У войны не женское лицо

Министерство образования,культуры и спорта Ненецкого автономного округа
государственное бюджетное профессиональное образовательное учреждение Ненецкого автономного округа
«НЕНЕЦКИЙ АГРАРНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ТЕХНИКУМ им.в.г.волкова»
(ГБпоу нАО «НЕНЕЦКИЙ АГРАРНО-ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ТЕХНИКУМ им.в.г.волкова»)
УТВЕРЖДАЮ
Директор ГБПОУ НАО «Ненецкий аграрно-экономический техникум Им. в.г.волкова»

_____________О.В.Данилова
«___»_____________2016г


У войны не женское лицо










Нарьян-Мар
2016


/Сцена празднично украшена, звучат песни военных лет./
/Звук метронома и начинает звучать песня «Позови меня тихо по имени» (гр. Любе), на сцену выходят 3 девушки, садятся у костра, ставят палатку/.
1я. Смотрите – осколок!
2я. Настоящий?
3я. А ты думала, игрушечный? Конечно настоящий. Да не осколок это, а гильза. Самая настоящая гильза от ППШ.
1я. Сколько же она пролежала в земле?
3я. Жаль, что предметы не умеют говорить, я уверена, что эта гильза могла бы о многом нам поведать.
1я. Да, предметы не умеют говорить, но за них говорит память!
/Слышится барабанная дробь, вой сирены, мелодия песни «Священная война», девушки встают в колонну, надевают пилотки и входят на авансцену/.
1я. Качается рожь несжатая,
Шагают бойцы по ней.
2я. Шагаем и мы – девчата,
Похожие на парней.
3я. Нет это горят не хаты,
То юность моя в огне.
Вместе. Идут по войне девчата,
Похожие на парней.
/Мелодия «Священная война» /
Вед. Мы посвящаем сегодняшнее мероприятие русской женщине, женщине – войне, женщине – защитнице, женщине – фронтовичке.
/Музыка «Священная война» звучит сильнее. На сцену выходит чтец./
Чтец. Женщина гордая, женщина русская,
С ярким румянцем, с челкою русою,
С розовой кожей, с веснушками милыми.
Схожа с лебедушкой ты белокрылою,
С речкой бездонной, с русалкой таинственной.
Сколько поэтов возвышенно, искренне
Сколько художников дерзко, талантливо,
Воссоздавали твой лик неподатливый!
Очи – созвездия, смех заразительный –
Входишь в огонь,
В испытанья опасные,
Выйдя, становишься лучше, прекраснее
Если же ты до земли, низко кланяясь –
Не оттого, что кому-то так нравилось,
А у могил – жертвами смерти непрошенной,
Да на полях – семенами,
В землю брошенным.
Ты научилась смиряться с утратами
Но не теряла надежды крылатые –
Те, что по-русски светлы и живительны,
Те, что даруют полет и стремительность.
Женщина русская, сильная, нежная!
Кони уносят в степи безбрежные
Клавиши быстрых копыт все стремительней
Так отбивают
И гимн поразительный –
В даль он несется.
Пусть пролагает без карт и без лоций.
Лунные блики – на звонких подковах.
Русская женщина, снова и снова,
Мир пораженный тебя открывает,
Ты словно тайна, загадка живая.
/В полную силу звучит «Священная война». На сцене у шалаша, костра сидят девушки, кто-то пишет, кто-то читает./
1я. Милый, может, песня виновата,
В том, что я сегодня не усну?
Словно в песне, мне – приказ на запад,
А тебе – в другую сторону,
За траншеей вечер деревенский,
Звезды и ракеты над рекой.
Я грущу сегодня очень женской,
Очень несолдатскою тоской.
Романс «День Турбиных» Белой акации гроздья.

2я. /читает письмо/:
«Мамочка, я уже привыкла к сапогам, а ты говорила, что твоя дочь – неженка. К одному не могу привыкнуть: слишком много крови. Но идет война, война не на жизнь, а не смерть, и если уж мне придется погибнуть, знай, что я погибла счастливая – умереть достойной, защищая Родину, - это ведь тоже счастье, которое дается не каждому.»
