Жизн и творчество н.в.гоголя


ЖИЗНЬ И ТВОРЧЕСТВО Н.В.ГОГОЛЯ. ОСОБЕННОСТИ САТИРЫ ГОГОЛЯ.
Н.В.Гоголь происходил из старинного малороссийского рода. Прадед был священником, отец – автор веселых комедий, передал своему сыну юмор и литературную одаренность. Гоголь родился в Полтавской губернии в 1809 г. Его мать, Мария Ивановна, была женщина очень религиозная, суеверная и мнительная. Он рос слабым, впечатлительным и неуравновешенным, испытывающим припадки стихийного ужаса, с раннего детства боялся смерти и возмездия за гробом.
В 1821 г. Г. Поступает в Нежинскую гимназию высших наук, где он проведет 7 лет. Учится плохо, с товарищами не сходится. «Товарищи его не любили, называли таинственный карла». Относился к товарищам саркастически и любил над ними посмеяться. Г. Чувствует себя романтическим героем и презрительно относится к «толпе»; верит в свое великое призвание, мечтает о славе, рвется в СПб.
В 1829г. Г. Приезжает в СПб. Однако его радужные мечты разбиваются. Вместо «светлой комнаты» он поселился на четвертом этаже большого, мрачного дома. На последние деньги издает поэму «Ганц Кюхельгартен», но после жестокой журнальной критики он отбирает у книготорговцев все экземпляры и сжигает их.
Он фактически убегает в Любек, и после некоторого успокоения вновь возвращается в СПб, поступает на службу в департамент уделов, знакомится с литераторами и сотрудничает в журналах.
В 1831 году выходит его сборник «Вечера на хуторе близ Диканьки», которые приносят ему внезапную славу. П. приветствует книгу Г.: «Вот истинная веселость, искренняя, непринужденная, без жеманства и чопорности!». Рассказы, написанные от лица «пасечника Рудого Панька», очаровали читателей.
Тоскуя в туманном СПб, Г. Представляет свою солнечную Украину, ее поэтический быт, веселые игры, шумные праздники и ярмарки. В начале 30-х годов русская романтическая школа стремилась к народности, изучала сокровища фольклора. Малороссия, открытая Г., показалась читателям новым, волшебным миром, светлым, красивым, поющим.
Г. просил мать присылать ему подробные описания костюмов, утвари, обрядов; он хотел предельно точно изобразить действительность, но получалась поэтическая сказка о далекой стране, где все молодцы храбры и влюблены, девицы прекрасны, задорны и нежны, где старые казаки, ленивые и беспечные, курят длинные трубки и хвастаются своими подвигами. Где сварливые старухи художественно ругают своих мужей и притесняют падчериц, и заводят шашни с нечистью.
Повести Г. веселы и страшны. Читатели, очарованные юмором, не обратили внимания на его жуткую фантастику. Правда, если в «Ночи перед Рождеством», «Пропавшей грамоте» - чертовщина уморительная и домашняя, то в «Майской ночи» и в «Вечере накануне Ивана Купалы» - страшное уже преобладает над смешным. В страшном описании мертвецов, выходящих темной ночью из могил на берегу Днепра, рассказе о схватке колдуна и всадника, сцена вызова души Катерины – здесь самые страшные страницы. Г. неумолимо проводит мысль о вторжении демонической силы в жизнь людей, и на исход этой борьбы он смотрит с безнадежность. В этом он сознательно отступает от народной сказки с ее верой в добро.
Успех «Вечеров» окрыляет Г., он задумывает новые повести, хочет писать комедию, изучает историю Малороссии, мечтает о научной деятельности. С помощью друзей получает место на кафедре, но после первых лекций пыл его угасает, и его слушатели разбегаются. Самолюбивому Г. трудно примириться с такой неудачей. С лицейской скамьи он мечтал об «общественном служении» и ему очень горько было признаться в своей неспособности к научной академической работе. Зато он снова всецело отдает себя литературе.
В 1835 году выходят 2 его сборника – «Арабески» и «Миргород». Ощущение безнадежности, которая только проскальзывало в его первом сборнике, здесь расширяется и углубляется. Г. видит мир во власти темных сил; он умеет показать все, что не зрят равнодушные очи, всю страшную тину мелочей, опутавших нашу жизнь, всю глубину холодных характеров.
В «Старосветских помещиках» - жизнь тихой и счастливой супружеской пары. Но как непрочны часто колы и заборы, окружающие этот рай стариков! С умиленной любовью рассказывает автор об их прямодушии, простоте, скромности, гостеприимности, но ничто не может уберечь это беззащитное счастье. «Злой дух», в образе тощей и облезлой кошки входит в их мир и несет страдание и смерть. Суеверная Пульхерия Ивановна верит, что одичавшая кошечка приносит ей смерть, а через несколько дней умер и А Иванович, «услышав» зов своей жены. В чем смысл их жизни? Отчего они погибли? Из-за суеверия? И вспоминаешь слова автора: «Страшная, потрясающая тина мелочей, опутывающих нашу жизнь».
В «Повести о том, как поссорились ИИ с ИН» перед нами снова – «медвежий угол», в котором живут два друга-помещика. Г. как бы хочет сказать нам, что на земле дружба так же случайна, как и любовь, она также бессмысленна и беспомощна. Друзья дополняли друг друга и были счастливы. И вот из-за ружья (один из них не хочет уступать его) они повздорили, один другого назвал «гусаком» и начинается многолетняя тяжба. Здесь бывшие друзья проявили всю злобу, коварство и мелочность. Автор заканчивает: «Скучно жить на этом свете, господа!». Скучно от трясины провинциального города с его пошлостью, злобными сплетнями; скучно от доносов, «удивительной лужи», находящейся на центральной площади Миргорода. Серая и убогая жизнь, серые, пошлые души, страшный мир раскрывается беспощадным зорким глазам.
В рассказе «Вий» Г. глубоко задумывается над загадкой красоты. В своей жизни он не знал любви, и женщин, и боялся этого чувства. Ему казалось, что оно разрушит его душу.
В сборнике «Миргород» помещена и историческая повесть «Тарас Бульба». Вместо истории Малороссии, огромного и академического труда, Г. создал поэтическую историю о славном прошлом Запорожской Сечи. Г. видит это прошлое сквозь призму украинских дум, которые он называет «звонкими, живыми летописями». Он не рассказывает, а поет, вот почему ритм прозы легко переходит в ритм стихотворной речи; образы, сравнения, эпические повторения, текут легким, ровным живым потоком. Фигуры Тараса и его сыновей – сурового Остапа и романтического Андрия – заполняют первый план этой полуисторической полусказочной картины. Они выше человеческого роста, полные стихийных сил и неутомимых страстей. Андрий, влюбленный в полячку, изменяет родине, и Тарас убивает его. Остапа казнят, и Тарас видит его смерть в толпе зевак. Тарас свирепо мстит врагам, за что, попав в плен, и был сожжен.
В повести «Тарас Бульба» Г. прощается со своей любимой Малороссией. Жизнь в СПб и знакомство с чиновничеством внушают ему иные сюжеты, другую литературную манеру. Он отказывается от своего юношеского пылкого романтизма и старается просто и точно описывать будничную действительность, незначительные мелочи убогой жизни петербургских чиновников.
В повести «Шинель» появляется мелкий, забитый и жалкий чиновник ААБ. Он так принижен, обижен и запуган судьбой, что кроме механического переписывания бумаг ничего не умеет делать. Говорит он больше междометиями, боится насмешек сослуживцев и трепещет перед начальством. Он так смирен и безотказен, что ему и в голову не придет жаловаться на судьбу. Только когда молодые чиновники уж слишком издеваются, он говорит: «Оставьте меня! Зачем вы меня обижаете?». Лишь одного из этих чиновников ему удалось пронять своими словами. Он больше никогда не насмехался над ним, и «долго потом, среди самых веселых минут, представлялся ему низенький чиновник с лысиной на лбу, с своими проникновенными словами: «Оставьте меня! Зачем вы меня обижаете?». И в этих проникновенных словах звучало: «Я брат твой!»».
Эта изумительная страница меняет наше отношение к АА. Наш смех сменяется мучительной жалостью. Основатель «натуральной школы» Г. открыл для русской литературы новую область: мир «маленьких людей», незаметных страдальцев, смирных и кротких жертв социальной несправедливости, «униженных и оскорбленных». И после великих романтических героев мир этих людей кажется живым и близким. Слова Г. «Я брат твой» подхватили и горячо откликнулись на них Тургенев, Достоевский, Некрасов, Толстой и другие писатели. Русская литература прониклась состраданием к униженному и несчастному человеку, любовью к его страдающей душе, гуманным отношением. Вся она стала бороться за достоинство человека и за улучшение его участи на земле. Гуманизм и филантропизм в русской литературе идет от Г., и в этом его великая заслуга.
