Литературная гостиная «Среда» на «Башне » Вячеслава Иванова «





ПОЭТИЧЕСКИЙ ВЕЧЕР:
«СРЕДА» НА «БАШНЕ»
ВЯЧЕСЛАВА ИВАНОВА
10-11 класс

«Башня» была замечательным явлением в русской литературе начало века. Почему «башня»? Отчасти потому, что в это время представители культурной интеллигенции стремились к необычности. Но прежде всего потому, что квартира Вячеслава Иванова и в самом деле была в высшей степени оригинальной. В июле 1905 года Вяч. Иванов вместе с женой, поэтессой Зиновьевой – Аннибал, возвращается на родину после 18-летнего пребывания за границей. Обосновались они в Петербурге.
Автор 1. Он был хорошо известен читающей публике не только как поэт, но как ученый, занимающийся античной историей и культурой. Он поселился в центре города, на последним этаже углового дома на Таврической,25, выступ которого нависал над Государственной думой и снаружи поражала воображение прохожих. Под стать причудливой обстановке было и общество. По средам собирался весь цвет культурного Петербург: философы, ученые, художники, актеры, писатели, музыканты. Стихи читали по очереди, и хозяин, Вячеслав Иванов, всегда строго критичный, иногда язвительный, давал разбор - приговор стихотворению. Это была первоклассная школа стиха. Поэтому, несмотря на жесткость характеристик, на «башню» стремилась поэтическая молодежь. Из известных поэтов Серебряного века многие тоже бывали на «башне»: И.Анненский, В.Брюсов, К.Бальмонт, Д.Мережковский, З.Гиппиус, Ф.Сологуб, А.Белый, А.Блок, Н.Гумилев, А.Ахматова, В.Хлебников и многие другие.
Итак, давайте представим, что мы в первом десятилетии XX века и в один из ноябрьских вечеров оказались в квартире Вяч. Иванова. Познакомимся поближе с хозяином этого необыкновенного дома.
Вячеслав Иванович Иванов, «Вячеслав Великолепный», как звали его не только в дружеском кругу, но и в печати, мэтр, парнасец, один из теоретиков символизма, был одним из образованнейших людей своего времени. Учился на историко-филологическом факультете Московского университета, продолжил образование в Германии, защитил диссертацию на латинском языке по истории Древнего Рима. Писатель Б.Зайцев так описывал его: «Сам он высокий, мягко кудреватый, голубые глаза, несколько воспаленный цвет кожи на щеках. Светлая бородка». Соединение светскости с простой, изощренности с чем-то старомодным. Удивительный собеседник: современники отмечали, что в разговоре его лицо, вся фигура извлекали внимание, он словно слушал вашу душу. А когда начинал говорить сам, весь преображался: выпрямляются сутулые плечи, вдохновенно блестят глаза, голос словно поет на высоких нотах.
Жизнь он вел странную. Вставал около шести вечера, вечерами устраивались у него собрания на этой самой «башне», и молодые поэты и писатели смотрели ему в рот и не зря смотрели: от него действительно можно было чему-то научится.

Автор 1.«Башня» - такое название получил самый популярный петербуржский салон начала XX века. Хозяин квартиры – известный представитель литературы Серебряного века – поэт, критик Вячеслав Иванов.
В его квартире каждый вечер, по средам, собирались самые известные поэты, композиторы, «цвет Петербурга». Давайте заглянем на один из таких вечеров.


Автор 2. Около 12 ночи начинают появляться гости. Один из них, старше других по возрасту, высокий, сухой человек, держащийся необычайно прямо из-за болезни позвоночника, со старомодными, несколько чопорными манерами, строго и безукоризненно одетый, известный педагог, директор Царскосельского лицея, член Ученого комитета Министерства народного просвещения, действительно статский советник Иннокентий Анненский. Главным делом его жизни была поэзия.
Стихи он начал писать в ранней молодости, но первая и единственная напечатанная при жизни книга «Тихие песни» вышла под псевдонимом «Ник. Т-о» (то есть Никто) лишь в 1904 году, когда поэту было около 50 лет. Она прошла почти незамеченной. Только второй сборник стихов «Кипарисовый ларец», вышедший уже после смерти автора, принес ему посмертную славу – и то в узком литературном кругу. Анненского высоко чтил ученик Царскосельского лицея Николай Гумилев. Поэзия, по мнению Анненского, не изображает, а намекает на то, что недоступно выражению: «Мы славим поэта не за то, что он сказал, а за то, что он дал нам почувствовать невысказанное».
Герой (И.Анненский «Свечку внесли» и «Среди миров»)
Автор 1. Зимой 1906/07 года самым петербургским из современных поэтов был А.Блок. Мстислав Добужинский вспоминал: «сам Блок, как личность, мне казался в полной гармонии с его поэзией. Он был в те годы юн и строен, с гордо поставленной головой, в ореоле вьющихся волос с лицом молодого Гете. Как Вячеслав Иванов, Бальмонт, Брюсов, Волошин и др., Блок носил тогда черный сюртук и черный шелковый галстук бантом (и, в отличие от др., «байроновские» отложные воротнички). Это сделалось как бы формой поэта того времени. Традиция еще держалась
Свои волнующие стихи Блок читал медленно, с полузакрытыми глазами, слегка нараспев и монотонно, и у него это вовсе не было позой, и действовало его чтение не отразимо, хотя у него был несколько глухой голос и он чуть шепелявил. Прочтя стихотворение, он точно спускался на землю. Иногда говорил « вот» или « все».
В те годы Блок переходил от «Прекрасной Дамы» к «Незнакомке».


