Зошченко 3


Зощенко Михаил Михайлович
(1894— 1958)
Родился 10 августа 1894 г. в Петербурге в семье художника.
В 1913 г. поступил на юридический факультет Петербургского университета. К этому времени относятся первые литературные опыты Зощенко (заметка о современных писателях, наброски новелл).
В 1915 г., во время Первой мировой войны, он добровольцем ушёл на фронт, командовал батальоном, стал Георгиевским кавалером.
В 1917 г. вернулся в Петербург, в 1918 г., несмотря на болезнь сердца, пошёл добровольцем в Красную армию. После Гражданской войны в 1919 г. Зощенко занимался в творческой студии при издательстве «Всемирная литература» в Петрограде, руководимой К. И. Чуковским.
В 1920—1921 гг. появились его рассказы.
В 1921 г. Зощенко стал членом литературного кружка «Серапионовы братья». Первая книга писателя вышла в 1922 г. под названием «Рассказы Назара Ильича, господина Синебрюхова». Затем появились «Разнотык» (1923 г.), «Аристократка» (1924 г.), «Весёлая жизнь» (1924 г.). Публикация их сразу сделала автора знаменитым.
К середине 20-х гг. XX в. Зощенко стал одним из самых популярных писателей в России.
В 1929 г. он издал книгу «Письма к писателю», в которой от лица разных граждан рисовал многие негативные стороны советского быта. Сам он по этому поводу замечал: «Я пишу только на том языке, на котором сейчас говорит и думает улица». После выхода книги режиссёру В. Э. Мейерхольду было запрещено ставить пьесу Зощенко «Уважаемый товарищ» (1930 г.).
Произведения Зощенко, выходящие за рамки «положительной сатиры на отдельные недостатки», перестали печатать. Однако сам писатель всё чаще высмеивал жизнь советского общества.
Постановление ЦК ВКП(б) «О журналах „Звезда” и „Ленинград”» от 14 августа 1946 г. привело к запрету на издание произведений Зощенко и к травле писателя.
Следствием этой идеологической кампании стало обострение у Михаила Михайловича душевной болезни. Восстановление его в Союзе писателей после смерти И. В. Сталина (1953 г.) и издание первой после долгого перерыва книги (1956 г.) лишь на время облегчили его состояние.
Умер 22 июля 1958 г. в Ленинграде, похоронен в Сестрорецке.

МИХАИЛ  ЗОЩЕНКОБЕДА
Егор Иваныч, по фамилии Глотов, мужик из деревни Гнилые Прудки, два года копил деньги на лошадь. Питался худо, бросил махорку, а что до самогона, то забыл, какой вкус в нём. То есть как ножом отрезало — не помнит Егор Иваныч, какой вкус, хоть убей.
А вспомнить, конечно, тянуло. Но крепился мужик. Очень уж ему нужна была лошадь.
«Вот куплю,— думал,— лошадь и клюкну тогда. Будьте покойны».
Два года копил мужик деньги и на третий подсчитал свои капиталы и стал собираться в путь.
А перед самым уходом явился к Егору Иванычу мужик из соседнего села и предложил купить у него лошадь. Но Егор Иваныч предложение это отклонил. И даже испугался.
— Что ты, батюшка! — сказал он.— Я два года солому жрал — ожидал покупки. А тут накося — купи у него лошадь. Это вроде как и не покупка будет... Нет, не пугай меня, браток. Я уж в город лучше поеду. По-настоящему чтобы.
И вот Егор Иваныч собрался. Завернул деньги в портянку, натянул сапоги, взял в руки палку и пошёл.
А на базаре Егор Иваныч тотчас облюбовал себе лошадь.
Была эта лошадь обыкновенная, мужицкая, с шибко раздутым животом. Масти она была неопределённой — вроде сухой глины с навозом.
Продавец стоял рядом и делал вид, что он ничуть не заинтересован, купят ли у него лошадь.
Егор Иваныч повертел ногой в сапоге, ощупал деньги и, любовно поглядывая на лошадь, сказал:
— Это что ж, милый, лошадь-то, я говорю, это самое, продаёшь ай нет?
— Лошадь-то? — небрежно спросил торговец.— Да уж продаю, ладно. Конечно, продаю.
Егор Иваныч тоже хотел сделать вид, что он не нуждается в лошади, но не утерпел и сказал, сияя:
— Лошадь-то мне, милый, вот как требуется. До зарезу нужна мне лошадь. Я, милый ты мой, три года солому жрал, прежде чем купить её. Вот как мне нужна лошадь... А какая между тем цена будет этой твоей лошади? Только делом говори.
Торговец сказал цену, а Егор Иваныч, зная, что цена эта не настоящая и сказана, по правилам торговли, так, между прочим, не стал спорить. Он принялся осматривать лошадь. Он неожиданно дул ей в глаза и в уши, подмигивая, прищёлкивая языком, вилял головой перед самой лошадиной мордой и до того запугал тихую клячу, что та, невозмутимая до сего времени, начала тихонько лягаться, не стараясь, впрочем, попасть в Егора Иваныча.
Когда лошадь была осмотрена, Егор Иваныч снова ощупал деньги в сапоге и, подмигнув торговцу, сказал:
— Продаётся, значится... лошадь-то?
— Можно продать,— сказал торговец, несколько обижаясь.
— Так... А какая ей цена-то будет? Лошади-то?
Торговец сказал цену, и тут начался торг.
Егор Иваныч хлопал себя по голенищу, дважды снимал сапог, вытаскивая деньги, и дважды надевал снова, божился, вытирал рукой слёзы, говорил, что он шесть лет лопал солому и что ему до зарезу нужна лошадь,— торговец сбавлял цену понемногу. Наконец в цене сошлись.
— Бери уж, ладно,— сказал торговец.— Хорошая лошадь. И масть крупная, и цвет, обрати внимание, какой заманчивый.
— Цвет-то... Сомневаюсь я, милый, в смысле лошадиного цвету,— сказал Егор Иваныч.— Неинтересный цвет... Сбавь немного.
— А на что тебе цвет? — сказал торговец.— Тебе что, пахать цветом-то?
Сражённый этим аргументом, мужик оторопело посмотрел на лошадь, бросил шапку наземь, задавил её ногой и крикнул:
— Пущай уж, ладно!
Потом сел на камень, снял сапог и вынул деньги. Он долго и с сожалением пересчитывал их и подал торговцу, слегка отвернув голову. Ему было невыносимо смотреть, как скрюченные пальцы разворачивали его деньги.
Наконец торговец спрятал деньги в шапку и сказал, обращаясь уже на вы:
— Ваша лошадь... Ведите...
И Егор Иваныч повёл. Он вёл торжественно, цокал языком и называл лошадь Маруськой. И только, когда прошёл площадь и очутился на боковой улице — понял, какое событие произошло в его жизни. Он вдруг скинул с себя шапку и в восторге стал давить её ногами, вспоминая, как хитро и умно он торговался. Потом пошёл дальше, размахивая от восторга руками и бормоча:
— Купил!.. Лошадь-то... Мать честная... Опутал его... Торговца-то...
Когда восторг немного утих, Егор Иваныч, хитро смеясь себе в бороду, стал подмигивать прохожим, приглашая их взглянуть на покупку. Но прохожие равнодушно проходили мимо.
«Хоть бы землячка для сочувствия... Хоть бы мне землячка встретить»,— подумал Егор Иваныч.
И вдруг увидел малознакомого мужика из дальней деревни.
— Кум! — закричал Егор Иваныч.— Кум, подикось поскорей сюда!
Чёрный мужик нехотя подошёл и, не здороваясь, посмотрел на лошадь.
— Вот... Лошадь я, этово, купил! — сказал Егор Иваныч.
— Лошадь,— сказал мужик и, не зная, чего спросить, добавил:
— Стало быть, не было у тебя лошади?
— В том-то и дело, милый,— сказал Егор Иваныч,— не было у меня лошади. Если б была, не стал бы я трепаться... Пойдём, я желаю тебя угостить.
— Вспрыснуть, значит? — спросил земляк, улыбаясь.— Можно. Что можно, то можно... В «Ягодку», что ли?
Егор Иваныч качнул головой, хлопнул себя по голенищу и повёл за собой лошадь. Земляк шёл впереди.
Это было в понедельник. А в среду утром Егор Иваныч возвращался в деревню. Лошади с ним не было. Чёрный мужик провожал Егора Иваныча до немецкой слободы.
— Ты не горюй,— говорил мужик.— Не было у тебя лошади, да и эта была не лошадь. Ну, пропил — эка штука. Зато, браток, вспрыснул. Есть что вспомнить.
Егор Иваныч шёл молча, сплёвывая длинную жёлтую слюну.
И только, когда земляк, дойдя до слободы, стал прощаться, Егор Иваныч сказал тихо:
— А я, милый, два года солому лопал... зря...
Земляк сердито махнул рукой и пошёл назад.
— Стой! — закричал вдруг Егор Иваныч страшным голосом.— Стой! Дядя... милый!
— Чего надо? — строго спросил мужик.
— Дядя... милый... братишка,— сказал Егор Иваныч, моргая ресницами.— Как же это? Два года ведь солому зря лопал... За какое самое... За какое самое это... вином торгуют?
Земляк махнул рукой и пошёл в город.
1923
Вопросы и задания:
-Какой он, герой рассказа? Что за человек?
-Почему он отказывается от покупки лошади у мужика из соседнего села?
-Как вы охарактеризуете действия героя на базаре? Почему он себя так вёл?
-Вспомните, как герой шёл со своей покупкой домой?
-Что же с ним произошло и почему?
- Зачем автор показал в рассказе равнодушие окружающих к радости и горю героя?
-А что в тексте указывает на глубину его переживаний?
-Что вызывает в этой истории смех, раздражение, слёзы?
-Кто виноват в том, что всё так печально закончилось?
-Как вы думаете, от каких «обывательских черт» надо было бы избавиться мужику?
-Над чем смеётся и над чем горюет автор рассказа?
-Как вы думаете, актуальны ли рассказы М.Зощенко сегодня и почему?
-Так что же характерно для рассказа М.Зощенко: юмор или сатира?

Приложенные файлы

  • docx zoshchenko_3_
    Размер файла: 23 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий