Воспитателные возможности 2


ДОКЛАД НА ТЕМУ
«Воспитательные возможности
русской литературы»
Методическая работа
Учитель русского языка и литературы Гурявичене О.В.
Основная цель всех образовательных учреждений —подготовка ученика к жизни в обществе, к практической деятельности, которая может быть плодотворной лишь тогда, когда ее реализует человек, осознающий свою роль в окружающем мире. Цель литературного образования—способствовать духовному становлению личности, формированию ее нравственных позиций, эстетического вкуса, совершенному владению речью.
Осваивая программу, ученик накапливает читательский багаж, формирует представление о литературе как виде искусства, знакомится с литературным процессом, учится понимать его связь с процессом историческим.
Образование на уроках литературы идет рука об руку с воспитанием; они в равной мере реализуются под сильнейшим воздействием эмоциональной силы художественного слова.
Изучение литературы способствует
--повышению речевой культуры, совершенствованию устной и письменной речи.
--формированию гуманистического мировоззрения, осознанию учащимися окружающего мира.
Понимание особенностей общечеловеческого и конкретно-исторического подхода к произведению искусства расширяет кругозор, обращение к«вечным темам» дает возможность усилить нравственно-эстетическое воздействие курса.
Совершенствование культуры речи — это то новое, что учащиеся должны получить на уроках русского языка и литературы в системе НПО, что должно вызвать их познавательный интерес к родному языку и литературе, сделать обучение более продуктивным.
Процесс усвоения грамматики родного языка одновременно является процессом развития мышления.
Итак, совершенствование речи учащихся необходимо, чтобы они могли успешно учиться всему тому, что нужно для их будущей профессии.
Культура речи — это такие ее свойства, как правильность, чистота, точность, логичность, выразительность, уместность, богатство. Знание значений слов и используемых грамматических форм — непременное условие правильной речи. Кроме того, правильная речь предполагает достаточную степень развития речевой памяти: необходимо помнить, как принято произносить слова, сочетать звуки, морфемы, слова, предложения.
Учащийся должен помнить, что кроме литературного языка, существуют диалекты, жаргоны, просторечие, профессионализмы.
Неточность речи может быть результатом незнанияили недостаточного знания предмета, являющегося предметом высказывания.
Нелогичность речи может быть результатом незнания истинных связей и отношений между явлениями, служащими темой высказывания, — их положения в пространстве, времени, смешения причины и следствия и т. д. Нелогичность может быть следствием и неумения логично мыслить.
Следствием работы над точностью и выразительностью речи должно явиться умение учащихся учитывать адресата речи, быть предельно кратким и ясным в деловой речи, доказательным и убедительным в изложении научных вопросов, в публицистическом выступлении, выразительным в речи разговорной.
Интеграция в преподавании русского языка и литературы направленана достижение следующих целей, обеспечивающих реализацию личностно ориентированного, сознательно-коммуникативного, деятельностного подходов к обучению родному языку:
дальнейшее развитие и совершенствование способности и готовности к речевому взаимодействию и социальной адаптации; готовности к трудовой деятельности, выбору профессии;
освоение знаний о русском языке как общественном явлении;языковой норме и ее разновидностях; нормах речевого поведения в различных сферах общения;
овладение умениями опознавать, анализировать, классифицировать языковые факты, оценивать их с точки зрения нормативности; различать функциональные разновидности языка и моделировать речевое поведение в соответствии с задачами общения;
применение полученных знаний и умений в собственной речевой практике; повышение уровня речевой культуры, орфографической и пунктуационной грамотности.
воспитание гражданина и патриота; формирование представления о русском языке как духовной, нравственной и культурной ценности народа; осознание национального своеобразия русского языка и литературы.
Вся русская литература приходит на помощь учителю, чье сердце полно желания помочь детям обрести себя, наметить в жизни высокие цели, встать на путь истины, правды, добра.
Сегодня, однако, именно учителю русского языка и литературы приходится особенно тяжело. Эти важнейшие мировоззренческие предметы все больше вытесняются на задворки школьного образования. Сокращаются отведенные на них часы, из программ по литературе вырезаются многие произведения, которые необходимы детской душе как хлеб духовный.
«Мы крайне обеспокоены обеднением содержания образования, которое навязывается сверху, - пишут в письме Президенту Российской Федерации В.В.Путину учителя и ученые, участники IX традиционной конференции «Филология и школа», проходившей в Институте Мировой литературы им. М. Горького. - Катастрофическое ослабление преподавания русского языка и литературы в неблагоприятной языковой и культурной среде, создаваемой средствами массовой информации, означает раскультуривание школы...Мы считаем такую политику Министерства образования и подчиненных ему структур сравнимой по вредности последствий только с чудовищным проектом поворота северных рек».
Среди всеобщего хаоса и цинизма она, наша родная литература, строками своих гениальных поэтов, протягивает учителю руку:
…О, Боже! Ты даешь для родины моей
Тепло и урожай, дары святые неба,-
Но, хлебом золотя простор ее полей,
Ей также, Господи, духовного дай хлеба!
(А.Н. Майков)
ПРИЛОЖЕНИЯ
1. М.М. Дунаев,доктор филологических наук, профессор Московской Духовной Академии «РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА В ПОИСКАХ ИСТИНЫ»
Мы так привыкли к сознанию высоты и уникальности русской классической литературы, что не желая размышлять, пользуясь еще школьных лет шаблонами, своеобразие отечественной словесности плохо понимаем и чаще ограничиваемся уверенностью лишь в художественном превосходстве творений русских гениев над всеми прочими и в их количественном изобилии по сравнению с иными европейскими литературами. По многим причинам, свойства объективного и субъективного, основное своеобразие русской классической литературы многочисленными ее исследователями и критиками затронуто почти не было. Проблемы философские, этические, эстетические, социальные, политические, связанные с этим великим проявлением русского национального духа, характера, отечественной культуры нашей, прослежены в их развитии едва ли не досконально. Традиционное литературоведение видит основную ценность творчества наших классиков лишь в критическом пафосе их произведений, в обличении "порядков самодержавно-крепостнического строя", в "борьбе за счастье народа" и т.п. - что отчетливо отразилось, например, в основных идеях школьного освоения литературной программы. (см. приложение 2). Но даже если в таком подходе есть некоторая доля истины, то это все же вторично по отношению к важнейшему в отечественной словесности - её религиозному, православному миропониманию, характеру отображенияреальности.
Религиозность литературы нашей не в простой связи с церковной жизнью проявляется, равно как и не в исключительном внимании к сюжетам Священного Писания - отнюдь не в том. (Как раз истолкование Евангельских тем бывает и антиправославным, и даже антирелигиозным, как, к примеру, у М.А. Булгакова в романе "Мастер и Маргарита" или в айтматовской "Плахе"). Русские писатели смотрели на жизненные события, характеры и стремления людей, озаряя их светом Евангельской истины, мыслили в категориях Православия, и не только в прямых публицистических «выступлениях»проявлялось это ("Выбранные места..."Н.В. Гоголя, "Дневник писателя" Ф.М. Достоевского), но и в самом художественном творчестве.
Доверимся для начала взгляду со стороны, вдумаемся: как нерусские литераторы воспринимали создания писателей русских.
Стефан Цвейг: «Раскройте любую из пятидесяти тысяч книг, ежегодно производимых в Европе. О чем они говорят? О счастье. Женщина хочет мужа, или некто хочет разбогатеть, стать могущественным и уважаемым. У Диккенса целью всех стремлений будет миловидный коттедж на лоне природы с веселой толпой детей, у Бальзака - замок с титулом пэра и миллионами. И, если мы оглянемся вокруг, на улицах, в лавках, в низких комнатах и светлых залах - чего хотят там люди? - Быть счастливыми, довольными, богатыми, могущественными. Кто из героев Достоевского стремится к этому? - Никто. Ни один».
Турецкий переводчик и критик Э. Гюней: «Идеалом героев, созданных Диккенсом, является хороший дом, счастливая семейная жизнь. Герои Бальзака стремятся приобрести великолепные замки, накопить миллионы. Однако ни герои Тургенева, ни герои Достоевского, ни герои Толстого не ищут ничего подобного. ... Русские писатели требуют очень многого от людей. Они не согласны с тем,чтобы люди ставили на первый план свои интересы и свой эгоизм».
Украинский писатель Иван Франко: "...Если произведения литератур европейских нам нравились, волновали наш эстетический вкус и нашу фантазию, то произведения русских мучили нас, задевали нашу совесть, пробуждали в нас человека...".