Герои (А.Блок «Мои песнопения»).
Автор2 Мы слушали стихотворение «Мои песнопения». Действительно, стихи Бальмонта похожи на песни, они очень музыкальны. Особое отношение у Бальмонта было с композитором Скрябиным.


Скрябинскую музыку Бальмонт тоже «почувствовал», угадал в ней известное, несомненное родство со своей собственной поэзией.
Чем-то они были между собой схожи – Скрябин и Бальмонт. Оба были искателями «новых звучаний», оба считали, что перед ними все поэты (композиторы) предтечи. Внутри себя Скрябин был едва ли не еще более «самомнящ», чем Бальмонт, но его деликатность и образцовая воспитанность скрадывала это. И в жизни Бальмонт был ярче, острее и «невыносимее», чем Скрябин. С другой стороны, Бальмонт при всем своем самомнении был умереннее Скрябина в мечтаниях: он, правда, считал себя царем поэтов, но не собирался, подобно Скрябину, ни совершать мировых катаклизмов, ни быть «Мессией».
В своих высказываниях о музыке Скрябина Бальмонт тонко подмечал некоторые характерные черты. О его игре на фортепиано сказал: «он целует звуки пальцами», - это было очень удачно и тонко отмечало эротическую природу скрябинской неповторимой игры. Он говорил: «Вагнер и Скрябинэто два гения равнозвучных и равно мне дорогих. Вагнер мне представляется титаном, который мог низвергать лавины в бездне. Своей мощью он мог ткать узоры из лун-н-ных, (он протянул н-н-н) лучей
Скрябин – не титан Он – эльф, который умеет только ткать ковры из лун-н-ных лучей. Но иногда он коварством своим мог подкрадываться и тоже низвергать лавины и бездны»

Герой (Бальмонт «Лунный свет»).
Автор 1 После одного из скрябинских исполнений поэт сказал Леониду Сабанееву: «Вы знаете, что я считаю себя большим, очень большим поэтом.Но мое искусство бледнеет перед искусством этого музыканта».
Герой (Бальмонт «Музыка»).
Автор2 А теперь мы обратим на одну пару, которая производила странное впечатление: внешне они поразительно не подходили друг другу.
Автор 1. Он – маленького роста, с узкой впалой грудью, в допотопном сюртуке. Черные, глубоко посаженые глаза горели тревожным огнем библейского пророка. Это сходство подчеркивалось полуседой, вольно растущей бородой и тем легким взвизгиванием, с которым переливались слова, когда он раздражался. Держался он с неоспоримым чувством превосходства и сыпал цитатами то из Библии, то из языческих философов. Это Дмитрий Сергеевич Мережковский.
Герой (Мережковский «Молчание»).
Автор 2. А рядом с Мережковским – Зинаида Николаевна Гиппиус. Красивая, нарядная. Высокая, тонкая, как юноша, гибкая. Пышные темно-золотистые волосы спускались на нежно-белый лоб, оттеняли глубину удлиненных зеленых глаз, в которых светился внимательный ум. Улыбка почти не сходила с её лица, но ее это не красило. Казалось, вот-вот с тонко накрашенных тонких губ сорвется колючее, недоброе слово. Ей очень хотелось поражать, притягивать, очаровывать, покорять. Зинаида (так ее звали за глаза знакомые и незнакомые) румянилась и белилась густо, как это делали актрисы для сцены. Это придавало ее лицу вид маски, подчеркивало ее искусственность.
Высоко откинув острый локоть, она поминутно подносила к близоруким глазам золотой лорнет и, прищурясь, через него рассматривала людей, как букашки, не заботясь о том, приятно ли им это или нет. Держалась она, как признанная красавица, к тому же – поэтесса, но от блестящей Зинаиды шли холодные сквознячки.


