Пермская губерния в годы Первой мировой войны


Краевое государственное автономное бюджетное профессиональное образовательное учреждение
«Краснокамский политехнический техникум»
Учебное пособие
Пермская губерния в годы Первой мировой войны
Выполнила: Проскурякова Елена Николаевна
Оглавление
Введение 3
Глава 1. Тыл 4
Экономика Пермской губернии в годы первой мировой войны 4
Госпитали и лазареты Пермской губернии 9
Общественные настроения в Пермской губернии в годы Первой мировой войны. Деятельность местных комитетов ВЗС и ВГС 13
Церковь в годы войны 19
Пермская пресса в годы Первой мировой войны 22
Глава 2. Фронт 25
Жители Пермской губернии на полях сражений Первой мировой войны 25
194 пехотный Троицко-Сергиевский полк 29
Заключение 35
Список использованной литературы и источников 36
Введение
19 июля (1 августа по новому стилю) 1914 года Россия вступила в Первую мировую войну, унесшую миллионы жизней. В войну, которую назвали вначале Великой, Второй Отечественной. Эту войну можно воспринимать как угодно, но она стала важной исторической вехой в жизни страны и отдельных регионов.
Влияние Первой мировой войны на жизнь Пермской губернии освещено в исторической литературе незначительно. В советское время не видели смысла подробно изучать войну, считавшейся империалистической, тем более что многие ее герои впоследствии стали ярыми противниками большевистской революции и сражались на стороне «белых». Войну изучали преимущественно в контексте причин революции 1917 года и событий Гражданской войны. Краткие упоминания о войне проскальзывали в биографиях видных деятелей страны. В последнее время интерес к этому важному явлению в истории нашей страны возрос. К 100-летию с начала Первой мировой войны пермские телеканалы показали ряд передач в цикле «Неизвестная война» и действительно для большинства жителей Пермского края эта война остаётся неизвестной до сих пор. В краеведческих сборниках сведения по ней, по-прежнему, фрагментарные, в учебниках по истории Прикамья совсем нет глав, посвящённых этой войне.
Пермская губерния находилась в тылу войны, но её жители были на полях сражений, своим трудом обеспечивали армию всем необходимым. Я попыталась объединить весь собранный материал и осветить все основные сферы жизни Пермской губернии в этот период, а в частности тех районов, которые входит сейчас в состав Пермского края. Этот материал можно будет использовать при изучении истории родного края.
При выполнении исследовательской работы были использованы материалы газет «Пермская земская неделя», «Пермская жизнь», материалы «Пермских Епархиальных ведомостей» за 1914-1916 годы. Статьи этих периодических изданий позволяют почувствовать общественные настроения того периода, а также содержат материал о проведении различных благотворительных мероприятий, распоряжения местных властей.
Информационно-аналитическое издание фонда исторической перспективы «Столетие» содержит информацию о работе промышленных предприятий Пермской губернии в военные годы, благодаря которой можно представить вклад губернии в вооружение русской армии.
Глава 1. Тыл
Экономика Пермской губернии в годы первой мировой войны
Пермская губерния была одним из развитых промышленных регионов Российской империи. Губерния в то время занимала весь средний Урал и была пятой в империи по территории и численности населения. Здесь была развита промышленность, многочисленные заводы располагались в Перми, Чусовом, Лысьве и других населённых пунктах. Преобладала горнодобывающая и металлообрабатывающая промышленность. В Кизеловском бассейне добывался уголь (в период с 1913 по 1918 годы Кизеловский район дал 4,02 млн. тонн угля), В Соликамске – соль (пермская соль составляет 20% от общерусского производства), на Березниковском заводе изготавливалась сода. В Кунгурском уезде работало более сорока кожевенных заводов.
  Самыми крупными заводами в Прикамье к началу первой мировой войны были Мотовилихинский, на котором работало 7,5 тысяч рабочих, Лысьвенский - 5 тысяч, Чусовской - 3 тысяч, Чермозский - 2,7 тысяч.
На Мотовилихинских заводах отливали пушки, изготовляли снаряды. К началу Первой мировой войны они являлись самым крупным в России государственным предприятием в этой области. Пятая часть всего артиллерийского вооружения в стране и каждая третья пушка на флоте была изготовлена там. Ежегодно с начала 20 века на заводах производилось 180 - 200 орудий и 140-150 тыс. снарядов, в годы первой мировой войны оборонная продукция возросла втрое. Уже в 1914 г. ежемесячно в Мотоволихе выпускалось 50 трехдюймовых орудий, несколько десятков 152 мм полевых гаубиц и до 10 тысяч снарядов. В итоге более 30% трехдюймовых пушек и около 70% шестидюймовых гаубиц для российской армии производилось в Мотовилихе. 
 С началом Первой мировой войны потребность в продукции уральских заводов, обслуживавших оборонную промышленность, резко увеличилась. Так на Нытвенском металлургическом заводе наладили выпуск снарядной стали и снарядные стаканы, колючей проволоки. Добрянский завод также специализировался на выпуске снарядной стали, Чусовской - на изготовление снарядов и колючей проволоки, Лысьвенский производил снаряды, шанцевый инструмент, фляги, каски.
Казенные заводы всерьез взялись за выполнение военных заказов. Они перешли на круглосуточную работу, были сокращены выходные дни, увеличилось количество рабочих. В результате уже через три месяца выпуск орудий, снарядов, шрапнели увеличился вдвое. Частные предприятия в Пермской губернии выпускали первоначально лишь подковы для лошадей, проволоку, пороховые ящики, котелки, консервную жесть. Хозяева заводов за изготовление оружия требовали от правительства оплату в 2-3 раза выше, чем действующие цены.
На Урал была направлена особая комиссия для решения данного вопроса с частными заводами. Как следствие был организован Уральский военно-промышленный комитет, образовались губернские комитеты, в том числе и Пермский.  Главой пермского военно-промышленного комитета стал Ширяев Александр Евстафьевич. Именно он координировал усилия всех предприятий, частных в том числе, для военных поставок. В годы Первой мировой войны А. Е. Ширяев призывал сограждан «дружно работать, каждый на своем рабочем месте, чувствуя пробуждение могучей обновленной России».
Уральские горнозаводчики взяли обязательство изготовить для фронта на своих частных предприятиях 2,7 млн. снарядов разных калибров, 400 тыс. мин, 260 тыс. ручных гранат, 1,5 млн. снарядных стаканов, 3,6 млн. взрывателей, 6 млн. пудов проволоки, 17 млн. пудов снарядной стали, всего продукции на 200 миллионов рублей.
Некоторые горные округа для увеличения выпуска оружия начали строительство специальных заводов. Во время Первой мировой войны в Пермь из Санкт-Петербурга был переведен завод Леснера, изготовлявший взрыватели для бомб и снарядов и боеприпасы. С деятельностью этого завода произошёл интересный случай. Не хватало деталей для взрывателей гранат и руководство завода обратилось к населению с просьбой сдать граммофонные иголки для их производства. Население откликнулось активно.
Не хватало также сырья для изготовления вооружения и боеприпасов. На призыв пермского военно-промышленного комитета отозвались различные организации, в том числе и храмы Пермской епархии. К 1916 году они собрали «старой медной монеты и меди -200 пудов, цинка, олова и свинца – 100 пудов и чугуна -700 пудов».
Целый строительный бум начался в 1915 году в связи с перестройкой промышленности на военные рельсы: строили новые предприятия, подъездные пути к ним и целые железнодорожные участки. Огромную роль в организации строительства небольших производств играло Земство.
Не хватало рабочих, специалистов, недостаток объяснялся мобилизацией их на фронт. По подсчетам историка А. П. Таняева в 1915 г. из 135,6 тыс. рабочих Урала по собственному желанию и по призыву на воинскую службу убыло 81,8 тысяч человек. Нехватку людских ресурсов испытывало практически каждое предприятие. В августе 1915 года администрация Чусовского завода писала в Уральский районный военно-промышленный комитет: «Чусовскому заводу крайне необходимы десять токарей, десять формовщиков, двадцать клепальщиков, сорок молотобойцев, двести пятьдесят чернорабочих, двести горнорабочих для добычи каменного угля, тысяча двести дроворубов для заготовки дров». В два раза больше рабочих — 5000 человек требовалось Лысьвенскому механическому заводу. Дополнительные рабочие требовались на Усольско-Левинские соляные копи гр. С.А. Строгонова (100 человек), на Чермозский (200 человек) и Кизеловский (560 человек) заводы кн. С.С. Абамелек-Лазерева.
Недостаток кадров восполнялся женщинами и подростками, затем военнопленными. По рекомендации Военного министерства и Министерства внутренних дел следовало направлять на работы в той или иной мере связанных с обороной страны только военнопленных-славян, как более лояльных к России. Славяне составляли примерно половину всех военнопленных, размещённых на территории Пермской губернии.
Для военнопленных труд был обязателен только для нижних чинов. Две трети пленных находились на заводских работах, остальные были заняты на строительстве железной дороги Казань-Екатеринбург, трудились в крестьянских хозяйствах, занимались благоустройством городов. Питание пленных должно было быть организовано работодателями. Продолжительность рабочего дня составляла в летнее время 12 часов, зимой 10 часов. Труд оплачивался сообразно местным расценкам на тот или иной вид работ. Половина заработной платы шла на оплату расходов по охране и содержанию пленных, четверть перечислялась на особый счет в депозит Министерства промышленности и торговли, остальные деньги выдавались на руки (но не более 50 копеек в день). На 1 мая 1916 г. на работах в Пермской губернии состояло 50 611 военнопленных. Из них на фабрично-заводских работах было занято 34 194 человека, на сельскохозяйственных – 5 060, на городских и земских – 913, на казенных – 5 731, на железнодорожных – 4 145 и на прочих – 568. Практически все крупные заводы губернии использовали труд военнопленных. Производительность подневольного труда оставляла желать лучшего. 30 мая 1915 г. Чердынская городская управа обратилась с жалобой к уездному воинскому начальнику. 50 пленных назначенных на распиловку дров за день сделали только 5 саженей, в то время как арестанты местной тюрьмы распиливали по сажени на человека, а вольнонаемные работники по 1,5 сажени.
Но эти меры не решали проблему, и пермский губернатор М. А. Лозина-Лозинский в апреле 1915 г. обратился в Департамент полиции Министерства внутренних дел с ходатайством о привлечении для работы на уральских заводах китайцев. С августа 1915 г. первые партии китайцев по 250-300 человек стали прибывать на Урал. По некоторым источникам численность китайцев на Урале в 1916 – начале 1917 годов в количестве от 7 до 10 тыс. человек (около 4% от общего числа работающих). Китайцы, как правило, работали на шахтах Кизела и Губахи, а также лесорубами.
В целом в период войны произошёл подъём промышленности Пермской губернии. Иначе обстояло дело с сельским хозяйством. На деревни Прикамья война подействовала разрушающе. Если рабочие оборонных предприятий с 1915 г. стали получать отсрочки от призыва в армию, то у крестьян подобных льгот не было. Всего из Пермской губернии с 1914 по 1917 год было призвано 360 тысяч человек, большинство из которых крестьяне. Почти каждый второй мужчина трудоспособного возраста был вынужден оставить свое крестьянское хозяйство ради военной службы. Доля крестьянских хозяйств, оставшихся без работников-мужчин, составила: в Пермской губернии — более 20% от общего числа дворов.
Кроме того крестьяне Осинского и Оханского уездов должны были обеспечивать казенные Воткинский и Ижевский заводы топливом (дровами). К работам должно было привлекаться трудоспособное население, с 18 до 45 лет, со своим инструментом и своими лошадьми.
На совещании, прошедшем 17 февраля 1915 года при Пермской уездной земской управе, было посылать и на сельские работы в мелкие крестьянские хозяйства, немцев и мадьяр (венгров). Так, например, согласно записям Журналов Осинского земства до конца 1915 года в уезде находилось 275 военнопленных, направленных в уезд для выполнения работ в крестьянских хозяйствах, на Осинской сельскохозяйственной ферме и торфяных заготовках. Получить в свое хозяйство работника из числа пленных мог любой крестьянин, но приоритет отдавался семьям фронтовиков. Для этого в волостном правлении принимали заявки от крестьян, пересылали их в уездное земство, которое ходатайствовало перед военными властями об отпуске необходимого количества рабочих рук. За пользование трудом пленных взималась плата, размер которой устанавливался по усмотрению местных земств. Например, в Чердынском уезде она первоначально составляла 15 рублей, а потом уменьшена до 9 рублей в месяц.
Сельское хозяйство Пермской губернии в связи с мобилизацией мужиков на фронт снизило свои показатели по сравнению с довоенным временем. Объем сельскохозяйственного производства уменьшился. Сократились посевные площади, в 1914 году было засеяно 2490 тысяч десятин, в 1916 году – 2332 тысячи десятин земли. Сократилось поголовье скота и лошадей. Но какого-то резкого ухудшения жизни населения не замечалось. Не было ни голода, ни чувства безысходности у населения.
Госпитали и лазареты Пермской губернии
Местные комитеты Российского Общества Красного Креста появились на Урале еще в 70- е годы 19 века. В Пермской губернии было 4 филиала: Пермский и Кунгурский местные управления Красного Креста, Екатеринбургский и Нижнетагильский местные комитеты. При некоторых комитетах были созданы общины сестер милосердия, наиболее известная из них - Пермская (Надеждинская). Пермские сёстры милосердия хорошо зарекомендовали себя в военных лазаретах периода Русско-Японской войны. В периоды военных действий почти в каждом городе Пермской губернии создавались госпитали и лазареты.
В оказании медицинской помощи солдатам результативной оказалась работа комитетов Всероссийского земского союза и Всероссийского союза городов. С начала войны учреждения ВЗС несли основную нагрузку во врачебно-санитарной деятельности по сравнению с другими общественными организациями, в том числе комитетами ВСГ. Ими была создана сеть оборудованных лазаретов, обеспеченных кадрами среднего и высшего медицинского персонала. Пермский Губернский Комитет ВЗС помощи больным и раненым воинам был образован в августе 1914 года. С первых дней существования Пермского Комитета обязанности его председателя исполнял А.И. Мухлынин, уполномоченных от гласных - А.И. Гаврилов и И.Н. Темников. Членами Комитета первого состава были Е.Д. Калугин, И.В. Воробьев, врачи А.Н. Попов, А.И. Губович, В.И. Реймерс, И.К. Курдов, А.П. Шипицин, Н.М. Назаровский, В.М. Здравомыслов, Д.А. Соловьев, провизор Н.А. Корепанов. В состав Пермского Губернского Комитета ВЗС вошли также представители двенадцати уездных комитетов: Верхотурского, Екатеринбургского, Ирбитского, Камышловского, Красноуфимского, Кунгурского, Осинского, Оханского, Пермского, Соликамского, Чердынского и Шадринского. Солдатам, проходившим лечение в земских госпиталях, оказывались медицинские услуги, позволявшие абсолютному большинству из них возвращаться в строй действующей армии, что свидетельствовало об эффективности деятельности лечебных учреждений Земского Союза. В Пермской губернии в начальный период Первой мировой войны работа комитетов ВЗС и ВСГ заключалась в принятии на излечение эвакуируемых с фронта больных и раненых воинов, подготовке местных госпитальных учреждений. Уже на конец августа 1914 года организациями ВЗС в Пермской губернии были оборудованы лазареты, условия которых позволяли принимать свыше 1500 раненых в месяц.
Часть лазаретов в уездных городах, так же, как и в Перми, была открыта и содержалась за счет средств частных лиц. Каждый уездный комитет собирал пожертвования деньгами, вещами и продуктами на содержание местных лазаретов, снабжал выписывающихся из госпиталей воинов, отправлял подарки в армию.
В Оханске местное население откликнулось на призыв предоставить помещения для лечения больных и раненых воинов. Поначалу решено было разместить 50 больничных коек в частных домах, однако содержать 50 коек в одном помещении было дешевле, поэтому выбор Комитета пал на старое здание реального училища. Местным населением для оборудования лазарета во временное пользование были даны железные кровати и подушки.
В Нытвенском заводе по инициативе гласного земства и члена уездного Комитета Н.А. Гейкинга возникла общественная организация, содержавшая за счет местных пожертвований лазарет на 10 коек. Средства на ее деятельность отчислялись из жалования рабочих и служащих завода и других учреждений, пожертвований местных жителей, составляя в сумме ежемесячно свыше 400 руб. Местный купец Д. Е. Лобашев уступил принадлежащий ему дом под Нытвенский лазарет.
Чердынский уездный Комитет путем выпуска специальных воззваний привлек для оказания медицинской помощи больным и раненым вои нам 12 владельцев домов и квартир из Чердыни и 1-го - из уезда. В итоге, после проведения данной акции, 84 раненых солдата были размещены в частных домах и квартирах. Для перевозки раненых от пристани до госпиталя 24 домовладельца Чердыни, по просьбе уездного Комитета, предоставили бесплатно лошадей и экипажи. Из учеников реального училища и слушателей педагогических курсов был сформирован отряд из 67 человек для переноски раненых с парохода до экипажей и госпиталя. В Осе под госпитали было подготовлено 5 общественных зданий.
Невозможно установить количество раненных, которые лечились в госпиталях Пермской губернии. Только в декабре 1915 года из госпиталей Перми и Мотовилихи выписали 1549 человек.
Однако врачей и фельдшеров для работы в возросшем количестве госпиталей не хватало. Связано это было и с тем, что большинство врачей было мобилизовано в действующую армию.

П. Н. Серебренников вместе с ранеными солдатами и сёстрами милосердия в пермском госпитале, размещённом в здании пермской казённой палаты.

Для решения этой проблемы на медицинских факультетах университетов были проведены досрочные выпуски. Земские управы совместно с комитетами Красного Креста создавали специальные курсы по подготовке сестер милосердия, на которые принимали девушек, имевших образование не ниже четырех классов гимназии. Окончившие курсы девушки и женщины работали в госпиталях в госпиталях. Многие из них попали во фронтовые лазареты. Сёстры милосердия военного времени представляли собой помощниц штатных сестер, причем в РОКК не велось систематического учета ни тем, ни другим. Наряду с названием «сестра военного времени» использовались наименования «временные сестры», «сестры ускоренного выпуска». В период войны в формулировках удостоверений сестер милосердия добавилось слово «доброволица».
В Пермской губернии активно проявлялась общественная инициатива. Так врачами Александровской больницы Перми совместно с представителями местного отделения Красного Креста при поддержке Пермского Губернского Комитета Всероссийского Земского Союза 20 сентября 1914 года были устроены шестинедельные краткосрочные курсы сестер и братьев милосердия в помещении Кирилло-Мефодиевского земского училища. На службу в качестве братьев и сестер милосердия принимались учащиеся 2-х и 3-х классов закрытой по случаю войны фельдшерской школы губернского земства и в качестве фельдшеров - учащиеся 4 класса той же школы. В столичных газетах были помещены объявления о приглашении врачей и фельдшеров, но результативность этих публикаций оказалась незначительной. На призыв откликнулись главным образом женщины, студентки последних курсов медицинских университетов. Просьба прислать врачей из столицы осталась безрезультатной. Тем не менее, проблему удалось решить и врачебная помощь в пермских лазаретах была обеспечена. Так, из 34 пермских и мотовилихинских лазарета квалифицированными врачами обслуживались 32.
Уральские отделения, в среднем, на 80 % были представлены государственными служащими, в том числе высшим руководством губерний и городов. Губернаторы возглавляли, курировали, контролировали деятельность Общества и формирование его кадрового состава. В среднем в комитетах и советах уральских ОСМ было до 70 % мужчин, с учетом того, что 20 % врачей, входивших в управление общинами, также были мужчинами.
В Пермской губернии руководство комитетами осуществлялось представителями  непривилегированных  слоев. Как правило, это были лица с активной общественной позицией, обладающие авторитетом среди населения.
Уральским общинам, в том числе, общинам пермской губернии было свойственно принимать женщин вразрез с уставными требованиями. Грамотность, уровень и характер образования не были определяющими параметрами принятия в общину: достаточным фактором оказывалась «политическая благонадежность».
Губернатор Пермской губернии И.Ф Кошко, председательница Надеждинской общины сестер милосердия М.С. Кошко, попечительство и члены общества Лазарета Красного креста у Воскресенской церкви после напутственного молебна по случаю отъезда в действующую армию лазарета Красного креста. 1914 год.
Накануне Первой мировой войны в Пермской общине служило 37 сестёр милосердия. В среднем, сестры Пермской общины пребывали в своем статусе около 7 лет. Самой молодой сестре было 19 лет, самой старшей – 36 лет. Средний возраст сестер в Перми составлял 25 лет. В годы Первой мировой войны был зафиксирован ряд категорий сестер в Пермской общине – испытуемые, старшие штатные, «сестра военного времени», «временные сестры», «сестры ускоренного выпуска», «доброволица».
С начала военных действий уральские красно-крестные отделения стали участвовать в эвакуационной работе Общества, оказывая транспортируемым раненым и больным военнослужащим санитарно-медицинскую помощь.
Военные врачи и сестры милосердия перед отправкой на фронт около военно-санитарного поезда в годы Первой мировой войны, который использовался для перевозки раненных солдат.
Другими организациями, созданными под эгидой РОКК, были дамские кружки, приюты, санитарные поезда, кареты скорой помощи.
К, сожалению, к начиная с 1916 года стали наблюдаться процессы упадка в сестринском движении. Если недисциплинированность сестер была, скорее, обычным явлением на протяжении всей истории Общества, то явное разложение идейных основ службы было феноменом, характерным для Первой мировой войны. Уральские общины сообщали о получении сестрами подъемных денег и уклонении от службы, отмечались, в частности, торговля открытками, рассылка общинами фальшивых подписных листов для сбора средств. По данным, приводимым А.М. Олешковой, в годы Первой мировой войны исключения сестер милосердия из уральских красно-крестных учреждений ежегодно в среднем не превышало 1 % от общей численности женского медицинского персонала, но было выше, чем в целом по стране.
Общественные настроения в Пермской губернии в годы Первой мировой войны.
Деятельность местных комитетов ВЗС и ВГС
Весть о начале Первой мировой войны вызвала широкий общественный резонанс. Лето 1914 года. Россия охвачена ожиданием скорой победы. Журнал «Изида» публикует благоприятные для страны военные гороскопы, в унисон им звучат слова французской гадалки Госпожи Тэб и текст телеграммы Григория Распутина от 20 июля 1914 года, в которой России предрекалась скорая победа.
Уральцы в целом разделяли патриотический подъем начального периода войны. На Урале, как и по всей России, после публикации царского манифеста организовывались молебны о здравии императора и о даровании победы над врагом. Хотя нельзя не упомянуть об определённых беспорядках среди мобилизованных запасных нижних чинов из рабочих и крестьян. Наибольшее распространение волнения мобилизованных получили на Урале именно в Пермской губернии, в Екатеринбургском, Верхотурском, Осинском, Пермском и Соликамском уездах (43 выступления). Основная форма их выступлений - погромы винных лавок, которые сопровождались стычками с полицией, заводской и местной администрацией. Наряду с требованием открытия казенных винных лавок в некоторых случаях на Лысьвенском, Надеждинском и других заводах выдвигались экономические требования наряду с политическими лозунгами. В письме Совета съездов горнопромышленников Урала от 29 июля 1914 г. пермскому губернатору просьба обеспечить порядок на местных заводах мотивировалась особой неблагонадежностью уральских рабочих: «В отличие от других местностей империи на Урале именно чрезвычайные политические события вызвали и новые требования и новые крайне печальные эксцессы». Пермский губернатор 27 июля 1914 года сообщил: «С объявлением войны среди населения заметен большой подъем патриотизма, но это ничуть не значит, что рабочие массы сразу переродились и что в случае каких-либо неудач на театре военных действий они снова не будут реагировать на это открытыми выступлениями в виде забастовок или каких-либо беспорядков». Волнения мобилизованных в регионе подавлялись с помощью военной силы. Гремели выстрелы, 122 человека были убиты и ранены
Но в целом преобладали патриотические настроения. В годы войны можно даже отметить определённый подъём в общественной жизни губернии.
Во время Первой мировой войны в Пермь были эвакуированы сотрудники Юрьевского университета. Именно на его базе при активном участии городского головы Петра Александровича Рябинина в Перми был открыт первый на Урале университет.
Открылись Пермское и Очерское восьмиклассные коммерческие училища. Была разработана Программа всеобщего обучения грамотности населения и начала реализовываться именно в годы войны. Было построено несколько сельских школ. И это, несмотря на то, что многие учителя были призваны на фронт. Так «Доклады Осинской Уездной Земской Управы по вопросам народного образования» за 1914 год сообщают о 31 призванном учителе, а всего в 1914-1915 годах было мобилизовано 65 учителей.
 В уездных городах, больших селах открывались магазины, возводились общественные здания, водонапорные башни.
Поскольку Первая мировая война затрагивала так или иначе большинство людей в России, в том числе и в Пермской губернии, то патриотический подъем, особенно в начале войны, был довольно сильным. С целью сбора средств на нужды армии в городах и селах уездов устраивались благотворительные спектакли и концерты. В селе Сергинское Пермского уезда, несмотря на неприспособленность и тесноту школьного здания, 29 января 1915 г. представление прошло с большим успехом. Денежный сбор от него в размере 44 руб. был передан Пермскому Дамскому Комитету. В селе Верхне-Чусовские городки того же уезда учителем местного двухклассного училища в период с 7 декабря 1914 по 4 января 1915 года были устроены 4 спектакля, чистый сбор от которых составил 190 рублей 55 копеек.
Многие народные хоры Пермской губернии выступали с концертами. Хор села Ильинского Пермского уезда под управлением М. И. Батанова выступил 15 раз при чтениях, устраивавшихся обществом «Народный Дом» и при спектаклях с благотворительной целью на нужды, вызванные военными действиями. После пьесы «Сестра милосердия» (ставилась 2 раза) ставились апофеозы с исполнением гимнов коалиций союзных держав. В двух концертах в пользу сербов и местного волостного попечительства по призрению семей воинов исполнялись песни народного и патриотического содержания. Соединенные хоры двух деревень Красотинской и Луговой в концертах исполнили: произведения Львова, Бортнянского, Чайковского, Глинки, Римского-Корсакова. Благотворительные концерты давали также Народный хор при мотовилихинской Рождественско-Богородицкой церкви, хор Усьвинского углевыжигательного завода под управлением учительницы М. И. Беляевой, Вильвенский хор Чердынского уезда под управлением учителя Засухина, Большесосновский хор, хор села Григорьевского и многие другие.
Патриотические настроения формировали и поддерживали с помощью лекций, которые проводили во время войны различные общественные организации. Так при Пермском научно-промышленном музее в 1915—1916 годах проводились народные чтения и просветительские лекции, посвященные истории европейских стран и европейскому влиянию на Россию, истории международных отношений. Вниманию публики предлагались, например, следующие темы: «Немцы и Россия», «Отношение к немцам выдающихся (замечательных) русских людей (Гоголя, Герцена, Салтыкова и др.)», «Немец в художественной русской литературе», «Немецкое влияние в истории нашей интеллигенции», «Россия и Пруссия в их взаимных отношениях в XVIII и XIX в.», «Россия и Австрия (XVIII и XIX вв.)», «Пангерманизм и панславизм», «Кто наши друзья и враги?», «Вопросы земского и городского самоуправления».
Деятельность уездных комитетов Союзов Городов Пермской губернии, как правило, заключалась в выдаче пособий семьям призванных, оказании помощи населению в проведении сельскохозяйственных работ, а также детям сиротам.
Один из первых городских комитетов был образован в Перми в конце сентября 1914 года. В первоначальный состав Пермского Городского Комитета вошли: председатель - Городской Голова П.А. Рябинин, а также П.С. Петухов, В.П. Звягин, Е.П. Пермяков, A.M. Варов, Д.С. Лоскутов и В.А. Mapков.
Ещё 20 июля 1914 года Пермская городская дума постановила пожертвовать на военные расходы запасный капитал в размере 3 329 руб. 72 коп. По предложению управы и решению частного совещания гласных эти деньги предполагалось использовать на покрытие текущих, вызванных мобилизацией, расходов по расквартированию призванных на войну военнослужащих запаса. Также было решено выдавать жалованье семьям воинов до тех пор, пока их кормильцы будут находиться в войсках. Кроме того, Дума постановила выдать в распоряжение Пермского городского комитета 5 тыс. руб. на призрение нуждающихся семейств военнослужащих запаса и ратников ополчения, призванных на военную службу.
Оказание помощи семьям призванных, особенно на селе, оставалось одной из ведущих сфер деятельности уездных комитетов ВСГ: собрали сведения о семействах воинов для выдачи им пособий, давались ссуды на приобретение семян, выдавались пособия для найма лошадей в связи с нехваткой рабочего скота после проведения конно-воинских мобилизаций.
В Осинском уезде за 1914 год на помощь семействам призванных через уездный благотворительный Комитет было израсходовано свыше 200 рублей. В Осинском уезде, помимо выдачи денежных пособий крестьянским семьям, земство обеспечило их сельскохозяйственным инвентарем.
В Оханском уезде на просьбу пожертвовать деньгами на нужды городских лазаретов откликнулись кооперативные учреждения Оханска, которые открыли специальный счет в кассе мелкого кредита Оханского земства. Более 500 человек, проживавших в уезде, оказали воинам и их семьям благотворительную помощь. В здании Оханской земской управы была устроена мастерская по пошиву белья, организована мастерская для изготовления теплой одежды, которой было отправлено в армию через Центральный Комитет Союза, на сумму более 1200 руб. Были также сформированы 146 посылок, каждая из которых включала теплое белье и одежду, предметы гигиены, продукты.. Стоимость указанных вещей составила в сумме около 2000 рублей.
Общая сумма пожертвований за период с 18 августа 1914 года по 1 февраля 1915 года в Чердынском уезде составила около 2 200 рублей.
На заседаниях Кунгурской городской думы 10 и 11 сентября 1914 года было принято решение о выделении сумм из городских капиталов на выдачу пособий семьям запасных военнослужащих, мобилизованных на фронт. Гласные решили вступить во Всероссийский городской союз помощи раненым воинам и внести в него 1 тысячу рублей и, кроме того, такую же сумму выделить местному лазарету Красного Креста. Кунгурское мещанское общество 28 июля 1914 года постановило выделить одну тысячу рублей из продовольственного капитала на выдачу пособий семьям призванных на войну нижних чинов из местных мещан.
В годы войны заметно возросла социальная активность женщин, особенно в сфере благотворительности. В Пермской губернии, как и в целом в России, при уездных комитетах ВЗС была создана целая сеть Дамских кружков, в состав которых входили лица из различных слоев населения. В обязанности кружков входила работа по пошиву госпитального белья и теплой одежды. Дамские комитеты готовили также подарки воинам, оказывали помощь беженцам, занимались организациями детских яслей и приютов. Особенно активно работал Екатеринбургский дамский кружок. На фронт отправляли белье, рубашки, кисеты, сапоги, носки, а также продукты - крендели, сахар, чай.
Таким образом, патриотизм играл определенную роль в жизни русского народа в годы Первой мировой войны, способствовал эффективной работе по обеспечению фронта и тыла всем необходимым, способствовали созданию мощной системы мер по обеспечению добровольного сбора пожертвований частными лицами и организациями. Эта деятельность приобрела всероссийский характер, и внесла заметный материальный и моральный вклад в обеспечение боеспособности российской армии, поддержанию морального духа россиян на фронте и в тылу.
С пониманием относились жители Пермской губернии и к беженцам. Самыми крупными национальными группами среди первой партии беженцев были «немцы-колонисты», русские, латыши, поляки и евреи. Почти половина из них – это дети до 14 лет. Многие из них нашли временный приют в различных уездах губернии: в Кунгурском – 8 тысяч, в Осинском – 10 тысяч, Оханском – 9 тысяч, Соликамском – 7 тысяч, Чердынском – 3 тысяч, в Пермском – 15 тысяч человек. По некоторым сведениям за годы войны через Пермь прошло более 30 тыс. беженцев мужчин, свыше 10 тыс. женщин и 20550 детей.
Для решения проблемы беженцам при Пермском губернском комитете ВЗС был создан Комитет помощи беженцам. Усилиями местных органов самоуправления и общественности Перми беженцев обеспечивали необходимым минимумом жизненных условий. В Перми были сняты помещения для них на 2500 человек. В уездах переселенцев распределяли по домам, которые предоставлялись местным населением за плату по соглашению. Для трудоустройства беженцев в Перми было организовано Бюро труда при Губернском и Пермском городском комитетах. Лечение беженцев в уездных больницах было бесплатным. Со второй половины 1916 года Центральным управлением ВЗС была установлена единая норма содержания беженцев в размере 2 руб. на одного человека в месяц.
Со второй половины 1915 года в Пермской губернии деятельность организаций ВЗС и ВСГ расширялась, приобретая все новые направления: оказание помощи российским военнопленным, социальной помощи солдатам, их семьям, изготовление предметов вооружения, обозно-вещевого и интендантского снабжения армии, покупка артиллерийских лошадей.
Неудачи русской армии на фронтах, ухудшение состояния экономики, условий жизни населения приводили во многих регионах к росту оппозиционности органов местного самоуправления и общественности по отношению к верховной власти. Однако в Пермской губернии эти процессы начались практически лишь к концу 1917 года. Это было связано как с доминированием патриотических и оборонческих настроений среди интеллигенции.
Следует отметить ещё одну особенность общественных настроений, доминирующих в регионе. Жители Пермской губернии неплохо относились к военнопленным, особенно к славянам – чехам, словакам, полякам. Панславистские настроения были широко распространены не только среди правящей верхушки и интеллигенции, но и среди и простого народа. Все славяне, независимо от их конфессиональной и государственной принадлежности, считались естественными союзниками России.
В Пермскую губернию первые партии военнопленных стали прибывать с начала 1915 года, так как в это время Сибирь уже не могла принимать пленных из-за острого дефицита жилых помещений. Лагеря размещались в уездных городах: Екатеринбурге, Кунгуре, Соликамске, Чердыни, Осе, Верхних Муллах и т.д. Пермские газеты регулярно сообщали о новых партиях пленных направляемых в разные города губернии и за ее пределы. Среди пленных в кунгурском лагере оказался и Иосип Броз Тито.
После прихода к власти в России большевиков, был заключен мирный договор с Центральными державами, по которому все военнопленные должны были вернуться домой. Многие не торопились с возвращением, так как их ожидали снова бои, но уже на Западном фронте. Славян подобная перспектива не прельщала. Многие из бывших военнопленных приняли затем участие в Гражданской войне, как на стороне белых, так и на стороне красных.
Среди жителей Пермской губернии, как и во всей стране, проявлялись антинемецкие выступления, особенно в 1914 и 1915 годах. Хотя многие российские немцы, высланные из центральных регионов, попали именно в нашу губернию.
Церковь в годы войны
Пермская епархия в годы войны активно поддерживала патриотические настроения в обществе. Проповеди священников военных лет носили патриотический характер, в них говорилось о том, что для России это была война оборонительная, справедливая.
В епархиальных отчётах за 1914 и 1915 годы отмечается повсеместный религиозный энтузиазм. Это во многом способствовала деятельность епископа Пермского и Соликамского Андроника (Никольского), назначенного на эту должность в августе 1914 году.
Руководство Пермской епархии стремилось поддерживать религиозное сознание. Пермское Свято-Троицкое церковно-приходское попечительство занималось регулярной организацией народных чтений в собственном каменном двухэтажном здании вблизи Свято-Троицкого храма. Ответственным за организацию чтений являлся заведующий школой священник отец Сергий Кудрявцев. В 1914 году состоялось 24 чтения, на которых присутствовало от 200 до 400 человек.
Существовала Пермская пастырско-миссионерская школа, расцвет которой пришёлся на годы Первой мировой войны. События военного времени оказали определенное влияние на жизнь пастырской школы. Произошло сокращение численности воспитанников. В 1915 году из 25 учащихся школы 2 были призваны в действующую армию в качестве новобранцев, 2 из воспитанников – зачислены в ополчение ратниками второго разряда. С началом войны в Пермь в большом количестве стали прибывать раненные, нуждавшиеся в лечении и уходе. Решением губернского и епархиального начальства из воспитанников миссионерской школы был сформирован девятый санитарный отряд, задачей которого стала встреча раненных солдат, прибывающих в пермские госпиталя с линии фронта. Учащиеся пастырско-миссионерской школы принимали участие в массовых церковных и гражданских мероприятиях, во время проведения которых раздавали листовки патриотического содержания. В 1916 году в Пермской епархии были созданы миссионерские курсы по обличению неверия и социализма, проводившиеся под руководством пермского епархиального миссионера Андрея Гавриловича Куляшева.
В период Первой мировой войны продолжилось активное строительство храмов. За период с 1912 по 1916 годы в пермской епархии было открыто 4 монастыря и 49 церквей. Всюду проводились молебны за победу России. Церковь занималась активной благотворительной деятельностью. Все служители церкви перечисляли средства в Епархиальный совет для оказания помощи солдаткам и их семьям: протоиреи и иереи по 1,5 рубля, дьяконы по 1 рублю, псаломщики по 50 копеек ежемесячно. Монастыри отчисляли на военные нужды от 2 до 4 % своих доходов. Церковный попечительский совет и приходские попечительские советы занимались помощью беженцам, сиротам, собирали средства на предметы обороны для армий России, Сербии и Черногории. За 1914 год было собрано вещевых пожертвований на 4000 рублей, а денежных - 42529 рублей. Также оказывалась помощь РОКК (российскому отделению Красного Креста). Повсеместно при монастырях создавались приюты, лазареты. В Белогорском Свято-Николаевском мужском монастыре открылся лазарет на 20 коек с полным содержанием за счёт монастыря, а в 1915 году при Фаворской Спасо-Преображенской пустыни открыли дом-богадельню для увечных воинов. Многие священники отправлялись на фронт, например 5 иеромонахов Белогорского монастыря. Белогорский монастырь, называемый Уральским Афоном, в 1916 году пожертвовал 500 рублей золотыми монетами на нужды Российской армии, Фаворская обитель -200 рублей, а игумен обители Ювеналий отдал свой золотой крест стоимостью 150 рублей.
В зданиях церковных школ было открыто 122 пункта для ясель, созданы приюты для «воинских» детей в Кунгуре и при Чердынской Иоанно-Богословской обители. Деньги на их содержание выделял Епархиальный попечительский совет.
. Здание Пермской духовной семинарии было переустроено для военных нужд: второй этаж главного корпуса был превращен в казармы для мобилизованных, а третий - в лазарет. Семинаристы продолжали учиться, но часть классов разместилась в гардеробе, а занятия младших классов проходили в квартире ректора. Из семинаристов была создана санитарная дружина. Проводились благотворительные концерты семинарского хора с беседами и лекциями. Многие семинаристы отправились на фронт.
В 1914 году Пермское епархиальное женское училище уступило своё здание под лазарет, многие ученицы работали в российском отделении Красного Креста, а также шили бельё для солдат. В среднем на училище в год приходилось до 3000 предметов сданного белья.
Пермская пресса в годы Первой мировой войны
Общественная реакция уральцев в первые годы войны отразилась в заметках, опубликованных на страницах местных периодических изданий, которые преимущественно были пропагандистскими или кратко отражали события в разделе хроники городской жизни. В газетах публиковались отчёты о благотворительности, письма благодарных пациентов госпиталей. Особенно ярко-патриотический характер прослеживался в публикациях, появляющихся на страницах «Пермских Епархиальных Ведомостей». Вот названия лишь некоторых статей: «Наш путь к победе» (1914. № 3-4), «Патриотическая беседа» (1914. № 7), « По зову сердца» (1915. № 1), «Воскресающая русская народная душа» (1916. № 25). Встречались в этом издании и откровенно антинемецкие и антиавстрийские статьи: «Ужасающие подробности о кощунстве австрийцев» (1915. № 7), «Русское сектантствои немцы» (1915. № 8-9).
Одной из самых популярных газет в Перми в 1914—1917 годы была «Пермская земская неделя». В конце 1915 года в губернском центре начался выпуск частной газеты «Пермская жизнь».
«Пермская земская неделя» была достаточно широко распространена в Пермской губернии. В 1916 г. редакция констатировала: «В Пермской губернии насчитывается 17 тысяч селений (сёл и деревень с выселками), и можно сказать наполовину — в 7—8 тысячах наиболее крупных населённых пунктов губернии грамотные, «передовые» крестьяне, ознакомившись с земской газетой, довольны ею».
Газета занимала в период войны патриотическую позицию, но со временем в ней стали появляться материалы оппозиционного характера. Например, в 1915—1917 годах публиковались выступления лидеров прогрессивного блока Государственной думы.
Хотя политические и социально-экономические проблемы достаточно редко затрагивались в годы войны на страницах земского еженедельника, всё же на страницах газеты популяризировалась целая программа реформ демократической направленности: развитие системы местного самоуправления (создание волостного земства, созыв всероссийского земского съезда), модернизация системы образовательных учреждений для крестьян, создание бирж труда, содействие становлению кооперативных объединений. Высказывались даже мысли о национализации промышленных предприятий при условии демократизации государственного устройства.
Издание ежедневной газеты «Пермская жизнь» началось в 1915 году. В первом номере газеты, сообщалось, что «Пермская жизнь» «ставит своей задачей наиболее полно освещать жизнь обширного Уральского края с точки зрения широких слоев населения».
По статьям, опубликованным в этой газете можно увидеть рост оппозиционных настроений среди населения пермской губернии. Условия военного времени не рассматривались пермскими публицистами как препятствие для развертывания борьбы за радикальные реформы. В этом из номеров газеты встречается такое высказывание: «Война не только не исключает общественную работу, направленную на изменение тех социально-политических условий, которые бросили человечество в кровавую схватку, но, наоборот, требует усиления этой работы».
«Пермская жизнь» критически отзывалась о прогрессистах, о кадетах и о более правых партиях.
Большое внимание уделялось на страницах газеты проблеме «организации тыла». Публицисты «Пермской жизни» выступали за максимальное расширение полномочий общественных организаций (земского и городского союзов, военно-промышленных комитетов, продовольственных комиссий, кооперативов). Выступая за создание бирж труда, участие рабочих в военно-промышленных комитетах, развитие потребительской кооперации, пермские публицисты видели во всех этих организациях не только средство для реального улучшения положения рабочих, но и инструмент для «мобилизации общественных сил» для успешного продолжения войны. Редакция этого издания занимала достаточно радикальную демократическую позицию, настаивая на осуществлении коренных преобразований во время войны.
Активный протест против войны, неприятие ее целей характеризовали позицию уральских социал-демократов. По своему социальному положению это были радикальная интеллигенция, служащие, рабочие. Еще до появления ленинского манифеста «Война и российская социал-демократия» уральская группа РСДРП выпустила в свет прокламацию «Правда о войне» (август 1914 года), в которой война объявлялась несправедливой, захватнической, чуждой народным интересам и содержался призыв объявить «войну войне». Большевикам удалось в период мобилизации организовать выступления, в которых принимали участие и тесно связанные с ними рабочие. Но эти выступления не оказали сколько-нибудь заметного влияния на рабочую среду.Газеты социал-демократической направленности с антивоенными призывами получили распространение в Перми лишь к началу осени 1917 года. Косвенно об общественных настроениях в Пермской губернии говорит тот факт, что, несмотря на активную антивоенную пропаганду летом 1917 года, пермский 194 пехотный Троицко-Сергиевский полк все еще оставался боеспособным подразделением. Большинство в полковом комитете составляли эсеры.
Глава 2. Фронт
Жители Пермской губернии на полях сражений Первой мировой войны
Несмотря на то, что Пермская губернии находилась далеко в тылу, а о Первой мировой войне напоминают лишь несколько уцелевших могил солдат, умерших от ран в пермских госпиталях, находящиеся в старой части егошихинского военного кладбища, многие уроженцы губернии попали на фронт.
Осенью 1914 года из пермской губернии было призвано 17285 новобранцев. А всего на начало войны в армии находилось около 50 тысяч солдат, призванных из Пермской губернии. После объявления войны было мобилизовано 26029 нижних чинов запаса. Из них 17607 человек были отправлены на фронт в составе лейб-гвардии Семёновского полка, 49, 84 пехотных, 11 и 12 Сибирских стрелковых дивизий. 1011 человек были отправлены на флот в составе 1-го Балтийского флотского экипажа. 174 призывника попали в полевые госпитали и санитарные поезда. 5005 человек направлены в различные запасные части, а 2232 – в тыловые части и учреждения.
Всего с 1914 по 1917 годы, по данным профессора Н.Н. Головина, из пермской губернии было призвано в армию 36% трудоспособного мужского населения, т.е. около 360000 человек.
Преимущественно уроженцами Пермской губернии были укомплектованы 194 Троицко-Сергиевский, 195-й Оровайский, ЗЗ4 Ирбитский и 335 Анапский пехотные, 23-й и 25 Кавказские стрелковые полки, 49-я и 84-я артиллерийские бригады.
Призывники, а это были в основном уральские крестьяне шли на сборные пункты спокойно, с верой в правое дело, они понимали, что идут сражаться с постоянным врагом Отчизны, за славянский мир, за Православную веру с жестоким германцем. Уклоняющихся от призыва практически не было. Толпы односельчан провожали ратников. По прибытии на сборный пункт служился напутственный молебен. Слышались наказы «постоять за веру, царя и Отечество», «хорошенько проучить «колбасников» – германцев и австрияков. Вручали памятные подарки. Верили: война будет скорой и победоносной.
На территории губернии было сформировано 19 дружин Государственного ополчения. В 1916 году из 291-й, 292-й, 293-й, 294-й Пермских дружин были сформированы Кавказские стрелковые полки, из 576-й дружины -454-й пехотный Полк, из 580-й- части 120 и 121 пехотных дивизий. Все они были отправлены на фронт.
На фронт отправлялись и студенты ВУЗов. В мае 1917 года были призваны 17 студентов Пермского университета, а всего 110 студентов различных ВУЗов в одном только пермском уезде были мобилизованы на войну.
Кроме того, в 1914-1917 гг. в Перми были размещены части 17-й запасной бригады (107, 123 и 162 пехотные запасные батальоны, с 1915 года - полки). Войска располагались как в казармах частей квартировавших в Перми в мирное время, так и в помещениях выделенных городской управой на время войны. В частности, для нужд военного ведомства были выделены здания Александровской женской гимназии и ночлежного дома купца Мешкова.
Офицеры и нижние чины 107 пехотного запасного батальона. 1915 год
Учебная команда 162 пехотного запасного полка. 1917 год
Всего на территории Пермской губернии были расквартированы 12 запасных батальонов. Помимо новобранцев в них проходили службу излечившиеся после ранений нижние чины. За годы войны через запасные батальоны Урала прошло более 700000 человек.
Десятки тысяч солдат-пермяков пали «За Веру, Царя и Отечество» или стали инвалидами. К началу весны 1915 года 10218 уроженцев губернии были убиты или ранены, 6858 - находились в плену.
Пермские части храбро сражались в Карпатах и на Кавказе, в Восточной Пруссии и Румынии. Многие из солдат и офицеров были награждены орденами и медалями. Некоторые уроженцы Пермской губернии стали полными Георгиевскими кавалерами. Вот их имена.
Андрианов Михаил Петрович - ефрейтор 5-го драгунского Каргопольского полка, из крестьян села Мостовского Красноуфимского уезда.
Вшивков Матвей Яковлевич - из крестьян Красноуфимского уезда, 1 ноября 1911 года по жребию призван на военную службу и зачислен в 1-ю роту 7-го стрелкового полка. Произведён в ефрейторы 7 августа1914 года, в младшие унтер-офицеры 9 марта 1915 года, в старшие унтер-офицеры 9 июля 1915 года, в подпрапорщики 1 мая1916 года. Был дважды ранен в январе и августе 1915 года. Посмертно произведён в прапорщики в 1916 году. 
Головырин Иван Абрамович - из Пермской губернии, 17 декабря 1909 года зачислен в 9-й пехотный Тобольский резервный полк. С 1 августа 1910 года служил в 43-м Сибирском стрелковом полку. Окончил курс учебной команды, произведён по службе в старшие унтер-офицеры в 1911 году. Со 2 ноября 1912 года на сверхсрочной службе. Окончил школу подпрапорщиков 23 июня 1914 года. «За боевые отличия» произведён в прапорщики и назначен младшим офицером в 1-ю роту. С 12 февраля 1916 года командующий 8-й ротой, а с 13 декабря 1916 года командир 2-й роты 243-го запасного полка. С 18 марта 1917 года командующий 1-м батальоном. Подпоручик с 11 августа 1916 года. С 22 августа 1917 года начальник хозяйственной части полка. Был ранен в феврале 1915 года и июне 1916 года. Уволен по демобилизации 21декабря 1917 года. С августа 1918 года в армии Колчака.
Ефимов Павел Петрович - из крестьян Красноуфимского уезда. В июле 1914 года мобилизован из запаса и зачислен подпрапорщиком в 5-ю роту 334-го пехотного Ирбитского полка. «3а боевые отличия» произведён в прапорщики в 1917 году.
Загвоздев Порфирий Константинович – из села Пироговское Зыряновской волости, Камышловского уезда. На военной службе с 1902 года в 216-м пехотном Инсарском резервном полку. В 1905 году окончил учебную команду, в 1906 году произведён в старшие унтер-офицеры. На сверхсрочной службе в 1909 году произведён в подпрапорщики. В 1910 году полк, в котором он служил, переименован в 196-й пехотный Инсарский. С 29 июля 1914 года занимал должность младшего офицера 7-й роты. «За боевые отличия» произведён в прапорщики. В бою 24 апреля 1915 года, будучи ранен, попал в плен. Вернулся из плена инвалидом 16 июля 1917 года.
Мезенов Григорий Иванович - из деревни Шилово Маминской волости, Екатеринбургского уезда. С 1912 года на службе в 190-м пехотном Очаковском полку. Подпрапорщик. Во время гражданской войны воевал на стороне красных. С 1927 года - председатель Шиловского сельсовета, в 1946 году вышел на пенсию. Умер в деревне Шилово 12 февраля 1961 года.
Москалёв Яков Никифорович - из крестьян Половодского общества, Соликамского уезда. В 1912 году был зачислен в 1-ю роту 15-го пехотного Шлиссельбургского полка. В 1913 году окончил учебную команду и произведён в ефрейторы. С 17 октября 1914 года — старший унтер-офицер, затем подпрапорщик. 30 января 1915 года утверждён в должности ротного фельдфебеля. Ранен в декабре 1915 года и июле 1916 года. 1 августа 1916 года «За боевые отличия» произведён в прапорщики. Воевал в 4-й пехотной дивизии. 
Попов Павел Ильич - из мещан Чердынского уезда. На военной службе с 20 ноября 1911 года, 17 декабря 1911 года зачислен в 11-ю роту 16-го пехотного Ладожского полка. 3 февраля 1913 года после окончания учебной команды, произведён в ефрейторы. К началу войны — старший унтер-офицер. В годы войны произведён: в подпрапорщики – 17 февраля 1915 года, в прапорщики в октябре 1917 года. В июне 1917 года тяжело ранен.
Ременников Афанасий Николаевич - из крестьян Пермского уезда. 1 января 1901 года зачислен в 218-й пехотный Борисоглебский полк. В 1906 году уволен в запас. По мобилизации 23 июля 1914 года зачислен старшим унтер-офицером в 14-ю роту 334-го пехотного Ирбитского полка. Произведён в фельдфебели 25 ноября 1914 года, в подпрапорщики 13 октября 1915 года, а 13 ноября 1915 года «за боевые отличия» – в прапорщики. С 27декабря 1915 года по 19 января 1916 года временно командует 14-й ротой, с 6 апреля по 6 июня 1916 года - командир этой роты по приказу. Произведён в подпоручики 30 мая 1916 года, в поручики 30 июля 1916 года. 25 февраля 1917 года назначен командиром 6-й роты 771 -го пехотного Краснопольского полка. 18 сентября 1917 года вернулся в свой полк, но через месяц был демобилизован по болезни.
Шестаков Дормидонт Михайлович – из села Шайтанка Черемисенской волости Екатеринбургского уезда. На срочной военной службе с 17 октября 1900 года в 231-м Котельничском резервном батальоне. Окончил учебную команду, с 13 декабря 1905 года – старший унтер-офицер. 7 мая 1907 года зачислен на сверхсрочную службу в 244-й Борисовский резервный батальон. В 1909 году, после окончания школы подпрапорщиков, произведён в этот чин. 25 июля 1910 года по расформировании батальона переведён в 195-й пехотный Оровайский полк, где 14 сентября 1911 года утверждён фельдфебелем роты. «3а боевые отличия» 18 февраля 1916 года произведён в прапорщики. Ранен в августе 1914 года и мае 1915 года.
Патриотический подъем не миновал и женщин. Неудачи на фронте вызвали новый подъём патриотических чувств, охвативших и женщин и совсем юных девушек. Они рвутся на фронт, чтобы поддержать боевой настрой в армии. Количество женщин, желающих стать добровольцами, исчисляется сотнями. Гимназисток снимают с поездов, идущих в прифронтовые области.
Бежала на фронт и гимназистка Нина Морозова из Перми. Её отец подполковник Морозов был тяжело ранен, один брат также ранен, второй убит. Нина сражалась под именем Василия Морозова, была награждена за храбрость двумя Георгиевскими медалями. О том, что она девушка, узнали только на перевязочном пункте, когда Нина получила ранение. Её уговорили вернуться домой. До конца войны Нина работала в военном госпитале сестрой милосердия.
194 пехотный Троицко-Сергиевский полк
Был в Перми и так называемый «свой полк». 194-й пехотный Троицко-Сергиевский полк был сформирован в 1910 году из трёх резервных частей: 221-го пехотного резервного Троицко-Сергиевского полка, 230-го Ветлужского и 232-го Ирбитского резервных батальонов. Полк входил в состав 49-й пехотной дивизии.
Полк был расквартирован следующим образом: штаб полка, первый, третий батальоны, 13,14,15 роты четвёртого батальона, нестроевая рота, команды пулемётная, связи, разведчиков в городе Пермь, второй батальон в городе Кунгур, 16 рота в городе Глазов. В случае мобилизации полк служил базой для формирования 334-го пехотного Ирбитского полка, 107-го пехотного запасного батальона.
Казармы 194-го Троицко-Сергиевского полка в г. Пермь.
Знак 194-го Троицко-Сергиевского полка
В годы первой мировой войны полк сражался в составе ХXIV армейского корпуса на Юго-Западном, Западном и Румынском фронтах. В операции на Венгерской равнине в ноябре-декабре 1914 года полк принимал участие вместе с 49-я артиллерийской бригадой, тоже сформированной в Перми.
Уже в конце июля 1914 года полк отправился к западным границам Российской империи. На фронт 194-й Троицко-Сергиевский полк прибыл в начале августа, через 11 дней после отправки из Перми. В личных архивах семьи Осиновских из села Култаево Пермского района сохранились письма участника тех событий. Рядовой Максим Осиновских за свои заслуги был произведен в младшие унтер–офицеры и награжден Георгиевским крестом 4–й степени. Он погиб на фронте 10 декабря 1914 года, когда его Троицко–Сергиевский полк участвовал в боях за Карпатские перевалы и Венгерскую равнину. Из письма родным рядового 194–го Троицко–Сергиевского полка Максима Осиновских: «… Может, и приеду домой — не всех же убивают на войне, а по молитвам вашим, может, и останусь жив. Едем благополучно и весело, но как раздумаемся, что на войну, так сердце и сжимается… … в вагонах народу очень много, и спать не приходится лежа, а сижа… Но нужно же кому–нибудь защищать Веру православную, свою Родину и Царя–батюшку…».
Костяк руководства полка составляли офицеры, среди которых было немало ветеранов русско-японской и других войн.
Командовали полком: в 1914 – полковник Вейц, в 1914-1915 – полковник Ремизов,в 1915-1917 – полковник Московкин, в 1917 – полковник Сатурнов.
В начале осени 1914 года Троицко-Сергиевский полк поучаствовал в боях за Галич, Николаев, Львов и Станиславов, занял город Гуменное.
О потерях нашей армии можно судить по словам того же Брусилова, который еще до наступления на Венгерскую равнину в октябре 1914 года писал, что 49-я бригада, куда входил и пермский полк, представляла собой не войска, а остатки войск.
Из письма Максима Осиновских «… с 26–го сентября и по 9–е октября находимся, милые мои родители, в земляных окопах — в ямах. И в нас стреляют пушечным страшным огнем, а также и ружейным огнем. Числа 3–го или 4–го октября мы наступали на австрийцев, и побили наших очень много — из 270 человек осталось человек 70 всего…». Больше трети полка навсегда осталось лежать на полях сражений в районе Гуменное. В том же Гуменном был позднее сформирован лагерь для русских военнопленных.
В Словакии на военных кладбищах в Папин (Papin) и Гуменне (Humenne) в период Первой мировой войны захоронено много российских солдат и офицеров, которые служили в том числе в 194-й пехотном Троицко-Сергиевский полку и 49-й артилерийской бригаде. Это погибшие в ноябре 1914 года рядовые: Белый Н., Бомбик М., Бондаренко С., Брюханов П., Волошин (Вологин?) А., Гладкий Г., Гладкий И., Зайцев Г., Земляченко Ф., Исаков П., Кабанов А., Калашников И., Кондыбо Г., Кузменко М., Медведев Е., Мозырин В., Нефедов М., Палкин А., Пищенко Л., Реумов Н., Рожко К., Спешилов М., Терцун Г., Черненко И., Щетинин; ефрейтор Ширимкин М.; младший унтерофицер Емелянец П.; прапорщик 1-й батереи 49-й артилерийской бригады Госкодай П.
За бои 27 сентября – 22 октября и 7 – 18 ноября 1914 года Троицко-Сергиевский пехотный полк был представлен к награждению Георгиевским знаменем и знакам на шапки.
