Живой рассказ ветерана или кто скажет правду о войне


Введение.
Прошло много лет с того дня - первого дня Великой Отечественной Войны. И его никто никогда не сможет забыть. Память войны стала нравственной памятью, вновь возвращающей к героизму и мужеству солдат. Именно память не позволяет опускаться ниже той нравственной отметки, которой помечены горькие и героические годы, продолжает свято и неотступно жить в сердце каждого человека.
В истории человечества было немало событий, которые оставили в ней неизгладимый след. Я считаю, что крупнейшим мировым событием стала Великая Отечественная война – одна из героических страниц нашей страны.
Годы Великой Отечественной войны — это годы тяжелых испытаний для нашей страны. Великая Отечественная война оставила множество шрамов в душах людей, как прошедших через нее, так и родившихся после. Нет семьи, которая не потеряла бы мужа, брата, сына. Сколько было подвигов на этой войне? Вряд ли можно это измерить, нет на свете тех слов, которыми бы можно было это оценить. И сейчас сколько ветеранов не могут уснуть по ночам, вспоминая годы войны, заново теряя своих друзей, близких, родных.
На уроке истории мы познакомились с Громовым Алексеем Фёдоровичем – ветераном войны, полковником в отставке, участником охраны немецких преступников. Начало и конец войны. Между ними 1418 дней, так много вместивших в себя.
Цель данной работы – рассказать о человеке, судьба которого переплелась с войной, посмотреть на события тех страшных лет глазами ветерана.
Задачи:
Рассказать об исторической родине Алексея Фёдоровича.
Рассказать о службе в рядах Советской Армии.
Послевоенная служба, длиною в жизнь.
1.Историческая родина Алексея Фёдоровича.
Алексей Фёдорович Громов родился в 1926 году в буржуазной Эстонии. «По линии отца во мне течёт эстонская кровь, по линии матери – русская. Но везде в документах я указываю – русский, хотя имею двойное гражданство», - рассказывает ветеран.
После заключения пакта Молотова-Риббентропа Советский Союз навязал Эстонии договор о взаимопомощи, на основании которого в Эстонию был введен советский воинский контингент численностью 25 000 человек. 16 июня 1940 года Советский Союз под угрозой военного вторжения выдвинул Эстонии ультиматум немедленно привести к власти дружественное СССР правительство и допустить на территорию страны дополнительный воинский контингент. Алексей Фёдорович вспоминает, как в 1940 году в Эстонию пришло Советское правительство, якобы по просьбам трудящихся. Когда он учился в 7 классе началась война.
В период Великой Отечественной войны территория ЭССР была оккупирована войсками нацистской Германии. 7 июля 1941 года немецкие войска подошли к границе Эстонии, а 28 августа последние части Красной Армии покинули Таллин.
Значительная часть эстонцев восприняла приход немецкой армии, как освобождение от советской оккупации и с энтузиазмом поддержала оккупационные власти. Была создана коллаборационистская организация «Омакайтсе», сотрудничавшая с немецким оккупационным режимом. Оккупационными властями было сформировано самоуправление во главе с эстонским политиком, бывшим главой Эстонского освободительного комитета (в Финляндии) Хяльмаром Мяэ. На территории Эстонии проводились массовые казни евреев и советских граждан. В немецкую армию в 1944 году было мобилизовано примерно 38 тыс. жителей Эстонии.
«Мне было 15 лет, но помню лучше, чем сейчас», вспоминает ветеран, «3 года был в оккупации». Немцы устроили Алексея Фёдоровича работать в воинскую часть, в принудительном порядке. Заработную плату не платили. Таким образом Алексей Фёдорович проработал 2 года. «Были трудные времена, голодные, денег за работу не давали, а в 2005 году ФРГ прислали письмо с извинениями и бумагой на выплату 145 тысяч рублей», рассказывает ветеран.
Таким образом, несмотря на то, что значительная часть эстонцев восприняла приход немецкой армии, как освобождение от советской оккупации и с энтузиазмом поддержала оккупационные власти, это были захватчики, которые устанавливали свой режим. Угоняли трудоспособное население в Германию, работать в деревнях.
2. Служба в рядах Советской Армии.
В 1944 году Алексей Фёдорович был призван в ряды Советской Армии.