/Слышатся взрывы. Команда «К бою!». Песня до свидание мальчик/.
Чтец. Вы жены кроткие, застенчивые девы.
Вы ужасом войны и смерти обреклись,
Где гибнут тысячи, где льется кровь, - везде вы,
И свыклись с гибелью, и с кровью обжились
Пусть лопнула картечь; пусть пуля свищет в уши,
Вы только креститесь – и к страждущим скорей –
Их раны врачевать и подкреплять их души,
Спасти иль проводить молитвою своей.
Большой и раненый – все вас благословляет.
Все Вас приветствуют улыбкой и мольбой,
И на руках у вас спокойно умирает,
Наш воин – мученик под вашею слезой.
Чтец:
Родилась ты, и, наверное, где-то
Ярким светом вспыхнула звезда.
И все так же двигались планеты,
Так же отъезжали поезда,
Так же разговаривали люди,
Ветры завывали у столба.
Ты не знала, будет, иль не будет
У тебя счастливая судьба.
А потом пошли другие годы,
И разгоряченная борьбой,
Ты дралась под знаменем свободы,
Новой окрыленная судьбой.
Ты ходила в кожаной тужурке
И в больших солдатских сапогах,
Ты курила в ледяной дежурке,
Раненых носила на руках.
Молодая радуга вставала
Под землею, где клубился бой.
Одиноко птица пролетала
Над твоею белой головой.
Мы тебя, как друга хоронили,
Мы понуро шли лесной тропой.
Выросли деревья на могиле
Памятников девушке простой.
/Песня «На всю оставшуюся жизнь»/
Ведущ. Во многих музеях хранятся письма. Это память о героях. О чем же писали они?
/Звук метронома/
/Девушки спиной к залу, поворачивается та, которая читает:
1я. «Алеша, не удивляйся моему письму. Все наши ушли на фронт. Неизвестно, кто доживет до победы. Поэтому хочу сказать тебе то, о чем молчала все школьные годы: я люблю тебя. Прошу береги себя, будь осторожен. Твоя одноклассница Юлька В.»
2я. «Здравствуй, папа! Странно, еще три месяца назад я сдавала вступительные экзамены, а сегодня – боец Красной Армии! Когда Вас с мамой призвали, я решила, что пойду за вами. На фронт.»
3я. «Милый! Откликнись! С тех пор, как я в армии, я не знаю, что с тобой, жив ли ты? Не хочу думать о плохом, не молчи.»
4я. «Дорогой Ванюша! Пишу тебе, а вокруг пыль, стрельба, залпы нашей артиллерии, которая опять открыла огонь по вражеским самолетам. Знаешь, мы не дадим врагу пощады. Твой Валька.»
5я. «Милый Сашка! Вчера зачитали приказ: меня и наших девчонок наградили медалями «За боевые заслуги». А вечером многих из них похоронили. Страшно, так хочется дожить до Победы. Мы ведь такие еще молодые...»
6я. «Мамочка! Не беспокойся обо мне. Я жива и здорова. Напиши скорее, как там Витюшка? Прошу, очень прошу, береги моего сынишку. Вы самые любимые у меня. А Андрей молчит, я очень волнуюсь, что с ним.»
7я. «Маша, родная, здравствуй! Сейчас я далеко от дома, но все время думаю о тебе. Я не отстаю от мужчин, сражаюсь наравне с ними, а иногда и впереди. Недавно мне вручили орден Красной Звезды. А ты всегда считала меня скромной и говорила, что я недотёпа.»
/Песня «Журавли»/
Ведущ.
Я ушла из детства в грязную теплушку.
В эшелон пехоты, в санитарный взвод.
Дальние разрывы слушал и не слушал
Ко всему привыкший сорок первый год.
Я пришла из школы в блиндажи сырые,
От Прекрасной Дамы в «мать» и «перемать»,
Потому что имя ближе, чем «Россия»,
Не могу сыскать.
