Статья для альманаха «Патриоты Амура»


Статья для альманаха «Патриоты Амура»
Баба Нина
Сегодня мы в погоне за уютной и комфортной жизнью часто забываем о ветеранах Великой Отечественной войны, тружениках тыла, людях, живших на оккупированных территориях. Забываем о тех, кто является хранителем памяти об этой войне и больше всего нуждается в заботе. Наша задача – беречь этих людей, помогать им.
left360426030822901508760Село у нас небольшое, все друг друга знают. Живет в нашем селе Шевцова (Колодяжная) Нина Митрофановна, а попросту баба Нина. Живет одна в своем старом домике. Сыновья бабы Нины давно выросли, у обоих семьи, есть у нее внуки, правнуки. Только бабушка не спешит перебираться в благоустроенные дома. Ее покойный муж перед смертью завещал ей дом не оставлять. Только трудно ей теперь приходится, здоровье уже не то.
Вот и решили ученики 4 класса нашей школы взять шефство над бабушкой. Сначала один раз в неделю ходили, а потом так к ней привязались, что стали навещать ее почти каждый день: дрова принесут, воду, двор почистят, в доме помогут порядок навести, посуду помыть (бабушка наша практически не видит). Удивляются родители, что ребята стараются побыстрее домашние дела сделать, уроки приготовить и бегом к бабушке. Ведь там можно узнать много интересного не из учебника по истории, а от живого человека. Да и она радуется, когда дети приходят. Ведь в общении одинокие люди нуждаются даже больше, чем в помощи.
Воспоминания Шевцовой Нины Митрофановны
Родилась 26 октября 1933 года. Во время войны семья жила в Полтавской области село Первоалександровка Козельщинского района.
Мать, Даина Давыдовна, до войны работала в колхозе, где выращивали свеклу, кукурузу, картофель.
Отец, Митрофан Антонович, сначала работал на вагоноремонтном заводе, а позднее тоже перешел в колхоз. В 1939 году он трагически погиб во время уборки урожая на колхозном поле.
Жилье (как и у большинства односельчан) – глиняная хата, крытая соломой. Еду готовили в русской печке, на ней же спали. Вдоль стен в хате стояли лавки, в углу – сундук (скрыня), в котором хранилось приданое. Стола не было, поэтому сундук служил и местом для обеда.
Нина была единственным ребенком в семье. Учиться она ходила вместе с другими ребятами в соседнее село, там была школа. Учиться ей нравилось. Когда пришла война, школу пришлось оставить. Имя первой учительницы, Марии Федоровны Тараненко, осталось в памяти на всю жизнь.
На фронт забирали мужчин – односельчан, на улицах был слышен плач женщин и детей. И еще издалека постоянно доносился гул, который со временем приближался и усиливался.
День, когда в село вошли немцы, помнится как сейчас. С утра стояла какая-то особенная тишина, непривычная, тревожная. Вскоре жители узнали, что фашисты уже на окраине села, а несколько русских солдат вступили с ними в схватку. Вспоминаются слова дедушки: «Вот война так война, наши солдаты одними штыковыми лопатами с немцами воюют». Все наши воины погибли. А немцы, которые к вечеру вошли в село, запретили их хоронить. Тракторами загребли тела погибших прямо в навоз рядом со скотным двором. Позднее односельчане нашли на кукурузном поле еще двух погибших красноармейцев и тайком их там же, на поле, закопали.
Немцы чувствовали себя хозяевами в селе. Заставляли сдавать все продукты которые были в хозяйстве: молоко, мясо, яйца. Мать, для того чтобы накормить семью, отливала парного молока, а в подойник добавляла воды. Но это было рискованно, ведь сдачу продуктов контролировали полицаи. Их из числа местных жителей фашисты выбирали себе в помощники. В основном такую должность занимали люди жестокие и алчные. Они помогали немцам собирать девушек для отправки в Германию. Имена фашистских пособников Михаила и Грицко Головатых люди проклинали. А вот полицай Афанасий (фамилию не помнит), наоборот, помогал жителям села: позволял утаить часть продуктов от сдачи, предупреждал об облавах.
Трудное время пришлось пережить людям, но вся семья уцелела. Расстрелов в деревне не было. А вот в соседней Мануйловке сожгли женщину, а в Кременчуге расстреляли семью глазного врача – еврея, который был известен в тех местах тем, что многим людям вернул зрение.
Когда началось наступление советских войск, немцы стали спешно покидать территорию, а село подожгли. До сих пор сохранилось ощущение ужаса, которое возникло при виде горящей хате. Мама закрывала ей рукой рот, а Нина кричала. Крытые соломой крыши мгновенно вспыхивали, от дома оставались лишь глиняные стены. Люди в панике убегали, прятались в садах. Из двухсот хат нетронутыми огнем остались две.
Прятались в кустах всей семьей до самого вечера. Потом услышали гул приближающейся машины, притихли, будто онемели от страха. Машина остановилась неподалеку, в темноте трудно было разобрать, чья она. Тогда дед поднялся и пошел навстречу. Остальные ждали, когда начнут стрелять. Но оказалось, что это машина наших разведчиков.
Много событий тех страшных лет сохранилось в памяти у Нины Митрофановны. Но даже по прошествии семи десятилетий трудно о них говорить. Ведь каждый раз приходится как бы все переживать заново, а это совсем нелегко.


Приложенные файлы

Добавить комментарий