Совесть утверждалась нашими писателями как основная мера всех вещей. Не внешний жизненный успех, безбедное благополучие, что в литературах западных утверждалось как идеал всех стремлений людей, но совесть как основа основ человеческого бытия. Вот что важно: не частные вопросы, но важнейшие, всеобщие – волновали сознание и душу творцов русской литературы. И в этом она едина на протяжении всей ее истории. Новая литература, хотя мы и выделяем ее особо, создавалась на традициях предшествующих веков, традиции же эти были освящены идеалами Православия. Вот гла: особенность великой русской литературы: это литер ра прежде всего ПРАВОСЛАВНАЯ. Именно Православие повлияло на пристальное внимание человека к своей духовной сущности, на внутреннее самоуглубление, отраженное литературой. Это и вообще основа русского мтропонимания и русского способа бытия в мире. Выдающийсяся русский философ И.В. Киреевский писал об этом так: "Западный человек искал развитием внешних средст облегчить тяжесть внутренних недостатков. Русский человек стремился внутренним возвышением над внешними потребностями избегнуть тяжести внешних нужд".
Внутренним терзаниям русского человека со стороны дивились, над ними недоумевали и даже насмехались, но они давали прочную закалку, крепили душевные силы, распространяли очищающее влияние на окружающий мир. Это запечатлела в себе прежде всего литература наша.
Ограничимся одним лишь примером - но авторитетным и поучительным. В мемуарах известного церковного деятеля первой трети XX века митрополита Евлогия (Георгиевского) находим свидетельство, слишком важное для понимания достоинств русской литературы. Владыка Евлогий рассказывает, как в ранней молодости, в первые два года семинарской своей жизни, он отличался не весьма достойным поведением и образом жизни. И что же помогло избегнуть падения? Чтение русской литературы. "Воспитательное значение литературы для молодежи огромно, - утверждает на основе собственного опыта мемуарист. - Трудно даже учесть меру ее благотворного влияния. Она повышала самопознание, спасала от грубости, распущенности, безобразия поступков, питала склонность юношеской души к идеализму. Я стал выправляться, хорошо учиться, у меня появились умственные запросы, более серьезные интересы. ... Мое увлечение литературой... подготовило почву дня дальнейшего душевного развития...".
Русская литература запечатлела в слове и образе религиозный опыт русского человека: и светлый, и темный, и спасительный, и опасный для души. Опыт веры и опыт безверия.
2. В.В. Набоков. Изстатья "Николай Гоголь"
Так что же собой представляет тот странный мир, проблески которого мы ловим в разрывах невинных с виду фраз? В чём-то он подлинный, но нам кажется донельзя абсурдным, так нам привычны декорации, которые его прикрывают. Вот из этих проблесков и проступает главный персонаж "Шинели", робкий маленький чиновник, и олицетворяет дух этого тайного, но подлинного мира, который прорывается сквозь стиль Гоголя. Он, этот робкий маленький чиновник, — призрак, гость из каких-то трагических глубин, который ненароком принял личину мелкого чиновника. Русские прогрессивные критики, по-видимому, почувствовали в нём образ человека угнетённого, униженного, и вся повесть поразила их своим социальным обличением. Но повесть гораздо значительнее этого. Провалы и зияния в ткани гоголевского стиля соответствуют разрывам в ткани самой жизни. Что-то очень дурно устроено в мире, а люди — просто тихо помешанные; они стремятся к цели, которая кажется им очень важной, в то время как абсурдно-логическая сила удерживает их за никому не нужными занятиями — вот истинная идея повести. В мире тщеты, тщетного смирения и тщетного господства высшая степень того, чего могут достичь страсть, желание, творческий импульс — это новая шинель, перед которой преклонят колени и портные, и заказчики. Я не говорю о нравственной позиции или нравственном поучении. В таком мире, безусловно, не может быть нравственного поучения. В таком мире не мо-жет быть нравственного поучения, потому что там нет никого: ни учеников, ни учителей; мир этот есть, и он исключает всё, что может его разрушить, поэтому всякое усовершенствование, всякая борьба, всякая нравственная цель или усилие её достичь так же немыслимы, как изменение звёздной орбиты.
Это мир Гоголя, и как таковой он совершенно отличен от мира других писателей: Толстого, Пушкина, Чехова или моего собственного. Но по прочтении Гоголя глаза могут "гоголизироваться"*, и человеку порой удаётся видеть обрывки его мира в самых неожиданных местах. Я в течение нескольких десятилетий объехал множество стран, и нечто вроде шинели Акакия Акакиевича было страстной мечтой того или иного случайного знакомого, который никогда и не слышал о Гоголе.

Приложенные файлы


Добавить комментарий