КОЛОКОЛЬНЫЕ ЗВОНЫ ДУШИ ПИСАТЕЛЯ

КОЛОКОЛЬНЫЕ ЗВОНЫ ДУШИ ПИСАТЕЛЯ
(культурологическое осмысление творчества Н.Д. Кузакова)

Л.Г. Вавилова МОУ СОШ №36,
г. Могоча, 2007г.


Люди, берегите родники.
Берегите лесной родник, которому суждено стать могучей рекой.
Берегите родник любви и материнства в душе женщины.
Берегите родник радости в душе ребенка.
Люди, берегите родники.
Н. Кузаков

Человек живет на грани разных культур. Слышать голоса других культур- значит понимать свою, ибо, по словам Д.С. Лихачева, «человек, не усвоивший культуры близкой, родной, никогда не поднимется до высот мировой культуры».
Все большее значение начинают приобретать художественные произведения, способствующие возрождению национального самосознания. Забайкалье- один из интереснейших в историко-культурном отношении регион. Забайкальская литература имеет свою историю, свои традиции.
Литературная летопись Забайкалья создавалась творческим трудом многих поколений. Она представлена многими известными писателями : К.Седых, В.Балябин, В. Лавринайтис, М.Вишняков и др. Одним из представителей забайкальской литературы является талантливый, самобытный писатель Николай Дмитриевич Кузаков. Он принадлежит к нашим современникам, пополнил своими произведениями забайкальскую литературу. Дом- тайга- Родина- вот ключевые темы, которые проходят через все творчество Кузакова.
Писательская судьба Н.Д. Кузакова была счастливой и одновременно тяжелой. С 1974 года занялся профессиональной писательской деятельностью. В памяти забайкальских читателей – такие книги: «Ветерок», «Любовь шаманки», «Рябиновая ночь», «Отзовитесь, лебеди», «Королевский выстрел» и другие. Удачно складывалась и судьба пьес по романам Кузакова. Несколько сезонов с постоянными аншлагами шли они на сцене Читинского драмтеатра: «Рябиновая ночь», «Чудаки», «Любовь шаманки». Все творчество Кузакова обращено к человеческому, подлинному, истинному. Мир книг Кузакова- это мир нравственной чистоты, искренности и любви. Читая их, мы насыщаемся духовностью героев и самого автора, слышим «звон колоколов» святой души писателя.
Большая родина – Россия и малая родина – Забайкалье в книгах как два главных героя, равноправных и достойных друг друга, а рядом третий герой – автор, жизнь которого наполнена глубокими мыслями о сущности бытия. В душе писателя жила красота, эстетическое чувство.
Гармония человека с природой проходит через все его творчество. Именно природа в его произведениях несет заряд бодрости, просветления, являясь своеобразным ключом к пониманию русской души. Природа оживает, начинает говорить своим языком именно тогда, когда эмоциональный мир и настроение человека входят в содержание образа.
«И вдруг Веселый хребет вспыхнул ярким заревом, все вокруг преобразилось: сосны стояли как золотистые свечи, над которыми теплилось светло- зеленое пламя; густой цвет багула разлился розовым туманом по склону; на озеро опрокинулись горы, зажгли его многоцветьем».
Природа родных мест стала главным героем его книг. Тем, как герои относятся к тайге, её богатствам, определяется их нравственная чистота. Произведения Кузакова пронизывает мысль: человек должен жить в ладу с природой и совестью. Без этого не будет гармонии в душе, а значит – в мире.
Слово Кузакова значимо, символично, наполнено глубоким жизненным содержанием. Особенно близкой и интересной стала для меня книга Н.Кузакова «Лунные колокола». «Лунные колокола» - это его последний труд – сборник легенд и повестей о Забайкалье. Знание народной жизни, легенд и приданий придают произведению особую, романтическую окраску. Через легенды автор решает проблему реального и ирреального, связи искусства с жизнью и бытом, ведет поиск национального начала. Кузаков призывает беречь свою землю, культурные традиции края, не осквернять природу.
Читая книгу, реально осознаешь связь лучших национально – русских традиций с современной культурой. Герои его книги – люди мужественные, с чистой душой и чистыми помыслами. У них свой исток, свое родовое начало, уходящее в глубь веков традициями.