Герой (Гиппиус, «Снег»)
Время идет, часы бьют два. Два часа ночи. В гостиной появляются новые гости: тоже муж и жена, уже признанный поэт и начинающая поэтесса, которой, однако, суждена необыкновенная слава в русской литературе: Николай Степанович Гумилев и Анна Андреевна Ахматова.
Автор 2. Вот так описывает Гумилева его ученица – Ирина Одоевцева: « все в нем особенное и особенно некрасивое. Продолговатая, словно вытянутая вверх голова, с непомерно высоким плоским лбом. Волосы не определенного цвета. Жидкие, будто молью траченные брови. Под тяжелыми веками совершенно плоские глаза. Пепельно-серый цвет лица. Узкие бледные губы. Улыбается он тоже совсем особенно. Сидит чересчур прямо, высоко подняв голову. Узкие руки с длинными пальцами. Одна нога заброшена на другую. Он сохраняет полную неподвижность. Он, кажется, даже не мигает.
Только бледные губы шевелятся на его лице.
Поэзия Серебряного века немыслима без имени Н.С. Гумилева. Создатель акмеизма он завоевал интерес читателей не только талантом, оригинальностью стихов, но и обычной судьбой, страстной любовью к путешествиям. Когда-то молодой поэт поставил перед собой цель – стать героем, мальчиком, выбирающим трудные и опасные пути. От природы робкий, физически слабый, он приказал себе стать сильным. Пришлось ломать свой характер и отправляться в длинные путешествия по джунглям Африки, пескам Сахары. Добровольцем он уходит на фронт в Первую мировую войну, где за храбрость был удостоен наград: двух Георгиевских крестов.
Необычной, романтичной, экзотической была и поэзия Гумилева. В ней можно встретить редких животных, не только описанных с глубоким знанием их повадок, но и наделенных внутренним миром.
Автор 1(Гумилев «Жираф»)
Лирический герой стихотворения – романтик, мечтатель. Ему свойственна праздничность восприятия жизни, нежность. Лирический герой обращается женщине, хрупкой, нежной. Ей сегодня особенно грустно. И чтобы утешить любимую, отвлечь от тяжелых будней повседневности, поэт рассказывает прекрасную сказку про далекую землю. Несмотря на экзотику деталей, стихотворение удивительно русское из-за пронизывающего его чувства грусти.
Автор 2. Стихи читаются по кругу. Очередь доходит до молодой дамы, тонкой и смуглой. Это жена Гумилева Анна Ахматова. Она тоже пишет. Непонятно, почему Гумилев так раздражатся, когда говорят о его жене как о поэтессе. Он смотрит на её стихи как на причуду «жены поэта». И причуда эта ему не по вкусу. Когда их хвалят, насмешливо улыбается:
- Вам нравится? Очень рад. Моя жена и по канве прелестно вышивает.
- Анна Андреевна, вы прочтете?
Лица присутствующих «настоящих» расплываются в снисходительную улыбку. Гумилев с недовольной гримасой стучит папиросой о порт сигар.
- Я прочту.
На смуглых щеках появляются два пятна. Глаза смотрят растерянно и гордо. Голос слегка дрожит.
- Я прочту.


Герой (Анна Ахматова «Песня последней встречи»)
После прочтения на лицах – равнодушно-любезная улыбка. Конечно, не серьезно, но мило, не правда ли?
Что скажет Вячеслав Иванов? Иван молчит минуту. Потом встает, подходит к Ахматовой, целует ей руку.
- Анна Андреевна, поздравляю вас и приветствую. Это стихотворение – событие в русской поэзии.
Автор 1. А потом Анна Ахматова стала знаменитой. Георгий Адамович вспоминал: « Анна Андреевна поразила меня своей внешностью. Теперь, в воспоминаниях о ней, её иногда называют красавицей; нет, красавицей она не была. Но она была больше, чем красавица, лучше, чем красавица. Никогда не приходилось мне видеть женщину, лицо и весь облик которой повсюду, среди любых красавиц, выделялся бы своей выразительностью, неподдельной одухотворенностью, чем-то сразу приковывавшим внимание. Когда она стояла на эстраде, со своей «ложноклассической», «спадавшей с плеч шалью, казалось, облагораживала все, что было вокруг».
Автор 2. «Книга женской души» - так говорят о стихах Ахматовой. Давайте еще раз раскроем эту книгу.
Герой (Анна Ахматова: «Сердце к сердцу не приковано», «Вечером», «21. Ночь. Понедельник»)


Утро. Гости расходятся. Еще горит свет в гостиной и кабинете хозяина, « Вячеслава Великолепного». Но вот гаснет и он. До следующей среды, до следующего праздника человеческого общения Культуры. Поэзии
















HYPER13PAGE \* MERGEFORMATHYPER142HYPER15





Приложенные файлы

  • doc file2.doc
    Размер файла: 1 MB Загрузок: 4