/Сцена из спектакля «А зори здесь тихие»/
«Женский батальон»:
/Занавес закрыт, слышится птичье пение. Занавес открывается, на сцене – дерево, палатка, телефон, скамейка, стол. У стола Васков, он разговаривает по телефону. /
Васков: Шлите, непьющих, непьющих, и чтоб это Чтоб насчет женского полу, да хоть бы и евнухов, вам виднее Так точно Да понимаю я, что два отделения это весь фронт перетрясли, не найдешь, и все равно шлите непьющих!
/Вбегают Дети/
Дети (вместе): Дяденька Васков, там зенитчики приехали!
Васков (детям): Тише вы (в трубку) Что? Выслали уже? Ну, тогда до связи. (Детям) Чего там?
Дети (по очереди): Дяденька Васков, там зенитчики приехали!
Васков: С командиром приехали?
Дети: Не похоже, Федот Евграфыч
Васков: Ну, вот и хорошо, а то власть делить, это хуже нет.
/На сцену строем выходят Зенитчицы./
Кирьянова: На месте стой, раз, два. Равняйся, смирно, равнение налево. Товарищ старшина, первое и второе отделение третьего взвода пятой роты отдельного зенитно-пулеметного батальона прибыли для охраны объекта. Докладывает помком - взвода сержант Кирьянова!
Васков: Нашли значит непьющих Из расположения без моего разрешения ни ногой.
Девушка 1: Даже за ягодами?
Васков: Ягод еще нет!
Девушка2: А щавель собирать, нам без приварка трудно, товарищ старшина, отощаем!
Васков: Не дальше речки, аккурат в пойме прорва его. Кирьянова со мной для осмотра объекта, остальные разойтись!
/Васьков и Кирьянова уходят. Зенитчицы расходятся, одна усаживается на лавочку, две других, убрав со стола телефон, раскладывают на нем продукты./
Девушки1: Ой, девушки, я мозоль натерла! (Снимает сапоги, разворачивает портянки.)
Девушка2. Ну-ка покажи (роется в вещмешке.) А у меня кофта не досохла.
Девушка3: Так повесь, солнце-то какое, высохнет!
Девушка4: (подходит к той, что сидит на скамейке): Лиза, дай я тебе на коленочки прилягу, я так устала.
Девушка5: Гурвич, обедать скоро будем?
Гурвич: Не дождешься!
Девушка3 (берет со стола бинокль Васкова, смотрит в него): Смотрите, Кирьянова с Васковым идут.
/Выходят Васков и Кирьянова./
Кирьянова: Вера, Люба, Катенька, в караул. Катя разводящая.
Васков: Кирьянова! Разве это команда? Развод караулов требуется по всей строгости делать, по уставу. А это насмешка полная!
Кирьянова: А у нас разрешение, товарищ старшина, от командующего, лично.
Васков: Ну, хорошо, пусть разрешение, а что вы за тряпочки тут поразвесили? (Сдергивает с веревки свои носки.)
Девушка4: А есть приказ!
Васков: Какой приказ?
Девушка2: Соответствующий!
Девушка4: В нем сказано, что военнослужащим женского пола разрешено сушить белье на всех фронтах!
Васков: Ну, если приказ, то ладно Через двадцать минут отбой!
Кирьянова: Девочки, поужинаем в бараке, заодно я объясню вам, что и как.
/Зенитчицы собирают свои вещи, Васков достает из палатки кисет./
Девушка4: Товарищ старшина, а вы не поужинаете с нами?
Васков: Нет, спасибо.
/Свет микшируется, Васков курит сидя на лавочке, слышится песня Зенитчиц./
Хорошо поют, а зори-то здесь тихие, тихие (Засыпает на лавочке.)
Осянина (бежит через сцену): Товарищ старшина, товарищ командир!
Васков: Что случилось?
Осянина: Немцы в лесу!
Васков: Откуда известно?
Осянина: Самая видела. Двое. С автоматами и в маснакидках.
Васков: Команду в ружье. Курьянову ко мне. Бегом! (В трубку телефона.) «Сосна», «сосна»Ах, мать честная, либо спят, либо поломка! «Сосна», семнадцатый говорит, третьего давай, срочно ЧП. Так точно. Товарищ третий, немцы в лесу возле расположения Обнаружены в количестве двух человек рядовым Осяниной. Думаю, надо ловить, товарищ третий, пока далеко не ушли
/Входит Кирьянова./
Тут, товарищ третий, даю трубку.
Кирьянова: Слушаю! Да, да, есть! (Кладет трубку.) Приказано выделить в ваше распоряжение пять человек.
/Появляются Зенитчицы./
Васьков: Ну-ка, стройте людей!
Кирьянова: Отделение, стройся!
Васков (обходит строй): Ну и вояки У этой волосы, как гриваА что у вас за бумажки на волосах? Вольно. Кирьянова, назначай людей.
Кирьянова: Женя, Галя, Лиза
Васков: Погоди, Кирьянова, немцев идем ловить, не рыбу, так чтоб, хоть стрелять умели. И вот еще что, ты мне тут давай, которая видела.
Кирьянова: Стрелять умеют, а Осянина пойдет старшей.
Васков: Может кто из вас немецкий знает?
Гурвич (из строя): Я знаю
Васков: Что я? Что такое я? Докладывать надо!
Гурвич: Боец Гурвич!
Васков: Ох-хо-хо-хо, как поихнему «руки вверх»?
Гурвич: Хенде хох!
Васков: Точно. Ну давай Гурвич, Осянина, Бричкина, Комелькова, Четвертак, остальным разойтись! Идем на двое суток, так надо считать. Взять сухой паек, патронов по пять обойм, подзаправиться, ну поесть, значит, плотно, обуться почеловечески, в порядок себя привести. Подготовиться. На все сорок минут. Разойтись! Кирьянова и Осянина – со мной.
/Зенитчицы уходят. Васков, Кирьянова и Осянина рассматривают карту./
Значит, говоришь, на дороге встретила.
Осянина: Вот тут. Прошли мимо меня, по направлению к шоссе.
Васков: К шоссе? А что ты в лесу в четыре утра делала?
Осянина: Просто по ночным делам
Васков: Ночным делам?
Кирьянова: Знаете, товарищ старшина, есть вопросы, на которые женщина не обязана отвечать!
Васков: Нету здесь женщин! Нету! Есть бойцы, и есть командиры, понятно? Война идет, и, покуда она не кончится, все в среднем роде ходить будем! К шоссе говоришь, пошли?
Осянина: По направлению.
Васков: Чего им у шоссе делать? Там их живо прищучат!
Осянина: Там кусты и туман Мне казалось
Васков: Креститься надо, если казалось.
Осянина: Тючки они несли, небольшие, но тяжелые, и упакованы тщательно.
Васков: Тючки, говоришь? Мыслю я, девчата, тол они несли, а если тол, то маршрут у них на Кировскую железную дорогу.
Кирьянова: До Кировской дороги не близко
Васков: Зато лесами, а леса здесь погибельные, армия может спрятаться, не то, что два человека.
Осянина: Если так, нужно охране на Кировскую дорогу сообщить.
Васков: Кирьянова сообщит. Мой доклад – в двадцать тридцать ежедневно, позывной «17».
/Выходят Гурвич, Бричкина, Комелькова и четвертак, у них в руках вещмешки./
(Осматривает строй.) Сесть на лавочку и разуться всем! Почему у вас сапоги на тонком чулке? А у вас портянки, словно шарфики намотаны? С такой обувкой много не навоюешь! Одна Осятина правильно обута! Кирьянова, почему не учите людей? Ну что ж, давайте учиться портянки наматывать Все готовы? Построиться!
/Зенитчицы строятся./
Противника не бойтесь, он по нашим тылам идет, значит, сам боится. Но близко не подпускайте. Ходите только по двое. В пути следования не останавливаться и не разговаривать. Своим заместителем на время операции назначаю рядового Осянину. Кирьянова на связи. Остальные налево, шагом марш!
/Осянина, Гурвич, Бричкина, Комелькова и Васков уходят./
Кирьянова: «Сосна», «сосна», говорит семнадцатый
/Занавес./
Чтец. Мы легли у разбитой ели.
Ждем, когда начнет светлеть
Под шинелью вдвоем теплее
На продрогшей, гнилой земле
- знаешь, Юлька, я – не против
Но сегодня она не в счет.
Дома, в яблоневом захолустье,
Мама, мамка моя живет.
У тебя есть друзья, любимый,
У меня – лишь она одна.
Пахнет в доме квашней и дымом,
За порогом бурлит весна.
Старой кажется: каждый кустик
Беспокойную дочку ждет
Отогрелись мы еле-еле.
Вдруг нежданный приказ: «Вперед!»
Снова рядом в сырой шинели
Светлокосый солдат идет
С каждым днем становилось горше.
Шли без митингов и знамен.
В окруженье попал под Оршей
Наш потрепанный батальон
Зинка нас повела в атаку
Мы пробились по черной ржи,
По воронкам, по буеракам,
Через смертные рубежи.
Мы не ждали посмертной славы.
Мы хотели со славой жить.
почему же в бинтах кровавых
Светлокосый солдат лежит
Ее тело своей шинелью
Укрывала я, зубы сжав
Белорусские ветры пели
О рязанских глухих садах
знаешь, Зинка, я против грусти,
Но сегодня она не в счет.
Где – то, в яблоневом захолустье,
Мама, мамка твоя живет.
У меня есть друзья, любимый,
У нее ты была одна.
Пахнет в хате квашней и дымом,
За порогом стоит весна.
И старушка в цветном платье
У иконы свечу зажгла.
я не знаю, как написать ей,
Чтоб тебя она не ждала.
1 ведущ.: Безмерный подвиг совершили те женщины, которые приближали победу в тылу, те кто вынес победу на своих хрупких плечах.
В какие ты годы жила!
Какая безмерная тяжесть
На женские плечи легла!
В то утро простился с тобою
Твой муж или брат, или сын.
И ты со своею судьбою
Осталась один на один.
Один на один со слезами,
С несжатыми в поле хлебами
Ты встретила эту войну.
И все без конца и без счета –
Печали, труды и заботы
Пришлись на тебя, на одну
Одной тебе волей – неволей, -
А надо повсюду успеть;
Одна ты и дома в поле,
Одной тебе плакать и петь.
А тучи все ниже и ниже,
А громы грохочут все ближе,
Все чаще недобрая весть.
И ты перед всею страною
И ты перед всею войною
Сказалась, какая ты есть.
Ты шла, затаив свое горе,
Суровым путем трудовым.
Весь фронт, что от моря до моря,
Кормила ты хлебом своим.
В холодные зимы, в метели
У той у далекой черты
Солдат согревали шинели,
Что сшила заботливо ты.
Бросались в грохоте, в дыме
Советские войны в бой.
И рушились вражьи твердыни
От бомб, начиненных тобой.
За все ты бралася без страха,
И как в поговорке такой,
Была ты и пряхой и ткахой
Умело иглой и пилой.
Рубила, возила, копала –
Да разве же все перечтешь?
А в письмах на фронт уверяла,
Что будто отлично живешь
Бойцы твои письма читали, и
Там на переднем краю
Они хорошо понимали
Святую неправду твою.
И воин, идущий на битву,
И встретить готовый ее,
Как клятву шептал, как молитву
Далекое имя твое
2 ведуш. Сколько на земле наших женщин, кого судьба назвала скромным именем – солдатская вдова. Тех, кто не долюбил, не домечтал, кто день за днем, заглушая душевную боль непосильной работой, вопреки всему ждали, ждали, ждали
2 ведущ. Встретишь солдатскую вдову, поклонись низким поклоном, утешь ее за вдовье терпение, за то, что судьбе не покорилась. Всё меньше и меньше их среди нас: спасибо им, что в женской разлуке вы вынесли всё: лихолетье и муки, и горькое – горькое слово «вдова».
/песня «Вдовы России»/
Чтец. Многие женщины – труженицы тыла награждены медалями и орденами. На их плечи легла вся тяжелая работа. Все трудились не покладая рук. Каждый приближал час Победы!
/Песня «На горе, на горенке»/
Ведущ.1 Песня многим помогла выжить.
Пели в окопах, землянках, в поле.
Знали, что скоро война закончится.
Что завтра последний бой.
Ведущ.2 Все дальше на запад дороги вели.
«Ура» вдруг послышалось где – то вдали.
И вот на широких ступенях рейхстага.
Песня Руслановой вдруг зазвучала.
Чтец. 1979 – 1989 гг.Афганская война. Майор Михаил Сакиро вспоминал: «Женщин было много. Порядочные, честные. Приехали по велению души – медсестрами, санитарками. Главные причины, по которым они остались на войне – романтика, патриотизм, определенные идеалы. И все – таки женщина на войне – это жертва, война ломает и калечит ее судьбу».
В королевских конюшнях
Метра нет для коня.
Медсестра раскладушку
Принесла для меня.
Очень трудно голубке
В коридорах, где сплошь,
Встык, обрубком к обрубку,
Полегла молодежь.
Вертолетчик без правой
Минометчик без двух,
На повязках кровавых –
Ничего, кроме мух.
Отыскала местечко
В самом дальнем углу,
Где десантник навечно
Задремал на полу.
Унесли бедолагу,
Положили меня.
Я отсюда ни шагу,
Я спокойней коня.
Весь от ног до макушки
Весь я гипсовым стал.
Мне не надо подушки,
Разве, что пьедестал
Медсестра, медсестричка,
Что ж ты слезоньки льешь,
Как же ты без привычки
Здесь, в конюшнях, живешь?
В королевских конюшнях,
В госпитальном чаду,
В наркотическом, спиртушком,
Матерщинном бреду
Если чудо случится
Если снова срастусь, -
Дай свой адрес, сестрица:
Может быть, пригожусь
Ну а коль не воскресну, -
Все равно хоть часок
Проживу, на чудесный
Поглядев адресок
В королевских конюшнях
Метра нет для коня.
Медсестра мою душу
Унесла от меня.
/Песня «Господа офицеры», «Песня о солдате»/
Ведущ. И сегодня в горячих точках воюют не только мужчины. Чаще все это не медсестры, не повара, а снайперы. Но к войне привыкнуть нельзя, потому что война – это дело мужское. А женщина должна всегда оставаться женщиной.
Вы прекрасны, женщины России, -
Я узнал не из великих книг.
Вы прошли сквозь годы вихревые,
Не утратив сердца ни на миг.
Вы в закрытой памяти не ройтесь,
Вам трудней сказать, что я скажу:
Видел вас отважный и геройских,
Вами, россиянки, дорожу –
Вашей вечной славою солдатской,
Закаленной на лихом огне,
И слезою, пролитой украдкой –
Мало ль что бывает на войне!
Вашей статью,
Вашей трудной долей,
Зачастую вдовьей, горевой,
Мужеством на грозном, ратном поле;
Щедростью души своей живой.
Все это никак необоримо
И достойно гордости людской,
Все это никак не отделимо
От того, что помним день-деньской.
/Песня «Главное ты есть у меня». Гр.Любе/
Ведущ. Сегодня прекрасный майский день. И в такой день хочется сказать: «Радуйтесь люди теплу, свету. Любите друг друга! Улыбайтесь, пойте, но помните о тех, кто оставил вам счастье в наследство!»
/Песня «Майский вальс»/
Ведущ. Как хорошо влюбляться и смеяться,
Как хорошо порою погрустить,
Как хорошо встречаться и прощаться
И просто хорошо на свете жить!
Как хорошо проснуться до рассвета,
Как хорошо, что ночью снятся сны,
Как хорошо, что крутится планета!
Как хорошо на свете без войны!
/Песня «Мир нужен всей Земле»/



















13 PAGE \* MERGEFORMAT 14115




15

Приложенные файлы

  • doc rabota 14
    Размер файла: 78 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий