Методический материал: Подборка скороговорок для школьного театрального педагога


Подборка скороговорок для школьного театрального педагога
В работе над скороговорками нельзя просто пробалтывать слова, нужно найти в них определенный смысл. Начинать работу над текстами скороговорок нужно в медленном темпе, предварительно потренировавшись в произнесении наиболее сложных сочетаний слов отдельно. Затем можно постепенно ускорять темп произнесения скороговорок, не забывая о логических ударениях. Например, в скороговорке «У осы не усы, не усищи, а усики» есть явное противопоставление, и оно требует точной передачи мысли. Даже в быстром темпе нельзя забывать об этом.
Предлагаемые тексты соединенных скороговорок представляют собой уже определенный рассказ о том или ином событии. Здесь отдельные фразы связаны друг с другом смысловыми отношениями, в них есть развитие той или иной мысли, заканчивающейся на последней точке. Эти тексты очень полезны для дикционной тренировки, а соединение их в незатейливый рассказ придает упражнению особый интерес. Тексты нужно знать наизусть и рассказывать их со своим отношением к происходящим событиям.
З а д а н и е 1.
Выберите скороговорки для тренировки на каждый согласный звук, в первую очередь на исправляемые вами звуки, и отработайте их.
От топота копыт пыль по полю летит.
Бык тупогуб, тупогубенький бычок, у быка бела губа была тупа.
Пришел Прокоп — кипел укроп, ушел Прокоп — кипит укроп. Как при Прокопе кипел укроп, так и без Прокопа кипит укроп.
С вишен галок поп пугая, в саду увидел попугая. Ты, поп, галок попугай, попугая не пугай.
Водовоз вез воду из-под водопровода.
Маланья-болтунья молоко болтала-выбалтывала, болтала-выбалтывала, да не выболтала.
Два дровосека, два дровокола, два дроворуба говорили про Ларю, про Варю, про Ларину жену.
У Фили пили — Филю же и побили.
Стоит поп на копне, колпак на попе, копна под попом, поп под колпаком.
Из-под Костромы, из-под Костромщины шли четыре мужчины, говорили про покупки, про крупу, да про подкрупки.
Везет Сенька Саньку с Сонькой на санках, санки скок — Сеньку с ног, Саньку — в бок, Соньку — в лоб, все в сугроб!
Расскажите про покупки. Про какие про покупки? Про покупки, про покупки, про покупочки мои.
У осы не усы, не усищи, а усики.
Рыла свинья тупорыла, белорыла, полдвора рылом изрыла, вырыла, подрыла.
На дворе трава, на траве дрова: раз дрова, два дрова, три дрова; дрова вдоль двора, дрова вширь двора — не вместит двор дров; дрова выдворить!
Тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали.
Не тот, товарищи, товарищу товарищ, кто при товарищах товарищу товарищ, а тот, товарищи, товарищу товарищ, кто без товарищей товарищу товарищ.
Сшит колпак не по-колпаковски, вылит колокол не по-колоколовски. Надо колпак переколпаковать, перевыколпаковать, надо колокол переколоколовать, перевыколоколовать.
Наша река широка, как Ока. Как — как Ока? Так, как Ока, широка наша река.
Шестнадцать шли мышей и шесть нашли грошей, а мыши, что поплоше, шумливо шарят гроши.
Полчетверти четверика чечевицы без червоточины.
В четверг, четвертого числа, в четыре с четвертью часа четыре черненьких курчавеньких чертеночка чертили черными чернилами чертеж. Чрезвычайно чисто.
На семеро саней по семеро в сани уселися сами.
Съел молодец тридцать три пирога с пирогом, да все с творогом.
Около кола — колокола.
Около ямы три хвои вялы. На хвою стану, хвою достану.
Вот топор, вот топорище, вот тут кнут, вот кнутовище.
Ткач ткет ткани на платки Тане.
Топоры остры до поры, до поры остры топоры, до времени.
Всех скороговорок не перескороговоришь, не перевыскороговоришь.
З а д а н и е 2.
Разберитесь предварительно, какая основная мысль заключена в скороговорочных текстах. В целом ряде из них она выражена пословицей или поговоркой, заканчивающей рассказ. Например, «О пустяках спорить — дело упустить» и т. д.
Из-под Костромы, из-под Костромщины везет Сенька Саньку с Сонькой на санках. Везет да скороговорками так и сыплет: мол, тетерев сидел на дереве, от дерева — тень тетерева; мол, у гусыни усов ищи не ищи, не сыщешь; мол, каков Савва, такова и слава. Скороговорил, скороговорил да так всех скороговорок и не перевыскороговорил.
Два дровосека, два дровокола, два дроворуба говорили про Ларю, про Варю, про Ларину жену, спорили, что у осы не усы, не усищи, а усики, что сшит колпак не по-колпаковски, что вылит колокол не по-колоколовски. Пока шел спор, забрела свинья во двор. Рыла свинья тупорыла, белорыла, полдвора рылом изрыла, вырыла, подрыла. О пустяках спорить — дело упустить.
От топота копыт пыль по полю летит — едет баба из города, везет вестей с три короба: мол, съел молодец тридцать три пирога с пирогом, да все с творогом; мол, пришел Прокоп кипятить свой укроп; мол, супруги Пото играли в лото. От топота копыт пыль по полю летит. Кто переносит вести, тому бы на день плетей по двести.
Маланья-болтунья болтала, что тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали. На язык пошлин нет, что хочет, то и лопочет. Болтала-болтала, болтала-болтала, да так всего не выболтала: ложь ходит на гнилых ногах; кто вчера солгал, тому и завтра не поверят.
Я ему по секрету, а он по всему свету, что на улице медовик, мне не до медовика, что на улице деготник, мне не до деготника, не до деготниковой жены и не до деготниковых детей. Так вот скажет друг дружке, а дружка подружке, а подружка борову, а боров всему городу — язык от лжи не краснеет, и без того красный, а только береги честь смолоду — один раз соврешь — в другой не поверят; ведь коли врун, так и обманщик, а обманщик, так и плут, а плут так и мошенник, а мошенник, так и вор.
Маланья-болтунья болтала, что всех скороговорок не перескороговоришь, не перевыскороговоришь, что не скажешь: на дворе трава, на траве дрова — раз дрова, два дрова, три дрова — не вместит двор дров — дрова выдворить, И не скажешь: тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали. Однако прыгают на языке скороговорки, как караси на сковородке. Значит Маланья-болтунья зря болтала, что всех скороговорок не перескороговоришь, не перевыскороговоришь.
Береги честь смолоду, а то была у Фрола — Фролу на Лавра наврала, пойдет к Лавру — Лавру на Фрола наврет, ведь язык без костей и от лжи не краснеет, без того красный. У злой Натальи все люди канальи, а еще говорит: «Не тот, товарищи, товарищу товарищ, кто при товарищах товарищу товарищ, а тот, товарищи, товарищу товарищ, кто без товарищей товарищу товарищ».
Везет Сенька Саньку с Сонькой на санках, везет да языком, что решетом, так и сеет: и про щук и про леща,— мол, плавниками трепеща, пищи на обед ища, ходит щука вкруг леща — вот так это штука,— тщетно тщится щука ущемить леща. Вот так это штука!
Болтал, болтал — на чужой роток не накинешь платок: санки скок — Сеньку с ног, Саньку в бок, Соньку в лоб — все в сугроб! Всякая сорока от своего языка погибает — знай больше, а говори меньше.
Из-под Костромы, из-под Костромщины шли четыре мужчины, говорили про покупки, про крупу да про подкрупки; говорили, что купили полчетверти четверика чечевицы без червоточины. А все потому, куда ветерок — туда и умок! Хиханьки да хаханьки — доходишки махоньки, лежа пищи не добудешь — вот у молодца только и золотца, что пуговка оловца. Хорошо, хоть купили полчетверти четверика чечевицы без червоточины. Где работают, там густо, а в ленивом доме пусто.
В четверг, четвертого числа в четыре с четвертью часа шли три попа, три Прокопия попа, три Прокопьевича — шли, шли, вдруг перед ними река — широка, как Ока. А на том берегу стоит поп на копне, колпак на попе, копна под попом, поп под колпаком. Увидали попы, рты раскрыли попы, закричали попы, побежали попы. У страха глаза велики — пуганая ворона куста боится.
От топота копыт пыль по полю летит. То курьера курьер обгоняет в карьер. Только бык тупогуб никуда не спешил, у дороги лежал, головой лишь мотал, бык тупогуб, тупогубенький бычок, у быка бела губа была тупа.
