Song as means of education in Finno Uggric pedagogy















Н.Г. Егошина
МБОУ "Гимназия № 14 г. Йошкар-Олы"
Йошкар-Ола, 2012


ПЕСНЯ КАК ИНСТРУМЕНТ ВОСПИТАНИЯ
В ПЕДАГОГИКЕ ФИННО-УГОРСКИХ НАРОДОВ

Музыка – искусство воспроизведения в звуках чувств и настроений с целью вызвать в слушателе соответствующие чувства и настроения [3, с. 244]. Музыка по типу взаимодействия на душу, ум и тело человека делится на три типа: низкоэнергетическая музыка, которая вызывает негативные эмоции, страх, ненависть, заставляет человека плохо себя чувствовать; энергетически нейтральная музыка, не оказывающая глубокого воздействия на человека. Третий тип – высоко энергетическая музыка, обладающая целительными свойствами, способностью нормализовать кровяное давление и частоту сердечных сокращений. К этой категории относят прежде всего церковные песнопения и народную музыку. Вызывая в душе человека мощный эмоциональный отклик, музыка оказывает воздействие на его интеллект и морально-нравственные качества. Вот почему музыка во всех своих разновидностях является неотъемлемым инструментом, средством педагогики вообще и этнопедагогики различных народов в частности.
Как отмечал Г.Н. Волков, песня – сложная форма народно музыкально-поэтического творчества. Песни имеют целью осуществление формирования разных сторон личности, предполагают трудовое, патриотическое, нравственное, эстетическое, экологическое воспитание [2, с. 101]. Приведем некоторые примеры народного песенного творчества такого типа.
Известно, что любовь к Родине, родной стране для ребенка начинается с любви к своей семье, родителям, родственникам. Поэтому центральным направлением в этнопедагогике финно-угорских народов является развитие у детей чувства уважения, почтения к своим близким, старшим. Самым дорогим человеком для ребенка является его мама. Об этом поется во многих народных песнях. Яблоня – плодовитое дерево и поэтому она связана с образом матери. У горных мари «матушка как развесистая яблоня». У восточных марийцев в хвалебной песне она сопоставляется образу стержня яблони:
Ты, моя мать, - стержень яблони,
А мы – цветы твоей яблони [15, с.143].
В другой песне у луговых мари мама сравнивается с березой:
Вершина березы гибкая, характер матери мягкий [11, с. 146].
Иногда образ матери передается при помощи образа липы:
Подобно развесистой липе была моя матушка [14 , с.112].
Часто образ матери в устном народном творчестве ассоциируется с образом птицы:
Если с матушкой родимой ты захочешь говорить
В сад зеленый выходи ты соловьиный голос слушать [5, с. 42].
Много марийских песен посвящено отцу:
Наш отец приветлив, ласков, продавцу шелков подобен
Добрый наш отец как белый пряник
Вырастил и вывел нас в люди [5, с. 121].
Выражение теплых родственных чувств характерно и для народных удмуртских песен:
Наше угощение не ценно,
Ценна наша совместная жизнь [12, с. 33].
Во многих удмуртских календарных песнях звучит мотив прославления дома/ родителей:
Жизнь легка с любимыми родственниками.
Расти легко рядом с отцом-матерью.
Если у вас мать родная, если у вас отец родной.
Как вам лучше, так и живите [1, с. 96].
В народном творчестве большое место занимают песни о Родине, о красоте родной земли. Одна из марийских народных песен так и называется «Марийский край – прекрасный край»:
Торьяльская земля
С березами поля
Когда поет кукушка – очень хороши.
Илетская земля,
С черемухой поля
Когда свистит соловушка, - очень хороши [5 , с.19].
В одной восточно-марийской песне есть такие строки:
Поднялся на вершину горы,
Посмотрел на мир кругом.
Все вокруг прекрасно,
Но лучше всего сторонушка наша.
Многие народные песни передают чувство тоски по родному дому, говорят о тяжести расставания с Родиной. Например, в песне восточных мари «Птица летит в высоте» читаем такие строки:
Птица летит в высоте, надеясь на свои крылья.
Мы уезжаем отсюда, надеясь снова вернуться [10, с.113 ].
Одна из лирических финских народных песен так и называется «Мечта о возвращении домой»:
Если б я, как все другие,
И коня имел лихого,
Сани быстрые как ветер,
Я б тогда не долго думал,
Я б тогда назад помчался,
Очутился бы у дома,
Во дворе бы оказался [4, с. 33].
Большую роль играет народная песня в воспитании любви к окружающей природе, растениям и животным. Медведь в финно-угорском фольклоре часто имеет положительную окраску, его описывают с любовью и симпатией. В финской народной песне «Не сердись, уж косолапый» читаем:
Это ведь моя собака лает у избы на Охто,
На стеснительного парня.
Милый Охто, мой красивый, милый Охто, медолапый,
Не сердись уж косолапый
(Охто – одно из ласковых названий медведя).
Еще одним особо почитаемым животным у финно-угров является лось/олень. В саамской мифологии, например, с оленем связан цикл мифов о Мяндаше, тотемическом первопредке. В одной саамской песне есть следующие строки:
Милый оленчик хорошо мчится
Из тундры в тундру.
Светло серый оленчик, милый оленчик [9, с.262]
Легко понять, что фраза «милый оленчик», повторяющаяся многократно, выражает вершину любви и восхищения им его хозяином. Во многих коми народных песнях встречается образ оленя, подчеркивая тем самым тот факт, что человеческая жизнь полностью зависела от оленя. Например, в песне «Тундра» читаем такие слова:
С золоторогими оленями я езжу, с оленьим стадом
В чуме я сел, покрытом снаружи пятнадцатью оленьими шкурами
Чум я свой разобрал и сел на мягкую нарту,
Шкуру белого оленя расстелил я на сиденье [6, с. 23]
Объектом почитания и поклонения у древних финно-угров являлись не только животные, но и растения и деревья. Любовь к лесу запечатлена в произведениях фольклора. Вот как описан лес в народной финской песне:
В роще – ароматы меда,
В чаще – запахи нектара,
Вдоль болот – разводы масла,
Вдоль полян – разливы сусла [4, с. 291].
Важную роль играло песенное творчество в привитии уважения к труду и людям труда. Любить труд и людей труда – это важнейшая заповедь народной педагогики. Человек, не умеющий и не желающий трудиться, является бесполезным членом общества, который не может принести никакой практической пользы ни самому себе, ни своему народу, ни своей стране. Трудолюбие считалось настолько важной чертой нравственности, что по качеству и результату работы оценивался моральный образ человека в целом. Трудовой интерес поддерживался всеми мерами. Трудовая тематика находила отражение в песнях. Она прослеживается в удмуртских календарных песнях:
Пахарь выйдет, ой, в поле,
Лошадь свою, ой, впряжет в соху.
Поле свое да вспашет, ой, овес посеет [1, с. 94].
Тема труда звучит и в марийских народных песнях:
Поле-то длинно. Овес-то короток.
Наклоняясь жать – трудно пояснице. [10, с. 127].
У околицы овес растущий
Жать в денек прохладный хорошо.
Среди поля рожь растущую
Жать в денек погожий хорошо [5, с. 149].
Ряд песен посвящен женскому труду:
Гудит, гудит веретенко, кленовое веретенко.
Что трудного сидеть-прясть под гул веретена? [8, с.312].
О тяжелом крестьянском труде поется и в песнях коми:
Поутру рано отправляемся мы,
Поздно вечером возвращаемся.
На крестьянскую мы идем, на тяжелую работу,
На страду мы идем летнюю.
Стальною косим острою косой,
Еловыми мы сгребаем высохшее сено
легкими граблями,
В высокие мы метаем сено в стога [6, с. 33].
У мордвы бытовали специальные песни «уянамат», «позорямот», «эвиямат», призванные просмеять ленивцев и воздать честь умельцам. Часть их исполняли подростки, причем называли конкретные имена:
Эвлакай, Эвлакай,
Поля в поле не выходит,
Полевых работ боится.
Чили, Чили, Василий,
Полевых работ боится [7, с. 910].
Особую воспитательную ценность имел обычай коллективного труда. У марийцев он назывался вяма. Формой взаимовыручки общинников у коми можно считать распространенный обычай «вцздасьцм» (букв. давание вперед). В рамках традиции взаимопомощи у коми-крестьян находились и «помочи» - коллективное безвозмездное возведение дома погорельцам. О коллективном бесплатном труде сложены народные песни:
По двенадцать мы ходили на помочи
Четырехугловой мы строили дом
с мохом в пазах.
Белые уж милые мы строили горницы,
Веселую теплую мы строили гостиную [6, с. 46].
Таким образом, музыкально-песенная среда, заполняя повседневную жизнь детей и молодежи, оказывает на них большое воспитательное воздействие. Учителя должны знать народные песни, слушать и разучивать их со своими воспитанниками, постоянно помня, что при всем многообразии средств народной педагогики, именно песня является наиболее педагогизированной, в ней «все дифференцированно, все тщательно продумано, все – на месте. Бестолковое, случайное отбрасывается – тысячелетиями происходит интеллектуальный, этический, эстетический отбор средств воспитания. И именно песня в этом ряду средств занимает особое место» [2, с. 106].


Литература
Владыкина, Т.Г. Удмуртский фольклор: проблемы жанровой эволюции и систематики: Монография / Т.Г. Владыкина. – Ижевск: Удмуртский институт истории, языка и литературы УрОРАН, 1998. – 356 с.
Волков, Г.Н. Этнопедагогика / Г.Н. Волков. – Москва: ACADEMA, 1999. – 168 с.
Иллюстрированный энциклопедический словарь Ф. А. Брокгауза и И.А. Ефрона. Том 9. М.: Эксмо, 2005. – 256 с.
Кантелетар/ Перевод с финского. Сост., вст. ст. У.С. Конка. – М.: Современник, 1985. – 399 с.
Марийские народные песни /Перевод С. Поделкова. – Йошкар-Ола: Марийское кн. изд-во, 1976. – 287 с.
Микушев, А.К., Чисталев, П.И. Коми народные песни. Выпуск второй. Ижма и Печора. / А.К. Микушев, П.И. Чисталев. – Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1968. – 192 с.
Мордва: мокша, эрзя: очерки по истории, этнографии и культуре мордовского народа. – Саранск: Мордовское книж. изд-во, 2004. – 987 с.
Петрова, Л.А. Обрядовое значение гостевых песен/ Л.А. Петрова// Проблемы ревитализации традиционной культур народов Волго-Камья: сборник материалов II Международной научно-практической конференции. – Йошкар-Ола: Мар. гос. унив-т. – 2009. Выпуск 2. – С. 310 – 313.
Сенкевич-Гудкова, В.В. Некоторые музыкальные и поэтические особенности саамских и хантыйских песен о зверях и птицах / В.В. Сенкевич-Гудкова // Финно-угорский музыкальный фольклор и взаимосвязи с соседними культурами. – Таллин: Ээсти Раамат, 1980. – С. 249 – 264.
Смирнов, Н. Песни восточных мари/ Н. Смирнов. – Йошкар-Ола: Маргосиздат, 1951. – 184 с.
Смирнов, Н. Песни луговых мари/ Н. Смирнов. – Йошкар-Ола: Маркнигоиздат, 1965. – 226 с.
Чуракова, Р. Традиционные обрядовые песни южных удмуртов / Р. Чуракова // Финно-угорский музыкальный фольклор и взаимосвязи с соседними культурами. – Таллин: Ээсти Раамат, 1980. – С. 214 – 228.
Чуриков, И.А. Этнопедагогика народа мари: Учебное пособие для вузов. – М.: Академический проект «Трикста», 2005. – 304 с.
Шабдарова, Л. Символическое разнообразие образа липы в фольклоре марийского народа / Л. Шабдарова // Финно-угроведение. – 2000. – № 2. – С.110 – 114.
Шабдарова, Л. Растительный мир и образ яблони в песенной лирике мари / Л. Шабдарова // Финно-угроведение. – 2002. – № 1. – С.143 – 147.


Приложенные файлы