Основной жанр этого сборника – легенда, в переводе с латинского “Legenda” означает то, что должно быть прочитано.
«Лунные колокола» Совсем необычное название. Но постепенно проникаешь все глубже в идею произведения. В самой романтичной легенде с тем же названием, что и книга «Лунные колокола», образно объясняется значение лунного света как таинственного, мечтательного, света свидания.
Образ лунного света использовали и писатели – классики: Пушкин, Фет, Тургенев. Образ луны сопровождает любовные свидания и у Кузакова: «В глубокой молчаливой пади среди высоких гор темным ольховым листом лежит озеро Сиротинка В верхнем полукружье озера, невдалеке от чахлых лиственниц и берез, прямо на воде покоилась беседкаГоворят, что лунными ночами из горных родников приплывают лесные русалки, они подолгу резвятся на озере и затем отдыхают в беседке. Влюбленные часто слышали их смех и волшебные песни, которые приносят им счастье».
А далее Кузаков развертывает эту метафору, в которой радость встречи омрачается приходом «скорбной от своего одиночества луны». Но свет её преобразил все вокруг: «В глубине озера луна вздрогнула, раздробилась, и на волнах закачались лунные колокола. Откуда- то донесся тихий хрустальный перезвон. В нем слышались звуки родников, дуновение ветра, трепет листьев. А у беседки на мостике стояла девушка в радостном изумлении от этого сказочного видения и волшебной лесной музыки. Перед ней на волнах плавно качались лунные колокола, которые спешили оповестить мир о вечной красоте молодости и любви».
Светлое образное сочетание слов «лунные» и «колокола» лежит в основе названия книги. От слова «лунный» веет не только романтическим, но и чем- то космическим, вселенским. Многозначность слова очевидна: от прямого значения его, связанного с вечерне-ночным временем, до символического «вечного», «красивого». На нем знаковость особого восприятия. А другое слово в названии – «колокол» - ассоциируется с большим, звонким, объемным предметом бытия. Издревле колокол был для русского человека голосом Родины, он собирал людей «во дни торжеств и бед народных». Имея тесную связь с русским народным бытом, колокола, естественно, послужили неисчерпаемой темой для преданий, сказок, былин, причитаний, загадок.
Художественная литература часто касалась колокольного звона. Вот как описывает А.И. Куприн (А.И.Куприн – Собрание сочинений «Мой паспорт») праздничный благовест: «Лишь триста, четыреста лет висят наши большие колокола на наших колокольнях; но если бы допросить эти колокола, как они созидались и если бы они рассказали нам об этом; если б да поведали нам они, откуда они взялись, о, какая бы тогда назидательная летопись раскрылась перед миром! Бесчисленные звуки от них к нему восходящие. Но какой длинный свиток поучительных любопытных сказаний о праведной жизни, полной святых подвигов с картинами самоотвержения благочестия, чудес благодати и промысла развернулся бы пред нашими изумленными глазами, если бы эти колокола да попросить рассказать нам о радости и горе, о входах и исходах, о смерти и о жизни православного народа под эти звуки!...»
Звук колокола производит иногда отрезвляющее, спасающее действие над человеком, находящегося на краю нравственной и физической гибели, говоря ему о чем- то таком, что выше его страданий, что может дать новое содержание его жизни и о чем он забыл. Примером может являться прекрасный рассказ В.М. Гаршина «Ночь»: «издалека раздался другой удар колокола; волны звука ворвались в открытое окно и дошли до Алексея Петровича. Они говорили чуждым ему языком, но говорили что- то большое, важное и торжественное».
Насколько большое значение имеет колокольный звон в явлениях нашей русской жизни, это можно видеть из того, что колокол и колокольный звон неоднократно были предметом воспроизведения в различных областях нашего искусства. Так, ни у одного из европейских народов нет столь многочисленных изображений звона в музыке, как у нас. Мы имеем целый ряд опер и пьес с воспроизведением звона. Например:

«Борис Годунов», опера Мусоргского, - пролог;
1812-й год, увертюра Чайковского;
«Псковитянка», Р. Корсакова;
«Князь Игорь», опера Бородина.
Вечевой колокол не раз был предметом изображения в живописи (картина
К. Лебедева «Увоз вечевого колокола из Новгорода»). У нас отношение к колоколам всегда было особое. Они никогда не рассматривались как дополнение к православному ритуалу. Колокол считался «гласом Бога». Он имел свою душу, свой характер. На Руси имена давались не орудиям уничтожения, а колоколам. Именно их предки наши наделяли магической силой, считали заступниками наравне с иконами. На Руси колокола всегда очеловечивали. У них был язык, темя, уши. Но эти материализованные понятия только подчеркивали, что у колокола, как и у человека, имеется, кроме внешней оболочки, душа. Люди верили, что души уничтоженных колоколов, как души праведников, уходят в небо.
Время сохранило красивую легенду. Как- то раз епископ ноланский Павлин во время прогулки увлекся гармоничным шелестом цветов- колокольчиков. Форма этих цветов полюбилась епископу. Он заказал лучшим мастерам изготовить металлический колокол, и его звоном стали сопровождаться церковные службы. Насколько эта легенда соответствует действительности, сейчас судить трудно. Но именно Павлин, живший в конце IV века, считается ныне «изобретателем» церковных колоколов.
В Западной Европе колокола поначалу изготавливались из железа и меди. Потом для «звонкости» стали добавлять благородные металлы. В конце IX века колокольный звон пришел в Византийскую империю. Вскоре церковные службы приобрели колокольное сопровождение и на Руси.
Показательно, что в Западной Европе имена присваивались предметам вооружения. Рыцарь, дававший имя любимому мечу, признавал его равноправие с человеком.
Если человек произносил бранное слово рядом с колоколом, это считалось большим грехом. К отливке колоколов, как и к созданию икон, мастера приступали после длительного поста и усердной молитвы. Создатели колоколов почитались не менее, чем знаменитые иконописцы.
До конца XVII века колокола на Руси были сравнительно небольших размеров и не отличались пышным декоративным убранством. При Борисе Годунове литье колоколов приобрело особый размах. Они заметно увеличились в размерах и превратились в настоящее произведение искусства. Рельефные изображения, надписи, узоры, евангельские сцены густо усеяли поверхность колоколов. Первые колокола, отлитые по государеву указу и подаренные храмам или монастырям, появились при Иване Грозном. При Годунове это стало традицией. Ну, а «золотым веком» в истории колокольного дела на Руси можно считать эпоху Алексея Михайловича. Именно при нем были созданы знаменитые на весь мир колокола звонницы кремля Ростова Великого
Судьбы колоколов подчас были не менее трагичными, чем судьба людей. Ордынцы срывали их со звонниц, бичевали, отрывали им языки. Но и безъязыкий колокол был страшен для иноверцев. Он молчал, но в молчании была скрытая сила, пугающая осквернителей. Поэтому наиболее знаменитые российские колокола враги разбивали на мелкие кусочки.
Колокол считался символом независимости русских княжеств. После многолетней борьбы Московского князя Ивана Калиты с князьями Тверскими Тверь была разрушена до основания. В Москву потянулись обозы с пленниками. Но первым москвичи пленили символ Твери - колокол Спасо-Преображенского собора. Его торжественно под охраной перевезли в Москву
Очень интересна судьба колокола Угличского Кремля. Колокол вошел в историю как «первоссыльный неодушевленный». Когда в Угличе погиб малолетний царевич Дмитрий, официальная версия о его смерти, дескать, упал и напоролся на нож – горожанам показалось подозрительной. Подстрекаемые сторонниками Нагих, «они ударили в сполох». К неповиновению призвал колокол Угличского кремля.
Мятеж в Угличе подавили быстро и жестоко. Расследование дела имело один весьма любопытный пункт. Наряду с зачинателями волнений едва ли не главным мятежником был призван колокол. И ему, как и человеку, был вынесен приговор – снять со звонницы, оторвать ухо, вырвать язык и направить в ссылку в Тобольск. Колокол вошел в историю как «первоссыльный неодушевленный». Его под конвоем отправили в Сибирь. И лишь спустя два века вернулся он из ссылки на родину – чем не человеческая судьба.
В русских загадках колокольный звон определялся следующим образом:
1. «Кричит без языка, поет без горла, радует и бедует. А сердце не чует».
2. «В церковь других созывает, а сам в ней не бывает».
Но особенно характерна и в высокой степени интересна следующая народная загадка о колоколе: «Я – мертв, но живым вещаю о радости и горе, и чем больше бьешь меня, тем громче говорю о Боге». Пасхальный звон неоднократно служил темой для поэтических народных преданий и легенд. Суеверия, предания, обычаи
Русский народ относился к колоколу с благоговением и трепетом, и, благодаря этому, связывал с ним несколько суеверий, примет и, освященных традицией, обычаев.
Так, например, от места отливки до колокольни, на которую должен быть повешен колокол, его непременно переносили на руках, за теми немногими исключениями, если отливка производилась в другом городе или вообще, на довольно значительном расстоянии от церкви.
Народные истоки колокольного звона сегодня неоспоримы. Этот звон таит в себе секрет музыкального эпоса народа, это подлинное народное искусство.
Колокол забайкальского писателя Н.Кузакова несет в себе всю многолетнюю глубину этого понятия. Он у него «лунный». Прекрасная метафора вынесена в название книги. Что делает её особенно значимой? Поэтический образ – «лунные колокола» выявляет разные аспекты: патриотический, экологический, культурный, эстетически- художественный.
Кузаковский колокольный звон по возрождению родников России сегодня нам так понятен и необходим. Девизом его творчества было простое изречение, наполненное глубоким смыслом: «Люди, берегите родники». Родина – родник – род – ведь у этих слов один корень, который сближает, а не разъединяет нас. У Кузакова особая ритмика и гармония забайкальской природы, в которой слышен свой колокольный звон. Вот как о нем пишет писатель В. Родионов: «В чем- то символично, что 43- летний писательский труд Н.Д. Кузакова завершился сборником легенд. Он сам родом из легенд о мужестве, доблести, любви к Родине, к родной земле. Он жив в наших сердцах, ибо живы его книги, вошедшие в золотой фонд отечественной литературы. Пусть звонят о нем лунные колокола, в звоне которых мы отчетливо слышим музыку любви писателя к родному Забайкалью, природе и к нам, живущим на этой грешной земле»
Н.Кузаков писал: «Завершил работу над книгой легенд Забайкалья «Лунные колокола». Легенды – это национальное достояние. Это золотая россыпь устного народного творчества, гимн красоте нашего края. Я потратил много сил и времени, чтобы собрать и обработать легенды. Не думаю, что забайкальцы будут равнодушны к своему прошлому, а значит, и к будущему».



Свое исследование я хочу завершить стихотворением Геннадия Андрюка на книгу Н.Кузакова «Лунные колокола»:

В чаду последнего страданья
Он книгу ждал, как Бога дар
Ушел в просторы мирозданья
С душою чистой, без стыда
За жизнь, написанные книги,
За бесконечную борьбу-
Нести счастливые вериги,
Его сковавшие судьбу.
Мы вправе не были и были
Не привечать и принимать,
Но важно в языке и стиле
Разгадку времени узнать.
Волшебный мир своих сказаний,
Цветной фантазии полет,
Он нам оставил завещанье-
Народной мудрости оплот.
Крылатою душой поэта.
И для него Луна была
В сиянье сказочного света
Звонят его «Колокола».


ЛИТЕРАТУРА

Кузаков Н.Д. Лунные колокола: Легенды Забайкалья. – Иркутск: Вост.- Сиб. кн. изд-во, 1998г.
Кузаков Н.Д. // Литераторы Забайкалья: Библиографический справочник/ Чит. обл. научн. Б-ка им. А.С. Пушкина.- Чита, 1989 г.
Куренной Е. О творчестве Н.Кузакова // Сибирь.- 1979.- № 2.
Полетаева Л.Г. Звон души Н.Кузакова. Сб.статей «Вначале было слово». - Чита, 2001.
Пухначев Ю. Колокол// Наше наследие. 1991, №1.
Родники его души: Воспоминания о Кузакове./ составитель И.М. Окладникова. – Чита: Поиск, 2002.
Селиверствова Л. Слово писателя о Забайкалье// Могочинский рабочий- 1987.- 21 июля.




15

Приложенные файлы

  • doc Kuzakov
    Вавилова ЛюГю
    Размер файла: 58 kB Загрузок: 5