Но история полка на этом не закончилась. Он был пополнен и продолжил сражаться на фронтах первой мировой.Воевали в Галиции, затем 49-я дивизия участвовала в Горлицком прорыве. Потом, с началом позиционной войны, полк находился в Западной армии. Относительно спокойно прошел 16-й год. И когда Румыния вступила в войну, полк был переброшен на румынский фронт, там были тяжелые бои, отступление.
В 1914-1917 годах Орденом Святого Георгия были награждены 4 офицера полка - поручик Боженко, подпоручик Грачев, капитан Оппоков, подпоручик Ярышев, Георгиевским оружием были награждены 11 офицеров - поручик Боженко, капитан Михеев, полковник Московкин, подпоручик Орлов, полковник Ремезов, подпоручик Сабельников, поручик Савич, капитан Стригин, штабс-капитан Татаринцев, прапорщик Токарев, подполковник Эскин. По неполным данным на 1916 год 42 нижних чина полка были награждены Георгиевскими крестами 1-4 степеней, 78 – 1-3 степеней. Был награждён наперсным крестом на георгиевской ленте за бой 28 сентября 1914 года, когда сергиевцам пришлось отразить мощную атаку неприятеля и восстановить прорванную оборону, и священник полка Николай Николаевич Яхонтов.
Революцию полк встретил в Румынии. Несмотря на революционный разброд и начавшийся трагический развал армии летом 1917 года, пермский полк все еще оставался боеспособным подразделением. Большинство в полковом комитете составляли эсеры, которые поддерживали новое руководство страны.
По имевшейся традиции, полки должны были расформировываться в местах, где стояли до войны. Но Троицко-сергиевский полк был расформирован в Румынии, поэтому многие документы отсутствуют, большая часть информации о судьбе солдат и офицеров недоступна. Из тех, кто вернулся в Пермь, солдаты больше оказывались в красных частях, а большинство офицеров пополнило Сибирскую армию Колчака, например, подполковник Николай Эскин. Были среди офицеров и те, кто оказался в Красной армии. Например, штабс-капитан Юлиан Шата-Плюто. Мало кто из вернувшихся офицеров пережил гражданскую войну.
Одно время на старом Егошихинском кладбище существовал некрополь, где хоронили солдат и офицеров Первой мировой войны. В советское время он был полностью уничтожен. Вероятно, потому, что во время гражданской войны своих убитых здесь хоронили и белые.
Одно из напоминаний о Троицко-Сергиевском полку, сохранившемся в Перми – это улица Николая Быстрых. В советской историографии он больше известен как красный командир, энкавэдэшник. Между тем он принимал участие в той самой знаменитой операции в Гуменном, впоследствии писал, что был награжден за нее двумя Георгиевскими крестами. Правда, историческими документами это не подтверждено.
В Государственном архиве Пермского края хранится несколько фотографий солдат и офицеров 194 Троицко-Сергиевского полка.

Никандр Шихов . 1915 год. Ст. унтер-офицер 194-го Троицко-Сергиевского полка. Награждён. Георгиевскими крестами 2-й,3-й и 4-й степени.
Список использованной литературы и источников
Андреева Л.М. К вопросу о деятельности Земского Союза Пермской Губернии (вторая половина 1914 - середина 1919 гг.) // Прикамье, век XX: малоизвестные страницы истории края: материалы регион,науч.- практ. конф. Пермь, 1997. С. 39-41.
Апкаримова Е. Ю. Городское общественное управление в годы Первой мировой войны // Вторые Уральские воен.-ист. чтения: материалы регионал. науч. конф. Екатеринбург, 2000. С. 7—9.
Баженова К. Е. Деятельность организаций Всероссийского Земского Союза и Всероссийского Союза Городов на Среднем Урале в годы Первой мировой войны. Научная библиотека диссертаций и авторефератов disserCat http://www.dissercat.com/content/deyatelnost-organizatsii-vserossiiskogo-zemskogo-soyuza-i-vserossiiskogo-soyuza-gorodov-na-s#ixzz36OdXq5JqБаженова К.Е. Деятельность организаций всероссийского земского союза и всероссийского союза городов Пермской губернии по оказанию помощи беженцам в годы первой мировой войны. //www.dissercat.com/content/patrioticheskie-nastroeniya-rossiyan-v-gody-pervoi-mirovoi-voiny#ixzz36UFz0SVZГеоргиевский архив. Ч.2., Ч. 3. Екатеринбург, 2004.
Державный край. Пермская губерния в годы Первой мировой: люди, экономика, потери.// sozidatel.org/articles/territori
За веру, царя и Отечество. Как встретили Первую мировую войну в Прикамье.// Аргументы и факты. perm.aif.ru/society/details/1220074 Захоронения ПМВ в Словакии/ http://wap.1914.borda.ru/?1-0-0-00000882-000-0-0Казакова-Апкаримова Е.Ю. Общественная жизнь уральского города в годы Первой мировой войны. //www.km.ru/referats/60B9BA79C65A4AFC81DC65C90289C400Липина С. А. Принудительные работы крестьянства Вятской губернии в годы первой мировой войны: экономический и социальный аспекты.// lib.csu.ru/vch/237/007.pdf Лобанов Д.А., Ощепков Л.Г. История 194-го пехотного Троицко-Сергиевского полка. Пермь, 2006.
Металлургические заводы Урала XVII-XX вв. Энциклопедия. УроРАН, Академкнига; Екатеринбург, 2001.
Нечаев М.Г. Церковь на Урале в годы Первой мировой войны.// www.google.ru/url?sa=t&rct=j&q=&esrc=s&source=web&cd=2&ved=0CCMQFjABОлешкова А. М. Эволюция организации и деятельности Российского общества Красного Креста во второй пол. XIX в. - 1917 г. Научная библиотека диссертаций и авторефератов disserCat http://www.dissercat.com/content/evolyutsiya-organizatsii-i-deyatelnosti-rossiiskogo-obshchestva-krasnogo-kresta-vo-vtoroi-po#ixzz36U5ZBDjzОсинцы в годы Первой мировой войны - Мы-земляки// www.mizemlyaki.ru/index.php?optionОщепков Л. Г. Военнопленные-славяне на территории Пермской губернии в годы Первой мировой войны // Федер. вестн. Прикамья. 2007. № 1.
Пермский край. Энциклопедия. //enc.permculture.ru/showObject.do?object=1803847487
Пермский обозреватель. №21 (222) 6 июня 2005 года //www.permoboz.ru/a-text.php?n=3139
Петров А. И. История китайцев в России. 1856–1917 годы. СПб, 2003. С. 199.
Поршнев О.С. Проблемы войны и мира в общественной борьбе на Урале. 1914-1918.// Первая мировая война. Дискуссионные проблемы. М., 1994.
Потатуров В. А., Тугусова Г. В., Гурина М. Г. История России. М., 2002.
Пухов Д.Ю. Демократическая пресса Урала в годы I Мировой войны. Вестник пермского университета. 2009. История. Выпуск 1 (8)// www.histvestnik.psu.ruСтолетие. Информационно-аналитическое издание фонда исторической перспективы. //Интернет-газета. 3 июля 2014.http://www.stoletie.ru/voyna_1914/_derzhavnyj_kraj_425.htmСуржикова Н.В. Свидетели или участники? Военнопленные Первой мировой войны в Уральском регионе в 1914-1917 гг.http://www.archive.perm.ru/page.php?id=130
Таняев А. П. Рабочее движение на Урале в годы империалистической войны. Свердловск, 1931. С.26-27.
Шевырин С. Пушки Мотовилихи. Публикации Пермского государственного архива новейшей истории. //www.permgani.ru/publikatsii/stati/pushki-motovilihi.html
Сайт 49 пехотная дивизия. Форум уральских военных реконструкторов. http://pehota.zbord.ru/viewtopic.php?t=109Газеты:
«Пермская земская неделя». 1915. 5 марта, 1915. 16 августа, 1916. 28 февраля.
«Пермская жизнь». 1915. 19 ноября, 1916. 30 ноября.
«Пермские Епархиальные ведомости». 1914. №№ 3,4, 7. 1915. №№1, 7,8,9. 1916. № 25.
Были использованы материалы ГАПК (Государственного архива Пермского края),
Фотографии пермских сестёр милосердия времён первой мировой войны из музея Пермского МБИЦ (медицинского библиотечно-информационного центра).

Приложенные файлы

  • docx file10
    Размер файла: 3 MB Загрузок: 13