Внеклассное мероприятие по гео и лт


Внеклассное мероприятие – путешествие
Н.Гумилёв-поэт, путешественник.
«Муза дальних странствий»
Разработали:
Айметдинова Н.И, учитель русского языка и литературы.
Николаева Ольга Анатольевна, учитель русского языка и литературыМБОУ «СОШ №38»г.Казани, Республики Татарстан.
Цели:
познакомить учащихся с творчеством поэта –путешественника, способствовать проникновению в тайны поэтического мастерства, пробудить интерес к изучению творчества Н.Гумилёва, развитие умений выразительного чтения.
Эпиграф у уроку
На, владей волшебной скрипкой ,Посмотри в глаза чудовищ
И погибни страшной смертью скрипача!
Н.Гумилёв
Ход занятия .Методические рекомендации:
(все слова распределяются между чтецами на усмотрение учителя).
Вступительное слово учителя .Кто из нас не мечтает о дальних странствиях? Необычное, далёкое, непредсказуемое - привлекает юную душу сильнее любого магнита. Особенно - если у человека сердце настоящего романтика. Тем более , когда он - поэт...Шекспир писал гениальные произведения, действия которых разворачивались в странах, где сам автор не был никогда : Италия, Дания, Средиземноморье...
Пушкин Александр Сергеевич всю жизнь мечтал побывать за рубежами Российской империи, подумывал и о побеге даже, когда находился в ссылке в Михайловском, однако далее приграничных областей Турции так нигде и не побывал...
Увы, не всегда даже самому известному и именитому поэту удаётся лично участвовать в настоящем далёком путешествии, тем более очутиться там, где ещё не ступала нога современного человека, куда не докатилось эхо цивилизованного мира. И всё-таки был среди больших русских поэтов один, которому довелось побывать в таких далёких от России неведомых краях, где до него не видели живьём ни одного белого человека. Он стал первопроходцем и первооткрывателем. Звали его Николай Степанович Гумилёв. Он странствовал по Африке, был в Каире, Александрии, Аддис-Абебе, а потом в самых глухих, затерянных местах. Он открыл истоки Голубого Нила и пережил великое множество удивительных приключений. А ещё он написал замечательные стихи об этом и вообще - о многом из того, что творится на белом свете!
Да, я знаю, я вам не пара,
Я пришел из другой страны,
И мне нравится не гитара,
А дикарский напев зурны.
Не по залам и по салонам,
Темным платьям и пиджакам -
Я читаю стихи драконам,
Водопадам и облакам.
Я люблю - как араб в пустыне
Припадает к воде и пьет,
А не рыцарем на картине,
Что на звезды смотрит и ждет.
И умру я не на постели,
При нотариусе и враче,
А в какой-нибудь дикой щели,
Утонувшей в густом плюще,
Слайд «Ещё не раз вы вспомните меня»
Еще не раз вы вспомните меня
И весь мой мир волнующий и странный,
Нелепый мир из песен и огня,
Но меж других единый, необманный.
Он завоевал симпатии читателей не только силой своего таланта , оригинальностью и совершенством поэтических откровений, но и фанатичной любовью к путешествиям и странствиям, которые стали неотъемлемой частью его творчества.
Музыка Дебюсси «Море».
Однажды гимназист Коля Гумилев заполнял «анкету», составленную девочкой, к которой был неравнодушен. В графе «любимое растение», где ее подружки называли розу или ромашку, он смело написал: «Баобаб». Любимый писатель — Густав Эмар. А любимое блюдо — совсем уж экзотический «канандер». Узнав на следующий день от взрослых, что сорт сыра, который он имел в виду, на самом деле называется «камамбер», Коля очень страдал и строил планы похищения «анкеты» у хозяйки...
Мальчишеское видение мира через призму экзотики так и не оставило Николая Гумилева.последний прижизненный сборник, который поэт держал в руках, — «Шатер» («Огненного столпа», изданного в 1921 году, он уже не увидел), — возвращает нас в Африку.