Участвовал в освобождении Прибалтики. К концу августа 1944 года общая обстановка в Прибалтике определялась результатами проведенной Красной Армией Белорусской наступательной операции. Группа армий «Север» (генерал-полковник Ф. Шернер) оказалась глубоко охваченной с юга и прижатой к Балтийскому морю. Над ней нависла реальная угроза быть отрезанной от основных сил вермахта, т. е. попасть в положение, которое немцы еще не так давно навязывали англо-французским армиям в Дюнкерке или советским войскам в Ленинграде. В то же время конфигурация фронта позволяла группе армий «Север» нанести фланговый удар по стремившимся к Балтийскому морю войскам советских фронтов. Но на дворе стоял не 1941 год. Теперь немецко-фашистскому руководству приходилось думать не о наступлении, а о том, как бы удержать то, что оно имело. Стремясь стабилизировать фронт на прибалтийском направлении, противник срочно возводил здесь дополнительные оборонительные рубежи и сооружения, усиливал свои войска.
Наиболее сильная группировка противника, включавшая пять танковых дивизий, находилась в районе Риги. Это направление считалось, по мнению немецкого командования, непреодолимым для советских войск. На подступах к городу с северо-востока и востока были оборудованы четыре оборонительных рубежа.
В августе из Германии, а также с других участков фронта в Прибалтику было переброшено несколько пехотных и танковых дивизий, большое количество танков и штурмовых орудий. Пехотные дивизии пополнены до 8 тыс. человек личным составом из авиации и морского флота, а также за счет расформированных различных тыловых частей и учреждений, мобилизации стариков и совершеннолетних. На пополнение войск группы армий «Север» была израсходована значительная часть ресурсов гитлеровской Германии в живой силе и боевой технике.
К участию в Прибалтийской операции привлекались войска левого крыла Ленинградского (Маршал Советского Союза Л. А. Говоров), 3-го Прибалтийского (генерал армии И. И. Масленников), 2-го Прибалтийского (генерал армии А. И. Ерёменко), 1-го Прибалтийского (генерал армии И. Х. Баграмян), часть сил 3-го Белорусского (генерал армии И. Д. Черняховский) фронтов, силы Балтийского флота (адмирал В. Ф. Трибуц) и авиация дальнего действия. Всего в их составе насчитывалось 900 тыс. человек, около 17,5 тыс. орудий и минометов, свыше 3 тыс. танков и самоходных артиллерийских установок, более 2,6 тыс. боевых самолетов. Координацию действий трех Прибалтийских фронтов осуществлял представитель Ставки ВГК Маршал Советского Союза А. М. Василевский, руководство действиями Ленинградского фронта Ставка оставила за собой.
Противостоявшая советским войскам в Прибалтике группировка противника включала оперативную группу «Нарва», 18-ю и 16-ю полевые, 3-ю танковую (передана 20 сентября из группы армий «Центр» в группу армий «Север») армии – всего 730 тыс. человек, 7 тыс. орудий и минометов, свыше 1,2 тыс. танков и штурмовых орудий, до 400 боевых самолетов.
Боеспособность немецких войск в Прибалтике была выше, чем в других группах. Она поддерживалась жестокой дисциплиной, наблюдением органов гестапо за солдатами и офицерами. Позади боевых частей для «поддержания их боевого духа» находились эсэсовские заградительные отряды, которые огнем из автоматов не допускали отступления пехоты с позиций. Фашистская пропаганда настойчиво пыталась убедить солдат, что скоро наступит перелом в войне. Говорилось, что, объявив тотальную мобилизацию, Германия сформирует много новых дивизий и сможет перейти в решительное наступление. На все лады расхваливалось несуществующее сверхмощное оружие. По всему было видно, что Гитлер не только не думал выводить свои войска из Прибалтики, но, наоборот, всячески стремился их усилить.
Замыслом советского командования предусматривалось ударами войск Прибалтийских фронтов по сходящимся направлениям на Ригу и войск Ленинградского фронта совместно с Балтийским флотом на таллинском направлении отсечь группировку противника, оборонявшуюся в Прибалтике, от Восточной Пруссии, расчленить ее и уничтожить по частям.
Таким образом, главный удар трех Прибалтийских фронтов был нацелен на столицу Латвии Ригу – важнейший политико-административный и промышленный центр, узел пересечения сухопутных и морских коммуникаций.
По своему размаху Прибалтийская наступательная операция представляла собой одну из крупнейших стратегических операций осени 1944 года, ибо на 500-км фронте развертывались 12 армий, что составляло почти 3/4 сил четырех советских фронтов.
Наступление фронтов началось одновременно 14 сентября 1944 года. 4-я ударная и 43 армии 1-го Прибалтийского фронта, к исходу первого дня наступлений прорвали оборону противника на 25-ти километровом участке и более чем на 10 километров продвинулись в глубину. 16 сентября 43-я армия прорвалась к городу Балдоне, а отряд 3-го моторизированного корпуса вышел к Западной Двине. «Я на тот момент был вторым номером пулемётчика», рассказывает Алексей Фёдорович, «Помню лилово-красный водяной столб и нашу лодку перевернуло. Мы были примерно в 50 км от берега. Затем опустило под воду, дальше пустота. Очнулся я уже в палатке и вспоминаю кто я есть». Алексей Фёдорович попал в медсанбат. Когда ему принесли форму она была вся изорвана, как выяснилось их вылавливали баграми и выловили только троих.
В результате операции советские войска нанесли поражение силам группы армий Север, и практически полностью освободили территорию Латвийской ССР от немецких войск.
9 мая Алексей Фёдорович встретил в окопе. «Долго не верили, что война закончилась…выглянем тихо – не стреляют, а всё равно не верится. Все по разному встретили победу, мне было 19 лет, а взрослые солдаты, кто плакали от горя, кто от счастья. Некоторым война не оставила никого, жену расстреляли, дети умерли голодной смертью…вот он какой солдат победитель», вспоминает ветеран.
Таким образом, Прибалтика в планах немецкого руководства всегда занимала важное место. Она прикрывала Восточную Пруссию с северо-востока. Контроль над ней позволял германскому флоту действовать в восточной части Балтийского моря и поддерживать связь со Скандинавскими странами, которые поставляли Германии стратегические материалы. Прибалтика и сама являлась базой снабжения. Например, в Эстонии действовали заводы по переработке горючих сланцев, дававших Германии около полумиллиона тонн нефтепродуктов в год. Из Прибалтики немцы получали значительное количество сельскохозяйственного сырья и продовольствия. В результате операции советские войска нанесли поражение силам группы армий Север, и практически полностью освободили территорию Латвийской ССР от немецких войск.
Служба в Берлине.
После войны Алексея Фёдоровича отправили в Берлин, служить в отдельную, особую, специальную роту. Одели в форму из натуральной шерсти, выдали хромовые сапоги. «Город был превращён в руины. В Берлине были все и румыны, и греки, и французы, и поляки, и украинцы, и русские. Дорожное сообщение было прервано, и все находились в Берлине», вспоминает ветеран, «Масса проституток, воры, бандиты- вот во что превратился Берлин».
Потом Алексея Фёдоровича назначили охранять «Шпандау». Тюрьма Шпандау была возведена в 1876 году на западной окраине Берлина. Построенное в псевдо-средневековом стиле из добротного красного кирпича внушительное здание внешне напоминало древний рыцарский замок. Первоначально использовалось как военная тюрьма вместительностью 500 заключенных. С 1933 года перепрофилирована под сборный пункт политзаключенных перед отправкой в концлагеря. В 1946—1987 годах в ней содержались нацистские военные преступники, приговорённые на Нюрнбергском процессе к различным срокам заключения. Внешнюю охрану тюрьмы осуществляли поочередно караулы от вооруженных сил стран антигитлеровской коалиции — СССР, США, Англии и Франции.
Тюрьма Шпандау была единственным учреждением (помимо центра безопасности полётов), которым управляла совместная администрация четырёх держав-союзниц во время холодной войны. Администрации союзников сменялись друг друга ежемесячно. О том, под чьим управлением находится тюрьма, говорил соответствующий флаг перед зданием союзнического Контрольного совета.
«Война закончилась министров выловили и привезли в Нюмберг. 24 министра. Процесс шёл 11 месяцев, за это время прошло 400 заседаний суда. 12 человек были приговорены к повешению. Вешали ночью в спортивном зале, где было оборудовано 3 виселицы, к виселице вели 13 ступенек, пастырь отпускал грехи. Затем вызывали по одному и оглашали приговор. Затем тела укладывали в чёрные ящики из под папирос, увезли в Мюнхен, сожгли, а прах развеяли по ветру. 7 человек были осуждены на разные сроки. Дениц – адмирал немецкого флота, кому Гитлер завещал быть канцлером после себя, был осуждён на 10 лет, Гесс – заместитель Гитлера по партии -47 лет». Алексей Фёдорович прослужил там 4 года. Тюрьма была огромная, вокруг были сады и огороды, где заключённые работали. Заключение было одиночным, работа, посещение церкви и прогулки - общие.
