раз подумывали голодные защитники города об этих гусях, но боялись гнева великой богини - покровительницы Рима.
Однажды посреди ночи какой-то шум разбудил одного из воинов. Проснувшись, Марк Манлий (таково было его имя) прислушался: на вершине холма гоготали гуси. Быстро взобрался Марк Манлий на городскую стену и буквально лицом к лицу столкнулся с галлом. Той ночью неприятели тайно предприняли попытку штурма города. Марк Манлий сбросил галла со стены. Падая, враг закричал. Начали падать и другие галлы. От крика и шума гуси загоготали еще громче. Мгновенно пробудились защитники Рима и приступили к обороне города. Галлам ничего не оставалось. Как уйти от стен города. Римляне победили.
Акула
Акула один из главных героев мифов и легенд народов населяющих острова полинезийского и гавайского архипелагов.
Для одних первобытных племен акула была пусть мстительным, но божеством, для других — исполненным коварства злым духом. Часто поклонение акуле приобретало очень сложные формы: акула играла несколько ролей, человек превращался в акулу, акула в человека. На многих островах Тихого океана это вселяющее ужас божество не удовлетворялось тем, что изредка уносило в море мужчину, женщину или ребенка во время своих таинственных набегов. Оно требовало высшей дани — человеческих жертвоприношений. И вот в определенный день вождь или верховный жрец племени выходил к людям в сопровождении прислужника, несшего петлю, похожую на акулью ловушку. По знаку вождя он с силой метал ее в толпу. Человека, на которого падала эта петля, тут же на месте душили. Затем тело его согласно определенному ритуалу резали на части и бросали в море ненасытным божествам.
Однажды на острове Oаху молодая женщина в схватках звала своего брата на помощь. Когда брат услышал её, она уже успела родить и обернуть ребенка в одеяло. Мать ребенка всё ещё кричала, когда ее брат прибыл. Тогда он спросил ее, почему она кричит. Она попросила его открыть одеяло и посмотреть на ребенка. Брат сделал это и увидел, что у ребенка было тело акулы, а голова человека. Удивленный брат сказал сестре выпустить ребенка в океан, иначе ребенок неизбежно умрет. Она отказалась слушать его, потому что ребенок был её несмотря на уродливое тело.
В конце концов довод "против" брата убедил ее в тщетности своих пожеланий и в том, что выпустить ребенка в океан прежде всего в интересах ребенка. Они оба поехали в Блэк Поинт в Кала, и когда они прибыли, брат выпустил ребенка в воду. Размещая ребенка в воду, брат говорил с ним на гавайском. Ребенок тогда сделал единственный всплеск своим хвостом и отплыл.
Каждое утро, мать возвращалась на то же место, чтобы собирать морские водоросли. В то время как она работала, ребенок-акула появлялся и питался молоком от её груди.
Прошло время, и ребенок превратился во взрослую хорошо сформированную акулу.
Однажды утром, когда мать собирала морские водоросли, стая акул начала плавать вокруг нее. Внезапно, ее ребенок-акула появился рядом с нею и ударил ее своим хвостовым плавником с такой силой, что мать отбросило на мелководье, далеко от других акул. Далее последовало жестокое сражение её ребёнка с другими акулами. Мать не знала о результате этого сражения, и она никогда больше видела своего "ребенка".
Устав от бесконечных ожиданий, женщина в конечном счете возвратилась в свое место рождения на остров Мауи.
Однажды, спустя десять лет, она и ее мать собирали водоросли на берегу, но не вернулись домой. Ее брат и друзья начали искать их. Группа поиска нашла эти двух женщин, мертвых, плавающих вместе с их сумками, наполненными водорослями прямо на них. Группа попыталась спасти тела, но большая акула всячески препятствовала тому. Брат женщины узнал в ней потерянное потомство своей сестры, акулу-ребенка.

Сотворение мира.
Одна из версий славянского мифа о сотворении мира. Древние славяне представляли себе мир похожим на большое яйцо. Посередине Вселенной, как ее видели славяне, подобно желтку, расположена Земля.
В начале времен мир был окутан тьмой. И был в этой тьме лишь Род - прародитель наш, родник вселенной, отец богов. И был Род заключен в яйце, был он семенем не пророщенным, был он почкою нераскрывшейся. Но конец пришел заточению и Род родил Любовь - Ладу-матушку, силою ее разрушив темницу свою. И тогда Любовью мир наполнился, а Род породил царство небесное, а под ним создал поднебесное. Пуповину разрезал радугой, отделил Океан - море синее от небесных вод твердью каменной. В небесах воздвигнул три свода он. Разделил Свет и Тьму, Правду с Кривдою. Род родил затем Землю-матушку, и ушла Земля в бездну темную, в Океане она схоронилась.
Солнце вышло тогда из лица его - самого Рода небесного, прародителя и отца богов! Месяц светлый - из груди его, звезды частые - из очей его, зори ясные - из бровей его, ночи темные - да из дум его, ветры буйные - из дыхания его, дождь и снег, и град - от слезы его, громом с молнией - голос стал его - самого Рода небесного, прародителя и отца богов!
Родом рождены были для Любви небеса и вся поднебесная. Он - отец богов, он и мать богов, он - рожден собой и родится вновь. Род - все боги, и вся поднебесная, он - что было, и то, чему быть предстоит, что родилось и то, что родится.
Род родил Сварога небесного и вдохнул в него свой могучий дух. Дал ему четыре головы, чтоб он - мир осматривал во все стороны, чтоб ничто от него не укрылось, чтобы все замечал в поднебесной он. Путь Сварог стал Солнцу прокладывать по небесному своду синему, чтобы кони-дни мчались по небу, после утра чтоб начинался день, а на смену дню - прилетала ночь.
Стал Сварог по небу похаживать, стал свои владенья оглядывать. Видит - Солнце по небу катится, Месяц светлый видит и звезды, а под ним Океан расстилается и волнуется, пеной пенится. Оглядел свои он владения, не заметил лишь Землю-матушку.
- Где же мать-Земля? - опечалился. Тут заметил он - точка малая в Океане-море чернеется. То не точка в море чернеется, это уточка серая плавает, пеной серою порожденная. В море плавает, как на иглы прядет, на одном месте не сидит, не стоит - все поскакивает и вертится.
- Ты не знаешь ли, где Земля лежит? - спросил Сварог серу уточку.
- Подо мной Земля, - говорит она, - глубоко в Океане схоронена...
- По велению Рода небесного, по хотенью-желанью сварожьему Землю ты добудь из глубин морских!- потребовал Сварог тогда.
Ничего не сказала уточка, в Океан-море нырнула, целый год в пучине скрывалась. Как год кончился - поднялась со дна.
- Не хватило мне духа немножечко, не доплыла я до Земли чуток. Волосок всего не доплыла я...
- Помоги нам, Род! - воззвал Свaрог.
Поднялись тогда ветры буйные, расшумелось море синее... Вдунул ветром Род силу в уточку. И сказал Свaрог серой уточке:
- По велению Рода небесного, по хотенью-желанью сварожьему Землю ты добудь из глубин морских!
Снова ничего не сказала уточка, в Океан-море нырнула и два года в пучине скрывалась. Как срок кончился - поднялась со дна.
- Не хватило мне духа немножечко, не доплыла я до Земли чуток. На полволоса недоплыла я...
- Помоги, отец! - вновь воззвал Свaрог.
Снова поднялись тогда ветры буйные, и по небу пошли тучи грозные, разразилась буря великая, голос Рода - гром небеса потряс, и ударила в уточку молния. Род вдохнул тем силу великую бурей грозною в серу уточку.
И заклял Свaрог серу уточку:
- По велению Рода небесного, по хотенью-желанию сварожьему, Землю ты добудь из глубин морских!
В третий раз ничего не сказала уточка, в Океан-море нырнула и три года в пучине скрывалась. Как срок кончился - поднялась со дна. В клюве горсть земли принесла она.
Взял Свaрог горсть земли, стал в ладонях мять.
- Обогрей-ка, Красно Солнышко, освети-ка, Месяц светлый, подсобите, ветры буйные! Будем мы лепить из земли сырой Землю-матушку, мать кормилицу. Помоги нам, Род! Лада, помоги!
Землю мнет Свaрог - греет Солнышко, Месяц светит и дуют ветры. Ветры сдули землю с ладони, и упала она в море синее. Обогрело ее Солнце Красное - запеклась Сыра Земля сверху корочкой, остудил затем ее Месяц светлый.
Так создал Свaрог Землю-матушку. Три подземных свода он в ней учредил - три подземных царства. А чтоб в море Земля не ушла опять, Род родил под ней Юшу мощного - змея дивного, многосильного. Тяжела его доля - держать ему много тысяч лет Землю-матушку.
Так была рождена Мать Сыра Земля. Так на Змeе она упокоилась. Если Юша-Змей пошевелится - Мать Сыра Земля поворотится.


Приложенные файлы


Добавить комментарий