Гумилев не успел состариться, когда его расстреляли, ему было всего 35 лет. Не успел он и по-настоящему повзрослеть, «перерасти» мальчишеское упоение львами и баобабами. Зато успел — и это вполне закономерно — трижды побывать в Африке, и не туристом, а в качестве исследователя-этнографа. В общей сложности, по его же собственным подсчетам, Николай Гумилев провел на Черном континенте целых два года.

В Париж Николай прибыл 21 июля (3 августа) 1907 года в крайней степени психического и нервного напряжения. Это и был тот тупик отношений с Ахматовой, чуть было не завершившийся его гибелью. Её необъяснимый и неожиданный отказ выйти за него замуж Гумилёв воспринимает как катастрофу всей жизни, и мысль о смерти представляется единственно правильной. Близ Трувиля в Нормандии он пытается утопиться в Атлантическом океане. Не получилось! Снедаемый болью унижения, он предпринимает вторую попытку. Опять неудачно!
Отвлечься от тягостного состояния помогает работа. Гумилёв начинает увлекаться Африкой, много читает о ней. И пишет. Если в стихотворении «Зараза», отправленном В. Брюсову в октябре 1907 года, есть только намёки на возможное посещение им Каира в первое морское плавание, то вдругом, впоследствии вошедшем в сборник под названием «Носорог», уже чувствуется обдумывание путешествия в Африку.
Видишь, мчатся обезьяны
С диким криком на лианы,
Что свисают низко, низко,
Слышишь шорох многих ног?
Это значит – близко, близко
От твоей лесной поляны
Разъярённый носорог…
В конце лета 1907 года в Париж к Гумилёву с целью завершения образования приехал брат Анны Горенко Андрей, вселивший в него надежду на улучшение его отношений с сестрой. Николай мчится в Россию. Но ожидаемого примирения с любимой не получилось. Охваченный очередным приступом разочарования, он предпринимает ещё одну попытку оставить, как ему казалось, никчемную жизнь. На этот раз с помощью яда.
Что тут сказать? Вероятно, яд всё-таки не был Гумилёвым принят. Так или иначе, он справился с хандрой, снова окунулся в работу и стал морально готовиться к поездке в Африку. Она постепенно входит в его творчество и становится больше чем темой – навязчивой идеей. Он пишет «Озеро Чад»:
На таинственном озере Чад
Посреди вековых баобабов
Вырезные фелуки стремят
На заре величавых арабов…
В апреле 1908 года Гумилёв, достаточно истосковавшись по России, покидает Париж. А в сентябре, располагая весьма скромной суммой денег, он отправляется в путешествие. Изначально его план ограничивался посещением Греции и Италии. Однако чуть позже, побывав в Афинах и прилегающих к ним местах, он меняет намерения в пользу Африки, оставляя Италию «на потом».
Посетив в Киеве Анну Горенко, 10 сентября поэт прибывает в Одессу и в тот же день на пароходе «Россия» отплывает по маршруту Одесса – Синоп. Потом Константинополь, Пирей, Афины. И в начале октября его взору предстает Северная Африка. Из поездки он вернулся 9 (22) ноября 1908 года. Она была, можно сказать, туристической, ознакомительной. Но лиха беда начало. Тогда и появилась настоящая жажда Африки, его африканская болезнь.
Он стремился на континент, чьи очертания на карте напоминали ему исполинскую грушу, повисшую на дереве Евразии.
Слайд по географии: «груша»
Поэт представлял себе встречи с вождями племён одетыми в леопардовые шкуры, с деревнями, в которых поклоняются деревянным идолам, с подстерегающими его в джунглях львами.
И проходят по морю огромные океанские пароходы из Суэцкого канала. И прекрасно оно ночами, когда звенит, словно музыка, его сияющая волнами поверхность.
Изумрудная долина Нила , раскидистые веера пальм, многочисленные каналы , струящиеся вдоль выложенных глиной берегов и бурлящие возле Дамьетских скал - всё это напоминает поэту иллюстрации из старинной сказочной книги, которую он разглядывал в детстве морозными зимними вечерами. Знаменитые пирамиды - гробницы фараонов Египта, загадочный Сфинкс, сверкающие в небесах пышные созвездия - всё поражало воображение молодого поэта!
В Каире ему запомнился своей высотой и великолепием минарет мечети султана Гассана . Внутреннему взору Гумилёва представлялись многочисленные невольницы из дальних северных стран, томящиеся в гареме султана. А вечерами в каирских кофейнях он слушал стихи арабских поэтов, наслаждаясь мелодичностью их голосов и бесподобным ароматом огненного кофе.
... Африка вдохновила его на неповторимые стихи. Тяга к ней была так велика, что осенью 1910 года поэт вновь отправляется туда. На этот раз - в Абиссинию. Так называли тогда в Европе Эфиопию, удивительную горную страну, которая не покорилась и не стала ничьей колонией в эпоху полной колонизации Африки. Это было независимое государство, управляемое своим императором Менеликом, которого называли «негус», ибо так называется император на эфиопском языке.
Гумилёва интересовали истоки великого Нила, а Голубой Нил начинался именно там, в царстве Менелика.
Не забывайте, что именно Эфиопия - родина Абрама Ганнибала, прадеда великого русского поэта Пушкина! Кстати, это единственная страна на африканском континенте, где исповедуют православие.
Из письма к М. Кузьмину, отправленному из Харрара:
«…Вчера сидел 12 часов на муле (70 км), сегодня мне предстоит ехать еще 8 часов (50 км), чтобы найти леопардов. …сегодня ночью мне предстоит спать на воздухе, если вообще придётся спать, потому что леопарды показываются обыкновенно ночью. Здесь есть и львы, и слоны, но они редки, как у нас лоси, и надо надеяться на своё счастье, чтобы найти их.
Я в ужасном виде: платье изорвано колючками мимоз, кожа обгорела и медно-красного цвета, левый глаз воспалён от солнца, нога болит, потому что упавший на горном перевале мул придавил её своим телом. Но я махнул на всё рукой… я доволен своей поездкой. Она меня пьянит, как вино…»
Поэт описывает далёкую экзотическую страну, представшую перед его взором тогда, в начале ХХ века. Он рассказывает о ней, как о львице, отдыхающей на четырёх плоскогорьях между берегом Красного моря и таинственными лесами Судана. Север Эфиопии в представлениях Гумилёва - это бесконечные болота, где кишат чёрные змеи и обитает жёлтая лихорадка. Над этими болотами возвышаются дикие сумрачные горные хребты, покрытые лесом, с многочисленными пропастями и ущельями, над которыми сияют снежные вершины. Южнее находится плодоносное Амхарское плоскогорье, где в деревнях сеют пшеницу и косят траву для домашнего скота, где порой в табуны забредают дикие зебры, а вечерами разносятся гортанные песни и слышны звуки багана - абиссинского струнного музыкального инструмента.
Там поют абиссинцы о прежних временах, когда над озером Тана горделиво возвышалась древняя эфиопская столица Гондар. В этом городе богословы разговаривали стихами, а живописцы когда-то создавали портрет царя Соломона и царицы Савской рядом с ручным львом. Так гласила старинная легенда о библейских временах и героях, называя Эфиопию-Абиссинию родиной царицы Савской, пленившей умом и красотой мудрого библейского царя Соломона.
Могло ли сердце романтика и поэта Николая Гумилёва не увлечься такой далёкой и удивительной страной?
«Колдовская страна! Ты - на дне котловины
Задыхаешься , солнце палит с высоты,
Над тобою разносится крик ястребиный,
Но в сиянье заметишь ли ястреба ты?
Пальмы, кактусы, в рост человеческий травы,
Слишком много здесь этой палёной травы.
Осторожнее! В ней притаились удавы,
Притаились пантеры и рыжие львы.
По обрывам и кручам дорогой тяжёлой
Поднимись, и нежданно увидишь вокруг
Сикоморы и розы, весёлые сёла
И широкий, народом пестреющий луг...
Поднимись ещё выше: какая прохлада!
Словно позднею осенью, пусты поля,
На рассвете ручьи замерзают , и стадо
Собирается в кучи под кровлей жилья.
Павианы рычат средь кустов молочая,
Перепачкавшись в белом и липком соку,
Мчатся всадники, длинные копья бросая,
Из винтовок стреляя на полном скаку.
И повсюду верху и внизу караваны
Дышат солнцем и пьют неоглядный простор,
Уходя вдо сих пор неоткрытые страны
За слоновою костью и золотом гор...
И я вижу, как южное солнце пылает,
Леопард, изогнувшись, ползёт на врага,
И как в хижине дымной меня поджидает
Для весёлой охоты мой старый слуга.»Африка обладает колоссальной притягательной силой, такой, какая присуща не многим местам на Земле.
Маршрут поэта в Абиссинию пролегал морем
Слайд «Красное море»
«Красное море – бесспорно часть Африки, и ловля акулы в Красном море может быть прекрасным вступлением к африканским охотам». И это не натуралистическая сцена, а умело и художественно отображенная сторона жизни, типичная для его времени и самой Африки. Вот почему так живы строчки, родившиеся там, на Красном море:
Здравствуй, Красное море, акулья уха,
Негритянская ванна, песчаный котёл.
На твоих берегах, вместо влажного мха,
Известняк, как чудовищный кактус, расцвёл.
Из лесистых ущелий приходят слоны,
Чутко слушая волн набегающих гул,
Обожать отраженье ущербной луны,
Подступают к воде и боятся акул…
Во время своих путешествий русский поэт проник в самые отдалённые глухие уголки Эфиопии, где местные племена постоянно враждовали между собой. Однажды, ему даже удалось лично участвовать в примирении враждующих сторон. Но, если было необходимо, Гумилёв сам вступал в сражения. Он шёл в битву, не боясь смерти.
Из второго путешествия в Абиссинию Н. Гумилёв прибыл в конце февраля 1911 года. Он привёз много впечатлений, а вместе с ними болотную лихорадку, которая, хоть и потрепала его, но не вызвала отрицательного отношения к Африке.
До 1913 года он напряжённо занимался литературной работой. В числе его знакомых появляются учёные: историки, этнографы, путешественники. Общение с ними, словно свежий ветерок, раздувает пламя приключений. И у него появляется идея поехать в Абиссинию в качестве представителя Санкт-Петербургского музея антропологии и этнографии. Гумилёв получает согласие Академии наук на командировку на Сомалийский полуостров с конкретной задачей изучения жизненных устоев сомалийских племён и сбора коллекции предметов восточноафриканского быта.
Весь март 1913 года прошёл в сборах. Гумилёв заводит дневник, в котором пишет: «Приготовления к путешествию заняли месяц упорного труда. Надо было достать палатку, ружья, сёдла, вьюки, удостоверения, рекомендательные письма и пр. и пр. …Право, приготовления к путешествию труднее самого путешествия».
Основное путешествие началось 4 (17) июня 1913 года. Подготовка была закончена, получены необходимые разрешения, запасён провиант, подобраны ашкеры. Наверное, нет особой надобности подробно останавливаться на всем маршруте путешествия. Он был сложным. Наиболее тяжко дался участок, пролегающий по пустыне.
Слайд «пустыня»
Все пустыни друг на друга от века родны,
Но Аравия, Сирия, Гоби –
Это лишь затиханье сахарской волны
В сатанинской воспрянувшей злобе.
И звенит и поет, поднимаясь, песок,
Он узнал своего господина,
Воздух меркнет, становится солнца зрачок,
Как гранатовая сердцевина.
И стоит караван, и его проводник
Всюду посохом шарит в тревоге,
Где-то около плещет знакомый родник,
Но к нему он не знает дороги.
Вода встречалась редко, ночевать приходилось частенько без палатки на камнях, в лесу при наличии змей и скорпионов.
Гумилёв отмечал, что охотой они занимались не только ради добычи пропитания, но и в научных целях, для сбора зоологических экспонатов.
А вот запись второй переправы через Уаби: «Кричали и стреляли, чтобы спугнуть крокодилов, потом пустились вплавь. Крокодилы кружились тут же и пугали мулов, которые начали тонуть и нестись по течению. С Коли, мул которого опрокинулся, крокодил сорвал гетру, другого мальчика он схватил за палец. Мокрые, мы вылезли и долго голые сушились на берегу. Потом ловили рыбу. Поймали 14 белых, двух чёрных с усами. Клёв чудный».
Из экспедиции возвратились во второй половине сентября 1913 года. Её считали успешной. В общей сложности 128 предметов, представлявших несомненную научную ценность, пополнили бесценные фонды музея. Из Африки Гумилёв привез много чего. В его царскосельском доме появился чудный экземпляр чучела чёрной пантеры. Анна Гумилёва вспоминала: «Эту огромную пантеру, чёрную, как ночь, с оскаленными зубами, поставили в нишу между столовой и гостиной, и её хищный вид производил на многих прямо жуткое впечатление. Коля же всегда ею любовался. Помню, как Коля первый показал мне свою пантеру. Меня поразил этот зверь с жёлтыми зрачками. Первый момент я подумала, что она живая. Коля был способен и живую пантеру привезти! И тут же, указывая на пантеру, Коля громко продекламировал:
«А ушедший в ночные пещеры,
Или в заводи тихой реки
Повстречает свирепой пантеры
Наводящие ужас зрачки…»
Именно это и было для поэта самым ценным, что он вывез из Африки, – незабываемые ощущения, переживания и впечатления, легшие в основу родившейся «музы дальних странствий» и «поэтической географии». : Настоящее произведение поэтического искусства декларировал Гумилев в статье «Наследие символизма и акмеизма» (1913), должно быть совершенным, отточенным, как лезвие бритвы. Достижимо ли это? Можно ли превратить теоретические выкладки в реальность стиха? Это достижимо, утверждал Гумилев, если поэт станет героем, выбирающим трудный и опасный путь. Оставалось только подтвердить это своей жизнью. И Гумилев это сделал. Приходилось ломать свой характер, подчинить всё высокой цели, отказывать в любви, в обыкновенных земных радостях. От природы робкий, физически слабый, но приказал себе стать сильным и решительным, отправиться в длительные путешествия, стать охотником на львов и носорогов, пойти добровольцем на фронт империалистической войны и получить за храбрость 2 солдатских Георгия.А теперь мы поговорим о поэтике Гумилева. Следует отметить, что уже в раннем творчестве поэта наметились основные (исключительно «гумилевские») черты, которые, так или иначе изменяясь и совершенствуясь, прошли через все его сборники и составляли неповторимый облик его поэтики.
Что же это за черты?
Безусловно, романтический дух большинства его произведений, обусловивший выбор определённой системы художественных средств, образной структуры композиций, сюжета, поэтической речи. Презрение к миру денежных интересов, духовной бездеятельности, побуждали создавать героев по контракту с современниками героев, одухотворённых идеями дерзкими, рискованными, охваченными неистовой страстью к переменам, открытиям, борьбе.
Стих « Путь конквистадора»
Второй особенностью поэзии Гумилева является отточенность, филигранность формы, изысканность рифм, гармония, благозвучие звуковых повторов. Начиная с «Пути конквистадоров» и кончая «огненным », поэт неизменно шел одной и той же дорогой к совершенству формы, к магии слова, к деспотическому овладению стихом» -
А теперь внимательно послушайте стихотворение и попробуем его проанализировать.
Стихотворение «Мореплаватель павзаний»
Слайд «Мореплаватель павзаний»
Верный своей избраннице – Музе Дальних Странствий, поэт посвящает свое стихотворение греческому мореплавателю (2 век). После опасного плавания его корабль достиг берегов Римской империи. Час заката. Величественно и прекрасно изменяющееся море. Покачивается на волнах корабль. Император осматривает экзотические подарки, которые привез из заморских стран мореплаватель.
Как поэт достигает художественной красоты изображаемого. Проведем лексический и фонетический анализ. Бросается в глаза общие прилагательные, обозначающие цвет: золотой, пурпурный, мраморный, изумрудный, серебряный. Существительное море и крокодил тоже имеют стойкие цветовые ассоциации. Для более сильного эффекта и то, и другое существительное употребляется в тексте трижды. Дополняет цветовую гамму звуковой повтор гласного (у) во второй и третьей строфах, где нарисована картина море, этот гласный повторяется 9 раз. По замыслу поэта, этот звуковой повтор должен напомнить стихотворение зеленым цветом. Вспомним его перевод стихотворения Артюра Рембо «Гласные».
А – черно, бело – Е; У – зелено, О – сине, И – красно… Я хочу открыть рождение гласных.И далее У – дивные круги море зеленоватых.
Третьей характерной чертой творчества поэта является его пристрастие к экзотике.
Гумилев очень любил наблюдать за экзотическими животными, учась в Сорбонне, он очень часто приходил полюбоваться на диких животных в зоопарках. А позднее встречался с ними уже на природе в Африке.
Стих. «Попугай». Слайд.
Поражает глубокое знание повадок животных, точность рисунков, напоминающих лучшие работы художников-аниматоров. Поэт нередко наделяет героев чувствами и мыслями своих четвероногих героев, иногда говорит от них имена, как бы соединяясь с ними в неделимое целое.
романс «Жираф» Слайды.
«Гогеновская» черта возникла у поэта в результате поисков земли обетованной. Огромное влияние на Гумилева оказали полотна французского художника. Гумилев был потрясен буйными красками тропической растительности, полусказочными животными. Все это влекло в неведомые страны неуемную фантазию.
Гумилёв не побывал на Таити , но был Африке и сумел превратить в реальность
Озеро Чад.
исполняется инсценированный африканский танец.
Сколько поэтов потеряла Россия! Как воскресить их? Живой водой воистину может стать прикосновение к их стихам, наша память о них! Только тогда расцветут «сады души» погибших поэтов и удивят нас своей красотой и благородством.
Сады души моей.
Сколько поэтов потеряла Россия! Как воскресить их? Живой водой воистину может стать прикосновение к их стихам, наша память о них! Только тогда расцветут «сады души» погибших поэтов и удивят нас своей красотой и благородством.
После возвращения из экспедиции он снова обращает свой взор к «музе дальних странствий», к Африке. Выходят его сборники «Колчан», драматическая поэма «Гондла», «К синей звезде», «МИК. Африканская поэма», «Костёр», «Огненный столп»… Африка наполнила его стихи флорой, фауной и охотой. В них живут бегемоты и гиены, леопарды и слоны, львы и носороги, крокодилы и грифы…
Сборник «Шатёр» полностью посвящён Африке. Он издавался ещё при жизни поэта. К Африке он обращался как к живому человеку в надежде, что она в благодарность за песни о ней увековечит его имя и даст последний приют его телу:
Дай за это дорогу мне торную
Там, где нету пути человеку,
Дай назвать моим именем чёрнуюДо сих пор неоткрытую реку…

Приложенные файлы


Добавить комментарий