По немецким тюремным законам осужденные должны каждый день работать, кроме воскресных и праздничных дней. Им не разрешалось разговаривать. Один из них во время работы читал вслух какую-нибудь книгу, разрешенную цензурой.
Рацион питания был таким же, как во всех немецких тюрьмах. Но каждая сторона в свой черед закупала продукты по своему усмотрению. Заключённые питались почти как служащие в столовой. В одном из писем матери Шпеер писал: "К сожалению, у меня начинает появляться брюшко... и снова передо мной встал старый вопрос о весе". Врачи, наблюдавшие заключенных, были единодушны в том, что в таких условиях они могут прожить по сто лет. Врачи оказались недалеки от истины.
Заключенным разрешалось иметь в камере одиннадцать фотокарточек. Почему именно одиннадцать - никто не знает. В камере Гесса не висело ни одного снимка. Позже его заставили повесить на стену две карточки - жены и сына, найденные у него под матрацем. Он подчинился этому требованию, похоже, лишь из уважения к дисциплине. Всем поведением и каждой мелочью Гесс подчеркивал свою исключительность. Отсюда и его нелюдимость, и то, что при помещении в Шпандау, как рассказывали старожилы, он выбрал форменную одежду с номером один на спине и коленях. К его неудовольствию, руководство тюрьмы выдало Гессу одежду № 7.
Каждую неделю заключенные имели право писать и получать по одному письму не более 1300 слов. Были жесткие требования: писать на немецком, разборчиво, без сокращений, цифр и стенографических знаков. Содержание писем ограничивалось личными вопросами. Кроме того, заключенным ежемесячно предоставлялось свидание с близкими продолжительностью полчаса. «И днём, и ночью за заключёнными велось наблюдение. Ночью через глазок. Ни минуты не были без присмотра. Чтобы заключенные не передавали друг другу какую-либо информацию, по обеим сторонам от каждой занимаемой камеры находились пустые. В камере стояли железная койка с матрацем, стол и деревянный табурет. В любое время заключенных могли обыскать. Камеры тщательно осматривались не менее двух раз в день. После выключения света на ночь проверка производилась с помощью электрического фонаря. Годами приученные к такому режиму заключенные спали с темными повязками на глазах», вспоминает Алексей Фёдорович.
В 50-е годы Алексей Фёдорович уехал продолжать службу в Баку, а затем попал в Ракетный полк Тихвинского района. Начал он службу простым рядовым, а закончил в звании полковника.
После службы он работал преподавателем военной подготовки в профессиональном лицее № 32. «Помню была 30 годовщина победы, мы с ребятами пошли в деревню Паголда, взяли 30 саженцев берёзок и посадили аллею», вспоминает ветеран.
Таким образом, после победы во Второй мировой было принято решение использовать тюрьму для заключения нацистских преступников высокого ранга. После Нюрнберга туда поместили семерых - Р. Гесса, К. Деница, К. Нейрата, Э. Редера, А. Шпеера, Б. Шираха и В. Функа. С 1966 года в тюрьме единственным узником остался Рудольф Гесс, который покончил с собой в 1987 году.
Тюрьма управлялась представителями четырех держав: от каждой из стран-союзниц - директор в звании подполковника, офицер-медик, а также переводчик и надзиратели. Караул поочередно менялся каждый месяц, как и председательствующие директора. Служебный персонал внутри тюрьмы состоял из лиц мужского пола из стран, принадлежащих к Объединенным нациям. Немцев на службу не принимали. Все финансовые расходы, составлявшие 850 тысяч марок в год, нес сенат Западного Берлина. Это была трудная служба, и только настоящий солдат мог её нести.
Заключение.
Великая Отечественная Война - это огромная душевная рана в человеческих сердцах. Это была самая величайшая война за всю историю человечества. Огромное количество людей погибло в этой войне. Ужасно подумать, что в этой трагедии принимали участие наши сверстники. Люди отдавали свои жизни за судьбу своей Родины, за своих товарищей. Даже городам, которые выстояли весь напор гитлеровской армии, присвоили звание героев.
Я считаю, что перед человеческой памятью, перед памятью сердца, время бессильно. Годы Отечественной войны никогда не должны забываться потомками.
Мы должны знать историю своего народа, уважать людей, защищавших Родину, иначе нельзя по-настоящему научиться любить свою Родину. Я горжусь тем, что узнал такого человека, как Громов Алексей Фёдорович.
Приложение.

Громов Алексей Фёдорович.

Встреча студентов с ветераном.

Громов А.Ф. рассказывает о войне.


Приложенные файлы


Добавить комментарий