Командир говорил про полковника, про полковницу, про подполковника, про подполковницу, про подпрапорщика, а про подпрапорщицу промолчал, а говорил, что у гусыни усов ищи не ищи — не сыщешь, что чешуя у щучки, щетинка у чушки, что около кола — колокола, что у осы не усы, не усищи, а усики. I Дело было вечером, делать было нечего. Портной Пото играл в лото, и портниха Пото играла в лото. Но портной Пото не знал про то, что портниха Пото играет в лото. Пришел Прокоп кипятить свой укроп, рассказал про то, что портниха Пото играет в лото, но не слушал Пото. Стоит Прокоп, кипятит свой укроп, а укроп шипит и совсем не кипит. Ушел Прокоп. Шипел укроп, шипел укроп, закипел вдруг укроп! Услыхали про то супруги Пото. Позабыв про лото, закричали про то, что пришел Прокоп кипятить укроп. Пришел Прокоп — не кипел укроп, а ушел Прокоп — закипел укроп! Прибежал Прокоп и спросил Пото: «Что кричите, про что?» Но не слышат Пото и кричат лишь про то, что пришел ты, Прокоп, не кипел твой укроп, а ушел ты, Прокоп, закипел твой укроп и сбежал твой укроп. Дело было вечером, делать было нечего.
С вишен галок поп пугая, в саду увидел попугая, мимо Пахом ехал верхом. Увидал Пахом, стал браниться с попом: «Ты, поп, галок попугай, попугая не пугай». Но пустой голове все трын-трава. Нашего пономаря не перепономаривать стать. У всякой пташки свои замашки.
От топота копыт пыль по полю летит: то послали Сеню с донесеньем. Голова у Сени с лукошко, а мозгу ни крошки. По виду орел, по уму — тетерев. Доскакать доскакал, да все не так рассказал: рассказал, что не тридать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали, что Прокоп не варил свой укроп, а съел у Малаши всю сыворотку из-под простокваши да еще пирог с грибами, чтоб держать язык за зубами. Прокоп-то держал, а Сеня все болтал да болтал, да и вздремнул. Вздремнуть не вздремнул, всхрапнул, да и присвистнул.
Как на горке, на пригорке стоят тридцать три Егорки. Стоят да на соседний двор поглядывают, а на дворе трава, на траве дрова, раз дрова, два дрова, три дрова. Не вместит двор дров — дрова выдворить! Бросились Егорки с горки дрова таскать. Где вместе возьмутся — толку добьются.
Тень, тень — потетень, выше города плетень. Слушайте, кому не лень, сказку небылицу про красную девицу Маланью-болтунью, что молоко болтала, выбалтывала, да не выболтала, а дала Ромаше сыворотку из-под простокваши. Но Ромаша себе на уме: ел не ел, а за столом посидел — по усам текло, да в рот не попало! Вот вам сказка, а нам бубликов вязка.
Мамаша Ромаше дала сыворотку из-под простокваши, просто сыворотку из-под простокваши, а он всем говорил, что я молодец-удалец съел холодец, да еще тридцать три пирога с пирогом, и все с творогом, да один пирог с грибами, да один с потрохами... Болтал-болтал, молол-молол, язык болтает, а голова не знает.
Языком не расскажешь, так и пальцем не растычешь, нечего руками рассуждать, коли бог ума не дал, речь умом красна, а если язык шепеляв, то и поговори скороговорочку за скороговорочкой — тридцать три корабля, тридцать три корабля лавировали, лавировали да не вылавировали; у нас на дворе-подворье погода размокропогодилась; сшит колпак не по-колпаковски, вылит колокол не по-колоколовски, нужно колпак переколпаковать, перевыколпаковать, нужно колокол переколоколовать, перевыколоколовать, нужно все скороговорки перескороговорить, перевыскороговорить, и тогда так заговоришь, словно реченька зажурчишь.
В четверг, четвертого числа в четыре с четвертью часа два дровосека, два дровокола, два дроворуба говорили про Ларьку, про Варьку, про Ларину жену, что у них на дворе трава, а на траве дрова: раз дрова, два дрова, три дрова — не вместит двор дров, дрова выдворить давно пора, а Варька с Ларькой все хиханьки да хаханьки, хиханьки да хаханьки, как детишки махоньки, и не собираются дрова со двора выдворять.

Приложенные файлы

  • docx file11
    Подборка для школьного театрального педагога
    Размер файла: 20 kB Загрузок: 2

Добавить комментарий