После того, как у АА крадут шинель и после всех его мытарств, АА заболевает от горя и умирает. Так несложна и печально история бедного чиновника. В каком душевном одиночестве, в какой заброшенности жил этот человек, если величайшим идеалом для него была новая шинель! Не виноваты ли все окружающие, проходящие равнодушно мимо наших братьев?
В «Записках сумасшедшего» Г. изображает мелкого чиновника Поприщева, который чинит перья в кабинете Его Превосходительства. Он был развитей, чем ААБ, и его и его униженное положение мучит. Его душевная драма усиливается из-за любви к дочери ЕП, и он сходит с ума. Мания величия – его вознаграждение за все обиды самолюбия, которые пришлось перенести в жизни. Г. проницательно изображает историю развития болезни; мы видим, как борется с болезнью его изнемогшая душа, и как бесконечно надвигается на него мирок безумия.
7 октября 1835 года Г. просит П. дать ему сюжет для комедии. Так рождается «Ревизор», написанный менее чем за 2 месяца.
Интрига комедии несложна: одного человека принимают за другого, получается смешная путаница, забавные ошибки. Наконец, все выясняется. Городничий, напуганный известием о приезде ревизора из СПб, собирает всех чиновников. Мнимый ревизор – Хлестаков – мелкий петербургский чиновник, ехавший к отцу в гости, проигравшийся по дороге. Появление чиновников сначала пугает его, но поняв, в какое положение он «счастливо» попал, он не преминул им воспользоваться.
После его отъезда в руки почтмейстеру попадает его письмо к приятелю, и тот читает его вслух в дома Городничего. Чиновники еще не успели прийти в себя от изумления, как появляется жандарм и провозглашает: «Приехавший по именному повелению из Пб чиновник требует всех сейчас же к себе». Далее – знаменитая «немая» сцена.
Комедия Г. и в наши дни не потеряла своей комической силы. По справедливости ее можно назвать лучшей русской комедией. 19 апреля 1836 года «Р» был поставлен на Пб сцене. Г. обиделся на критику и заявил, что на него «восстали все сословия». Может быть, он надеялся, что после нее вся Россия вдруг увидит все свои недостатки, что произойдет фурор. Но этого не произошло. Разочарование вызывает в авторе душевный надлом, и он уезжает за границу, чувствуя себя пророком, не признанным в своем Отечестве. Г. полон веры и вдохновения. «Какой огромный, оригинальный сюжет! Вся Русь явится в нем! Огромно-велико мое творение, и не скоро конец его».
Душевный перелом в Г. был действительно велик: за границей, вдали от России, он почувствовал себя русским писателем. С 1837г. – «римская» эпоха его жизни, влюбленность в Италию. В Риме он полон жизнерадостности и вдохновения. Но счастливая трехлетняя жизнь завершается припадком страшной нервной болезни. Г. кажется, что он умирает: он верит, что Господь спасет его от смерти, что он – проповедник и пророк. Тон его резко меняется: они становятся по-церковному торжественными.
В 1841 году Г. приезжает в Россию печатать первый том «МД». На родине ему тяжело. Летом 1842 он снова покидает Россию, на этот раз на целых 6 лет. В конце этого же года он подготавливает к печати свой полный сборник литературных произведений. Этот датой замыкается его последний литературный период жизни. Остальные 10 он медленно и неукоснительно уходит от литературы.
В «Авторской исповеди» Г. говорит о том, что П. советовал ему написать большой роман и дал сюжет: написать какой-то проходимец скупает умерших крепостных, затем закладывает их в ломбард и получает большой куш. Г. начал писать без определенного плана, увлекшись возможностью постранствовать по Руси, изобразить множество забавных лиц и смешных явлений.
Г. пламенно верил в духовную красоту Руси, в нравственность русского народа – и его терзали упреки критиков, утверждавших, что он способен изобразить только низменное и уродливое. Его трагедия заключалась в том, что ему был дан великий сатирический талант, гениальное умение подмечать все смешное и пошлое, и полная неспособность создавать идеальные образы. А между тем он смотрит на свой труд как на религиозно-общественное учение, хотел не развлекать и смешить читателя, а поучать его и обратить к Богу. И именно от этого внутреннего конфликта Г. и погиб, так и не закончив свою поэму.
Фантазия Г., создавая живых людей, мало считается с действительностью. У него особый и фантастический реализм, это – не правдоподобная, а полная убежденность и самостоятельность художественного вымысла. Было бы нелепо судить по «МД» о николаевской России. Мир Г. утверждается своими законами, и его маски каждая живее настоящих людей.
Когда автор читал первые главы П., тот сначала смеялся, а под конец стал мрачен. «Боже, как грустна наша Россия,» - произнес он тоскливо. «П. не заметил, что это – карикатура и моя собственная выдумка! - восклицал Г.
Словесная ткань «МД» чрезвычайно сложна. Г. не пропускал гримасы. В этой нарочитой торжественности – глубокая ирония. Г. уничтожает своих героев смехом: Чичиков надевает свой фрак «брусничного цвета с искрой» - и клеймо пошляка навсегда ложится на него. Ирония и «натуральная живопись» превращает людей в манекены, вечно показывающие все те же механические жесты; жизнь умерщвлена и разъята на бесчисленное множество бесчисленных мелочей. Воистину, царство «МД»!
1845 – самый трагический год в жизни Г.: вдохновение его покидает и работа над «МД» превращается в чудесную мечту, начинаются нервные припадки. В отчаянии он решает, что его призвание – религиозно-нравственная проповедь. Он издает сборник статей «Избранные места из переписки с друзьями». Их духовно-общественное значение не было понято современниками, и на него обрушились враги и друзья. А между тем. В «Переписке» были намечены все черты, характерные великой русской литературе: ее религиозно-нравственный пафос и мессианство. От Г. все глубины нашей словесности.
Перед русским читателем поставлены вопросы религиозно-нравственной культуры. «Мне ставят в вину , что я заговорил о Боге… Как молчать, сами камни готовы возопить о Боге?». Провал «переписки» автор истолковывает как личный грех: он томится чувством богооставленности; идет в Св. Землю, чтобы замолить свои грехи и грехи России. Но сердце его остается черствым.
В ночь на 12 февраля 1852 года Г. сжигает второй том «МД». Утром у него обнаружилась жестокая нервная горячка, и 21 февраля, в четверг, его не стало…
Так кто же такой Г.? Г. – объективный, созерцательный, всеобъемлющий эпический поэт, русский Гомер.
Гоголь – социальный романист, великий сатирик, гуманистически проповедующий «любовь великим слово отрицания», создающий антологии нарицательных народных типов.
Гоголь – религиозный моралист, подвижник и мистик, творчество которого становится выражением его страхов и кошмаров.
Гоголь – светлый художник, прозаик чистого искусства, настолько оригинально и «вкусно» описывающий мир, что чтение его вызывает «блаженное мурлыканье».
Так что, глядя на творчество Г. глазами его наследников, других читателей и почитателей, мы можем выбрать свою позицию: плакать, смеяться, восхищаться метафорами или задуматься о религиозных проблемах и духовном подвиге писателя.
Есть ироническая эпиграмма, отражающая развитие физической карты мира:
Был этот мир, глубокой тьмой опутан.
«Да будет свет!». И вот явился Ньютон.
Но Сатана недолго ждал реванша:
Пришел Эйнштейн – и стало все, как раньше.
В литературе, в творчестве великих писателей, происходит что-то подобное. Создателем новой картины мира, впервые давший названия вещам, был П.
Дальше путь русской литературы раздваивается.
Лермонтов идет вглубь, психологически развивая пушкинскую картину мира, усложняя ее. Центром художественного мира оказался одинокий герой, внутренний человек, находящийся в бесконечной вражде с самим собой, ищущий применения своей недюжинной силе, мечтавший о вечно живом сне, лишь иногда примиряющийся с миром при виде женской красоты, русского пейзажа, крестьянской пляски.
Путь Г. оказался движением вширь. Пушкинское творчество становится для Г. основой грандиозной живой картины современной России, данной во множестве разнообразных подробностей, органически включающих мистику, сны, фантастику.
П. начертил литературную карту и обозначил на ней контуры морей и континентов.
Г. раскрасил ее, превратив в живописный наглядный рельеф. Л. вписал в нее психологически противоречивый портрет современного человека.
Так исторически мгновенно возник великий деятель, ставший фундаментом новой литературы, - не только образцом и ориентиром для писателей нескольких поколений, но и легендой, мифом, отразившемся во множестве драм, стихов, рассказов и романов.
Прошло несколько десятилетий, и эпоху П., Л. и Г. назовут «золотым веком» РЛ. Такой она и осталась навсегда.
Уже второе поколение русских реалистов, людей сороковых, осознали, что этот век позади, но они получили огромное наследство, которым необходимо было правильно воспользоваться.

Приложенные файлы


Добавить комментарий